Специалист по нежити - Кирилл Григорьев

1

— Та-ак, — произнес Петровский. Он часто говорил «Та-ак», когда бывал расстроен или (редчайшее состояние!) злился. — У меня несколько вопросов по утренней ситуации, Антон. Первое: каким образом происшествие вообще просочилось в СМИ? И второе: почему я узнаю о нападении как раз из этих СМИ, а не от своей службы безопасности?

Тополев присел за стол.

— Милиция, — многозначительно пожал он плечами. — После их появления на месте представители СМИ приехали буквально через пятнадцать минут, не более. Словно они наготове по кустам с камерами сидят.

— Это ответ на первый вопрос, — гнул свое Петровский.

— А по второму у меня ничего нет, — вздохнул Тополев. — Так получилось, Тарас Васильевич.

— Коротко и ясно, — нахмурился Петровский. — Кто они, откуда они, как мы их проглядели?

— А вот здесь все интересно, — оживился Антон. — По дороге в офис Кравченко просканировал тела. Даже по базе проверять ничего не пришлось. Двое нападавших довольно известные братья Ханины. Наемники, успешные киллеры. Более пятнадцати зарегистрированных ликвидаций. Выполняли заказы нескольких преступных сообществ, в том числе небезызвестного нам Шептуна.

— Хм, — только и смог произнести Петровский. — Так заказчиком был Шептун?

— Не подтверждено, Тарас Васильевич. У них обычно коллега был, водитель. В сегодняшнем нападении участия не принимал. Думаю, водителя для исполнения им как раз заказчик и предоставил. Сейчас к водителю Ханиных я отправил Барса. Он должен выйти на связь через час-два.

— Понятно, — кивнул Петровский. — Движется, одним словом. Это хорошо. С Павловым связались?

— Да.

— Что говорит?

— Если коротко — рад, что до него не доехали.

— Ну, еще бы, — усмехнулся Петровский. — Я тоже немного рад, что там не оказался.

— Предчувствие?

— Не поверишь — проспал.

Тополев нахмурил лоб.

— Вот это совпадение, — пробормотал он.

— Ладно, — махнул рукой Петровский. — С Колей я позже поговорю. Что у нас еще?

— Кравченко разбирается с милицией. Панихида по погибшим назначена на послезавтра.

— Ах, да, Антон, — откровенно расстроился Петровский. — Что-то я со всем этим… Кто погиб?

— Да казус у нас вышел, Тарас Васильевич, — ответил Тополев. — И смех, и грех. Старший группы сопровождения, Матвей Мохов, две недели у нас всего работает. Не в курсе он некоторых особенностей многих сотрудников охранного агентства. Ну, вы понимаете. Вот и погорячился меня оповестить. А ребята — ничего, в себя сейчас в лазарете приходят. Думаю, через денек уже вернутся в строй.

— Ага, — сказал Петровский. — Что ж вы его не подготовили, Мохова своего?

— Не успели.

— Ладно, — кивнул Тарас. — Тогда, кто действительно погиб?

— Два водителя машин сопровождения.

Тарас помолчал.

— Ясно, — произнес он. — Значит опять в транспортном отделе сокращение штата. Страховки, пенсии?

— Готовим весь комплект, — кивнул Тополев.

— Куда дели тела нападавших?

— Тела переданы Ганину в отдел.

— Ганину? — поднял брови Петровский. — Зачем?

А я о нем забыл совсем, расстроено подумал он. Нападения, совпадения, радостный Павлов. Совершенно вылетела из головы главная семейная проблема.

— Дополнительное сканирование, — пояснил Тополев. — Может, удастся узнать еще хоть что-то.

— Хорошо, — сказал Тарас. — Вот что, Антон. Работай дальше, а ко мне будь добр, пригласи, как раз Ганина. Очень я с ним пообщаться хочу.

— По поводу тел нападавших? — поднялся Тополев.

— Почти, — неопределенно кивнул Петровский.

2

Ганин довольно быстро появился в дверях кабинета.

— Садись, Роман, — предложил Петровский, когда заведующий медицинской лабораторией «Полночи» появился в дверях.

Вечно он какой-то озабоченный и нервный, подумал Тарас. Солидности — никакой. Хоть бы поучился у Тополева, что ли…?

— Как у нас продвигаются дела? — поморщившись, как от надоедливой зубной боли, спросил он.

— Все в порядке, Тарас Васильевич, — сразу отрапортовал Ганин. — Занимаемся и странной опухолью Вепря, и бессонницей Дронова. Вот тела Ханиных нам сегодня передали.

— Мне, в общем-то, все равно, чем вы там занимаетесь, — сказал Петровский. — Меня, более всего, интересует моя личная проблема.

— Ах, это… — произнес Ганин, а у Тараса появилось явственное желание его удушить. — Тоже занимаемся.

— И как?

— Пока никак.

Опять это пока, подумал Петровский.

— И когда будут результаты? — безнадежно спросил он.

— Скоро ожидаем.

Тарас поднялся из кресла.

Все внутри его заклокотало. Занимаетесь, подумал со злостью он. А я уже дома находиться не могу. Хоть в кабинет переезжай с вещами. Значит, вы все-таки, занимаетесь…

— Знаешь, Рома, — сказал Петровский, доставая трубку из стола. Руки его подрагивали. — Я в последнее время стал частенько посматривать старые фильмы… Ты как, смотришь?

— Да, — кивнул Ганин. — С Чарли Чаплином смотрю и…

— Не настолько старые, — вкрадчиво перебил его Петровский. — Наши, еще советские… В основном, про войну… Помнишь, быть может, «Освобождение», «Горячий снег», «Семнадцать мгновений весны»…

— Да, — кивнул Ганин.