Дьявольская колония - Джеймс Роллинс

1 июня, 11 часов 02 минуты

Вашингтон, округ Колумбия

Прямо из аэропорта Грей отправился на такси в Государственный архив. Выяснив, что в Йеллоустоуне все закончилось благополучно, он немного вздремнул во время недолгого перелета из городка Колумбия, штат Теннесси. Он чувствовал себя превосходно. Пейнтер собирался задержаться в национальном парке еще на день-два, чтобы убедиться, что там все в порядке, а также чтобы устроить свою племянницу в Университет Бригема Янга.

Сначала Грей намеревался проводить Монка в больницу и проследить за тем, чтобы его другу обработали огнестрельную рану, но Кэт позвонила ему сразу, как только самолет совершил посадку. По ее словам, доктору Хейсману удалось расшифровать закодированное послание Мериуэзера Льюиса, и ему не терпелось поделиться своим открытием. Кэт предложила направить в архив кого-нибудь другого, но, учитывая то, какими трудами и кровью досталась бизонья шкура и написанное на ней послание, Грей пожелал быть первым, кто узнает его содержание.

Он был в долгу перед Монком.

Он был в долгу перед Мериуэзером Льюисом.

Поэтому Грей попрощался с другом в аэропорту. Монк пребывал в хорошем настроении, и на то имелись свои причины. На борту частного самолета, доставившего их в Вашингтон, имелся поразительно богатый выбор односолодового виски. Вместо Грея в больницу отправится Кэт. И это, вероятно, к лучшему. Кэт не даст мужу чересчур рьяно ухаживать за медсестрами.

Такси остановилось перед входом в здание архива. Сидевшая на заднем сиденье Сейхан потянулась.

— Уже приехали, — сонным голосом произнесла она.

Расплачиваясь с водителем, Грей отметил, как тот разглядывает ее в зеркало заднего вида. И нельзя было винить его в этом. Молодая женщина рассталась с синим комбинезоном и снова переоделась в кожаную куртку, черные джинсы и серую футболку.

Выйдя из такси, они поднялись по ступеням. Оба заметно прихрамывали. Давали о себе знать раны, ссадины, царапины. Сейхан оперлась на плечо Грея, не дожидаясь, когда ей это предложат. Его рука отыскала ее бедро, хотя она и не нуждалась в дополнительной поддержке.

В дверях их уже ждал доктор Хейсман.

— Ну вот и вы наконец, — вместо приветствия сказал куратор. — Идемте. Я все приготовил в рабочем кабинете. Кстати, вы, случайно, не захватили с собой бизонью шкуру? Я бы хотел увидеть ее собственными глазами, не довольствуясь фотографией, полученной по электронной почте.

— Не сомневаюсь, это можно будет устроить, — заверил его Грей.

Они прошли в тот же самый кабинет и увидели, что здесь снова царит полный порядок. На столе оставалось лишь несколько книг. Судя по всему, для расшифровки послания, написанного двести лет назад, потребовалась всего пара часов и такое же количество книг.

Когда все уселись за стол, Грей спросил:

— Как вам удалось решить эту проблему столь быстро?

— Что? Расшифровать предсмертные слова Мериуэзера? Это оказалось проще простого. Код, которым он пользовался в своей переписке с Джефферсоном, хорошо известен. Уверен, время от времени они прибегали к более сложным шифрам, однако для обычных писем использовали простой код. И если учесть, что Мериуэзер писал это сообщение, умирая, я сразу решил, что он воспользовался шифром, который знал лучше всего.

Грей представил себе, как этот человек, получивший два пулевых ранения — в живот и в голову, из последних сил пишет предсмертное послание.