Свидетель - Тесс Герритсен

– Почему для вас так важна эта пленка?

– Она нужна мне… как доказательство.

– Доказательство чего?

– Слишком долго объяснять.

Кэти пожала плечами:

– В таком случае мне ничего не остается…

– Черт возьми! – Он шагнул к ней, схватил за плечи, повернул к себе. – Неужели непонятно? Из-за этой пленки убили вашу подругу! Они искали пленку в вашей машине!

Секунду она смотрела на него растерянно, а когда поняла, содрогнулась от ужаса:

– Сара…

– Вашей подруге просто не повезло. Должно быть, убийца принял ее за вас.

Кэти попыталась отвести глаза и не смогла. Он держал ее в тисках пристального, неумолимого взгляда. Чувствуя, что вот-вот упадет, она бессильно опустилась на ближайший стул и застыла в оцепенении.

– Вам нужно уходить отсюда, – сказал Виктор. – Как можно скорее. Пока они не нашли вас. Пока не просчитали, что вы и есть та самая Кэти Уивер, которую они ищут.

Она не шелохнулась. Не смогла. Ее как будто парализовало.

– Ну же, Кэти. У нас мало времени.

– Что на той пленке? – чуть слышно спросила она.

– Я уже сказал. Улики. Против одной компании, которая называется «Виратек».

Она нахмурилась:

– Но… разве это не та компания, на которую вы работаете?

– Работал… раньше.

– Что же такого они сделали?

– Занимаются разработкой нелегального проекта. Детали я вам сказать не могу.

– Почему?

– Потому что сам их не знаю. Понимаете, улики собирал не я. Мне их передал коллега… друг. Передал перед самой своей смертью.

– Его тоже убили?

– Полиция считает, что имел место несчастный случай. У меня другое мнение.

– Хотите сказать, что вашего друга убили из-за какого-то научного проекта? – Кэти с сомнением покачала головой. – Тогда это было что-то очень опасное.

– Да. Речь идет о разработке биологического оружия. Вот почему сам проект незаконен. И крайне опасен.

– Биологическое оружие? Но для кого? Для какого-нибудь правительства?

– Да. Для нашего.

– Не понимаю. Если проект государственный, то как он может быть незаконным?

– Законы могут нарушать все. В том числе и люди наверху. Такое уже случалось.

– Вы говорите о людях наверху. На каком уровне?

– Не знаю. Но доверять нельзя никому. Ни полиции, ни министерству юстиции. Ни даже Федеральному бюро расследований.

Кэти недоверчиво покачала головой. То, что он говорил, походило на бред параноика. Но голос и глаза убеждали в его полной вменяемости. Эти глаза, зеленовато-синие, как море. Они не лгали. И смотрел он на нее открыто, искренне. Так мог смотреть только человек, который говорит правду.

– Хотите сказать, что ФБР тоже охотится за вами? – тихо спросила она. – Я правильно вас поняла?

Глаза вспыхнули гневом и тут же потухли. Он со стоном опустился на диван. Провел ладонью по волосам.

– Понимаю, что вы думаете. Понимаю, поверить в это трудно. Я вас не виню. Просто подумал, что если мне кто и поверит, то только вы…

– Почему я?

Виктор поднял голову:

– Потому что вы спасли мне жизнь. Потому что вы следующая, кого они попытаются убить.

Она застыла. Нет, нет, не может быть. Это безумие. Он хочет заставить ее поверить в свой бред, втянуть в придуманный им кошмарный мир убийств и заговоров. Но она не поддастся!

Кэти поднялась и прошлась по комнате. Раз, еще раз… Ее остановил его голос:

– Подумайте сами. Зачем кому-то убивать вашу подругу? Объяснение только одно: Сару приняли за вас. Сейчас они уже знают, что ошиблись. Они вернутся и на этот раз сделают все как надо. Им нужно вас убрать. На случай, если вы что-то знаете. На случай, если улики попали к вам и…

– Такого не может быть! – крикнула она, закрывая ладонями уши. – Это же просто безумие! Никто не станет…

– Посмотрите! – Виктор выхватил из кармана рубашки обрывок газеты. – По пути сюда я проходил мимо газетного киоска. Это было на первой полосе.

Кэти развернула мятый листок. С фотографии на нее смотрела незнакомая женщина средних лет. Подпись под снимком гласила: «Жительница Сан-Франциско застрелена на пороге собственного дома».

– Но какое отношение это имеет ко мне? – растерянно спросила она.

– Посмотрите, как ее звали.

Кэти пробежала взглядом по строчкам.

Убитую звали Кэти Уивер.

Бумажка выскользнула из пальцев и упала на ковер.

– В телефонной книге Сан-Франциско три Кэтрин Уивер, – продолжал Виктор. – Эта застрелена сегодня, в девять утра. Что случилось со второй, я не знаю. Не исключено, что ее уже нет в живых. Следующая в списке – вы. Времени, чтобы обнаружить вас, у них было достаточно.

– Меня не было в городе. Я вернулась буквально час-полтора назад…

– Вот и объяснение, почему вы еще живы. Может быть, они уже приходили сюда, но вас не застали и решили проверить двух других женщин.

Кэти вскочила – бежать, бежать, стучало в ушах.

– Нужно собрать вещи.

– Некогда. Давайте убираться отсюда поскорее.

«Делай, как он говорит!» – требовал внутренний голос.

Она кивнула, повернулась и шагнула к двери, но на полпути остановилась:

– Сумочка…

– Где она?

Кэти повернулась, прошла мимо занавешенного окна.

– Я вроде бы оставила ее возле…

Оконное стекло взорвалось, и от осколков Кэти спасли только сомкнутые шторы. Инстинкт самосохранения бросил ее на пол в тот самый момент, когда за первым выстрелом последовал второй. И тут же сорвавшийся с дивана Виктор Холланд накрыл ее собой. Третья пуля с визгом врезалась в дальнюю стену, раскидав кусочки дерева и штукатурки.

Растерзанные шторы обвисли.

Несколько секунд Кэти лежала неподвижно, парализованная ужасом и придавленная тяжелым мужским телом. Потом вывернулась и, подгоняемая паникой, бросилась к двери.

– Ложитесь! – крикнул Виктор.

– Они же пытаются нас убить!

– Так не облегчайте им задачу! – Он схватил ее за руку и заставил пригнуться. – Мы выйдем. Но только не через переднюю дверь.

– А как?

– Здесь есть пожарная лестница?

– Да, у окна спальни.

– Она ведет на крышу?

– Даже не знаю. Кажется, да.

– Тогда – за мной.