Кобра - Доминик Сильвен

- Неплохая идея. Спасибо за совет.

- Жюстен, попридержи язык, пожалуйста.

- А что я такого сказал?

- Мы сегодня не выспались, майор. Что поделаешь, работа! И потом, Жюстен, я с тобой не согласен. Феликс - парень совершенно нормальный.

- Ты-то почём знаешь?

Ферензи пожал плечами. Брюс спросил, когда они видели своего коллегу в последний раз.

- Примерно в половине восьмого вечера, - ответил Ферензи. - Поль собирался домой. Мы пожелали друг другу приятного вечера…

- Он выглядел озабоченным?

- Я ничего такого не заметил.

- Что вы делали потом?

- Подождал, пока Жюстен закончит заниматься гимнастикой, и мы пошли ужинать с нашими корейскими клиентами. В «Ла Куччина». Это очень хороший итальянский ресторан, в двух шагах отсюда.

- Вы оба были в ресторане?

- Оба.

- А Федерико Андрованди что делал?

- Он был с нами, разумеется! Как же я забыл! Он всегда с нами, когда у нас выход с клиентами. Я могу попросить его о чем угодно, он мой шурин.

- Он мне уже сообщил.

- Да, он немного болтлив.

- Явно болтливее Поля, - вставил Лепек.

- Дарк на этом ужине не присутствовал. Почему?

- Он был ранней пташкой и предпочитал, чтобы развлечение клиентов мы брали на себя. А меня это ничуть не затрудняет. Напротив, я люблю бывать в ресторанах и клубах. Больше, чем Жюстен, кстати.

- Ну уж нет, я тоже люблю.

Ферензи продолжал, не обращая внимания на реплику Лепека:

- В этот раз клиент был очень важный и требовалось присутствие Жюстена.

- В котором часу вы ушли из ресторана?

- Я полагаю, чуть раньше полуночи. Мы отвезли Жюстена к нему домой в Везине и вернулись на улицу Удино.

- Кто это «мы»?

- Мой шурин живет с нами.

Брюс уловил легкую усмешку во взгляде Лепека. Наступило короткое молчание, после чего Брюс заметил, что, работая в фармакологии, нетрудно раздобыть яд. Стрихнин или какой-нибудь другой алкалоид. Сказав это, Брюс стал ждать ответной реакции.

Лепек едва заметно улыбнулся, - в эту минуту он был похож на диснеевского мангуста.

- Видите ли, инспектор, «Коронида» больше специализируется на лекарствах. Более того, торговля препаратами, содержащими стрихнин, запрещена в июне 1998 года.

- А запасы на складах?

- Вы шутите!

- Я редко шучу, когда речь идет об убийстве человека.

- Если говорить о запасах, то поверьте, меня они интересуют исключительно с коммерческой точки зрения. Я всегда предпочитал делать деньги, чем убивать своих компаньонов. Себя не переделаешь.

- Поль Дарк приглашал вас к себе домой?

- Приглашал, а как же! И мы его приглашали, - заговорил Лепек, повышая голос - К чему вы клоните? Знаем ли мы код? От двери на улицу Монтань-Сент-Женевьев? Представьте, я его забыл!

Брюс поднял бровь и улыбнулся, потом недоуменно взглянул на Ферензи, как бы спрашивая, что это с его коллегой.

Итальянец сделал умиротворяющий жест.

- Нас следует извинить, майор. Мы все немного выпили. Карла, моя супруга, настояла, чтобы мы открыли вторую бутылку шампанского, а мы почти ничего не ели.

«Отведайте засахаренных кумкуатов», - подумал Брюс, вставая.

- Будьте готовы к тому, господа, что вас вызовут в полицию, - вслух сказал он.

Жюстен Лепек не сводил с него хмурого взгляда, а Марко Ферензи ответил:

- Мы к вашим услугам, майор.

- А сейчас мне бы хотелось осмотреть кабинет Поля Дарка и поговорить с его секретаршей.

- Вы не станете изымать документы? - спросил Лепек.

- Я еще не решил.

- Мы не можем позволить, чтобы информация о нашей работе вышла за пределы лаборатории!

- Я возьму только то, что сочту полезным для следствия.

- И мы не вправе выразить свое мнение?

- Нет.

- Фантастика! Это почему же?

- Потому что зампрокурора уже сегодня утром назначил следователя, который дал мне поручение произвести отдельные следственные действия.

- Эта ваша тарабарщина, знаете…

- Согласно существующему порядку, отдельное поручение включает в себя любое следственное действие, способствующее установлению истины: перемещение по всей территории Франции, допрос, изъятие, обыск. Статья 18 пункт 4 Уголовно-процессуального кодекса. Такое объяснение вас устроит?

- Повторяю вам, есть определенная информация, и мы не хотим, чтобы она разглашалась!

- Документы опечатают, доступ к ним будут иметь только офицер судебной полиции и следователь.

Ферензи в нескольких столь же витиеватых выражениях положил конец дискуссии, проводил Брюса в кабинет Поля Дарка и представил ему секретаршу. Это была пухлая блондинка по имени Иветта, лет сорока, широко и охотно улыбавшаяся вошедшим. Она с не меньшей готовностью заплакала, когда Брюс сообщил о смерти шефа. Брюс дал ей время, чтобы прийти в себя, после чего она раскрыла перед ним папки, где в полном порядке содержались документы. По утверждению Иветты, она фильтровала все звонки, которые шли ее шефу. Ни угроз, ни чего бы то ни было необычного она не отметила. В ее представлении Поль Дарк тоже был сдержанным и любезным человеком, который «никогда ни на миллиметр не открывал дверь в свою частную жизнь». Брюс, ухватившись за эти слова, задал ей вопрос о том, кто в «Корониде» мог знать номер кодового замка в двери на улице Монтань-Сент-Женевьев.

- Понятия не имею, - ответила Иветта.

- Особенно мне хотелось бы знать, общался ли Поль Дарк с коллегами помимо работы.

- Я поняла смысл вашего вопрос, майор. Так вот, месье Дарк поддерживал дружеские отношения только с руководством.

- А поподробнее?

Иветта смутилась. Брюс показал на закрытую дверь:

- Все останется между нами.

Секретаршу это, похоже, не убедило. Выждав немного, Брюс взял Иветту за локоть и сказал, что ему одному, без посторонней помощи, до истины не докопаться.

Иветта в конце концов уступила:

- Ну хорошо. К примеру, он был единственным, кроме, конечно, месье Ферензи, кто пользовался гимнастическим залом месье Лепека. И новоселье он праздновал в очень узком кругу. Проще сказать, приглашены были только Марко Ферензи, Жюстен Лепек и их супруги. Мне кажется, месье Дарк очень дорожил своей частной жизнью. И знаете, он был очень обаятельным человеком.

- Я не сомневаюсь.