Фабрика драконов - Джо Леджер

— Он просто ненавистник, жуткий человек… А вот ты рискнул всем ради спасения людей, которых он задумал погубить.

Мальчик молча поднял глаза. Руди улыбнулся в ответ.

— Нет, ты не он.

— Нет, он.

— И не спорь. Ты сейчас сам доказал нечто, о чем люди безудержно дискутируют на протяжении веков. Возможно, ты живое свидетельство ответа на фундаментальный вопрос существования человечества.

— Чего-чего?

— А вот чего. Есть извечный спор: «natura versus nutritura»; природа против вскармливания. Рождается ли человек с уже заданными умственными и психологическими характеристиками, которые просто вживляются в него генетикой? Или же то, кто и что мы есть, определяют среда, открытость внешним воздействиям и жизненный опыт? Я бы сказал, ты — живое доказательство тому, что в этом уравнении неразделимо присутствует еще и третий элемент.

— Какой?

— Выбор.

Мальчик долгое время молча смотрел на своего собеседника.

— Такого у нас еще не было, — признался Руди. — Никогда еще не было возможности вживую наблюдать клона; определять, является ли человек — непроизвольно или же по собственному желанию — слепком со своего прототипа.

— Они как раз этого от меня и добивались. Постоянно изучать жизнь и работу Менгеле. Хирургию, искусство пыток, науку войны. — По лицу у него опять потекли слезы. — Каждый день одно и то же. И снова, и снова, снова.

— А ты взял и пошел своим путем, а не тем, который уготовили тебе они.

Мальчик судорожно всхлипывал.

— Ты не он. Не он, — тепло произнес Руди. — Он ни за что не стал бы делать то, что сделал ты. А ты — творить то, что творил он.

Руди вынул из кармана куртки пачку салфеток и, надорвав целлофан, подал мальцу. Тот вытянул несколько, вытер глаза, высморкался. За все время Руди ни разу к мальчику не прикоснулся, даже по плечу не похлопал. Он исподволь чувствовал: мальчугану комфортнее быть одному, обособленно. Самому по себе.

Так они и сидели в комнате собеседований; мерно и неумолимо бежали минуты.

— И вот еще над чем тебе бы надо поразмыслить, — сказал Руди.

Мальчик взглянул на него покрасневшими глазами.

— Йозеф Менгеле — один из самых жутких преступников минувшего века. Монстр, подвергший немыслимому страданию бессчетное множество людей, а теперь еще и думающий уничтожить изрядную часть населения земного шара. Архивы, что мы открыли, указывают: именно он породил эпидемию СПИДа, вызвал вспышку нового туберкулеза в Африке. Даже если его нынче остановить, страшная намять о нем как о величайшем убийце в истории будет бередить сердца миллионов.

— Я знаю.

— В то время как ты, в свою очередь… — Руди улыбнулся.

— Что я?

— В то время как ты, вероятно, войдешь в историю как величайший герой всех времен.

Мальчик смотрел, не понимая.

— Мы знать не знали о Волне вымирания, — продолжал Руди. — Понятия не имели. Если б не твой отважный поступок — тот выбор, что ты сделал, — погибли бы миллионы, если не миллиарды, людей на планете. Пару дней назад мы даже и не знали, что вовсю идет война. Ты все изменил. Ты сделал выбор, не упустил шанс. И если у нас все получится, если Джо Леджер с майором Кортленд, другие храбрые мужчины и женщины, идущие как раз сейчас в бой, одолеют это безумие, то это все благодаря тебе.

— Мне? За два-то имейла?

— Достоинство выбора не в масштабе поступка, а в его последствиях. Возможно, ты спас весь мир. — Руди с улыбкой качнул головой. — У меня такое даже в голове не умещается. Ты герой, мой юный друг.

— Какой еще герой? — Мальчуган лишь насупленно встряхнул головой.

— Герой-герой, — утвердительно, чуть ли не с нажимом повторил Руди (дескать, слушай, когда тебе старшие говорят).

Мальчик, уткнувшись лицом в ладони, дал волю слезам.

Все это наблюдал со своего ноутбука Черч, больше этого никто видеть не мог. ЦТО вокруг жил своей жизнью: шум, суета.

Сняв очки, Черч протер их носовым платком и снова надел.

— Так-так-та-ак… — выдохнул он задумчиво.