Плоть и кровь - Джонатан Келлерман

Сиделка вызвала человека, который должен был меня проводить, и появился еще один широкоплечий гигант, с розовой, как у лобстера, кожей. Он был выбрит наголо, одет в зеленый костюм и черную футболку. Я махнул Даггеру на прощание и вышел из желтой комнаты.

Мой сопровождающий тоже взял меня под локоть, когда повел через черный холл. Позолоченные ниши были заполнены скульптурами и урнами, украшенными цветами. Монограмма "Д" фигурировала на ковре через каждые двадцать футов.

По пути к лифту мы миновали комнату, двустворчатые двери которой были закрыты, когда я шел к Даггеру. Теперь они оказались распахнутыми, и я мельком увидел огромную комнату с полосатыми стенами.

Там стояла еще одна больничная кровать, возле которой возвышался доктор Маккаферри. На кровати лежал высохший миниатюрный человек. Крохотная лысая голова едва выглядывала из-под синих атласных одеял. Провалившийся беззубый рот. Или спит, или вот-вот заснет. Неподвижен.

Хватка на моем локте усилилась. Вышибала Номер Два еле слышно произнес:

– Пожалуйста, не останавливайтесь, сэр.

* * *

Я ехал домой, зная, что там никого нет. После событий на пирсе я провел несколько часов в больнице Святого Иоанна. Звонил домой два раза, но попадал на автоответчик. Вернулся около двух ночи и застал Робин в спальне собирающей чемоданы.

Когда я попытался обнять ее, она отвела мои руки.

– Уже едем в отпуск? – спросил я. Все шло наперекосяк, и я понимал, что говорю бессмыслицу.

– Да, только я еду одна.

– Дорогая...

Она продолжала бросать одежду в чемодан.

– Я приехала домой в десять и до смерти волновалась, пока ты не соизволил позвонить в двенадцать.

– Дорогая...

– Алекс, я больше не могу. Мне нужно время, чтобы все обдумать.

– Нам обоим это не помешает, – сказал я, погладив ее по волосам. – Давай последуем нашему плану и уедем вместе. Я обещаю.

– Может, через несколько дней, – ответила она, внезапно заплакав. – Ты даже не представляешь, что я пережила за то время, пока тебя не было. Ты опять... Потом Майло рассказал мне, где ты и что произошло. О чем ты только думал?! Свидание с какой-то девкой! Еще одно приключение, из-за которого ты чуть не погиб!

– Не приключение. Все, что угодно, только не приключение. Я хотел помочь... детям. Я даже не думал, что все может обернуться таким образом.

– Ты можешь помочь детям, занимаясь тем, чему научился в университете. Сидеть и разговаривать с ними.

– С этого все и началось, Робин. Лорен была моей пациенткой. – Я старался говорить ровным голосом. – Просто потом...

– ...ситуация вышла из-под контроля? В том-то все и дело. Когда ты сильно увлекаешься, Алекс, вещи имеют тенденцию разрастаться как снежный ком. Ты как магнит притягиваешь неприятности. Ты меня знаешь, я привыкла иметь дело с обычными вещами, работаю с деревом, металлом и механизмами, то есть с тем, что можно измерить. Вероятно, из-за этого у меня с психикой не все в порядке. Однако есть и еще кое-что, Алекс. Та неопределенность, которую ты заставляешь меня испытывать, уходя из дома. Каждый раз, когда за тобой закрывается дверь, я не знаю, вернешься ты или нет.

– Я всегда возвращаюсь. – Я опять попытался ее обнять, но Робин покачала головой.

– Пусти, мне пора.

– Извини меня, давай поговорим...

Она снова покачала головой.

– Мне нужна уверенность в будущем. Тогда, возможно, могли бы поговорить.

– Куда ты едешь?

– В Сан-Диего, к моей подруге Дебби.

– К зубному врачу?

– Да, к ней. Мы раньше здорово проводили время вместе. У меня когда-то были друзья. Сейчас же у меня только ты, Спайк и работа. Мне нужно развиваться.

– Мне тоже, – кивнул я. – Найду себе хобби. Займусь гольфом, например.

Она не смогла сдержать улыбку.

– Слабо верится.

– Думаешь, не получится?

– Если есть две вещи в мире, которые абсолютно несовместимы, так это ты и гольф. Пойми, я не хочу дрессировать тебя. Я всего лишь хочу видеть тебя живым и здоровым, в этом все дело... Ладно, хватит. Я тебе позвоню.

Застегнув чемоданы, Робин направилась к двери.

– Спайка я заберу. Уверена, ты не против.

– Хотя бы одному из нас повезло.

Она сильно прижалась ко мне губами и повернула дверную ручку.

– Будь осторожен.

– Когда ты позвонишь?

– Скоро. Через пару дней. – Она издала короткий невеселый смешок.

– Что такое?

– Я чуть не сказала "Береги себя", как обычно. Дурная привычка. После этих слов мы всегда идем разными дорогами.