Исчезнувший - Джеффри Дивер

Вздохнув, убийца прислонился к ножке стула и закрыл глаза.

— Не Вейр? — удивился Селлитто.

— В этом-то и заключалась суть того, что он сделал в эти выходные. Он хотел отомстить Кадески и цирку Хасбро — теперешнему «Сирк фантастик». Если проблема побега тебя не волнует, месть легко осуществить. Но, — Райм взглянул на Кудесника, — он хотел остаться на свободе и продолжить выступления. Поэтому он изменил личность и стал Эриком Вейром. Сегодня он дал арестовать себя и снять отпечатки, после чего бежал.

Селлитто кивнул.

— Значит, после того как он убьет Кадески и сожжет дотла цирк, все станут искать Вейра, а не его. — Он нахмурился. — Так кто же, черт побери, он такой?

— Артур Лессер, протеже Вейра.

Убийца тихо ахнул — последняя надежда на побег исчезла.

— Но ведь Лессер звонил нам, — заметил Селлитто. — Он был на западе, в Неваде.

— Не был он в Неваде. Я проверил архив телефонной сети. На моем определителе высветилось: «Номер не определен», — потому что он звонил по карточке. На самом деле Лессер звонил из телефона-автомата на Западной Восемьдесят восьмой улице. Жены у него нет, так что сообщение на автоответчике в Вегасе было фальшивым.

— Так же, как он позвонил другому ассистенту, Китингу, и выдал себя за Вейра? — спросил Селлитто.

— Да. Таинственным и угрожающим тоном спрашивал о пожаре в Огайо. Все для того, чтобы мы подумали: Вейр в Нью-Йорке и готовится отомстить Кадески. Он должен был дать нам знать, что Вейр вновь всплыл на поверхность. С этим связана покупка наручников и пистолета на имя Вейра.

— Так как насчет голоса? — окинув взглядом убийцу, язвительно спросил Райм. — С легкими уже получше?

— Вы прекрасно знаете, что со мной все в порядке! — Лессер говорил обычным голосом, без хрипа и сипения. Его легкие не пострадали — это была еще одна уловка, заставлявшая их поверить, что перед ними Вейр.

Райм кивнул в сторону спальни:

— Я видел там несколько набросков — наверное, вы их нарисовали. На плакатах написано: «Мальэрик». Это теперешний вы, верно?

Убийца кивнул.

— То, что я говорил вам раньше, правда — я действительно ненавидел мое прежнее имя. Я ненавижу в себе все, что было до пожара, — мне слишком тяжело вспоминать об этих днях. Теперь я даже мысленно называю себя «Мальэрик»… Как вы обо всем этом догадались?

— Ваши перчатки, — ответил Райм, — впервые навели меня на мысль о том, что тут что-то не так. Амелия нашла латексные перчатки, которые были на вас во время побега из Центра заключения. Но с вас же только что сняли отпечатки пальцев. К чему тогда надевать перчатки? Это имело смысл в одном случае: если отпечатки, только что ушедшие в архив, отличались от настоящих. Поэтому я стал внимательно изучать вещественные доказательства. В Центре предварительного заключения Амелия опять нашла клейкий воск с волокнами белой бумаги или картона. Я обнаружил также следы чернил — постоянных чернил, соответствующих найденным в вашей спортивной сумке при покушении на Мерстон. Так какой же предмет, к которому вы только что прикасались, содержит чернила и картон? Очевидно, карточки с отпечатками пальцев. Я пришел к выводу, что вы изготовили поддельную карточку и каким-то образом спрятали ее в Центральном архиве. Возможно, с неделю назад выдали себя за полицейского и клейким воском прилепили карточку с отпечатками пальцев Вейра где-нибудь под полкой или за шкафом. Когда вас регистрировали, вы незаметно подменили карточки.

Лессер кивнул.

— Я спрятал карточку под стойкой регистрации несколько дней назад. Когда техник снимал с меня отпечатки пальцев, я уронил на пол валик, и пока он смотрел на него, заменил свою карточку той, на которой были отпечатки мистера Вейра. А свою выбросил. — «Мистер Вейр», отметил Райм, вспомнив то смешанное с ненавистью восхищение, звучавшее в голосе другого ассистента Вейра, безумного Джона Китинга. — И вы нашли ту, другую, карточку и сняли с нее отпечатки? — Лессер поморщился.

— Да. Мел снял отпечатки и с перчаток. Многие преступники забывают, что латексные перчатки дают прекрасные отпечатки не только снаружи, но и внутри. Ваши отпечатки пальцев значатся в базе данных еще с тех времен, когда вас и Вейра арестовали в Нью-Джерси за неосторожное поведение, представляющее угрозу для жизни и здоровья людей.

— Но тогда, — заметил Селлитто, — он должен быть моложе Вейра.

— Он и в самом деле моложе Вейра. — Райм окинул взглядом Лессера. — Морщины — это всего лишь латексные накладки. Как и шрамы — они тоже поддельные. Вейр родился в 1950 году. Лессер на двадцать лет моложе его, так что ему пришлось состариться. Надо же, тут я кое-что упустил, — пробормотал он. — А мог бы и догадаться. Помните те кусочки латекса, покрытые гримом, которые Амелия находила на местах преступлений? Я-то считал, что они от пальцевых накладок. Но это же бессмыслица. Кто станет гримировать пальцы? Грим просто слетит. Нет, латекс был с других накладок. — Райм внимательно присмотрелся к щекам и лбу убийцы. — С латексом вам, наверное, неудобно.