Пожиратели - Магнус Йонссон

Получилось так себе. Тогда он остановился возле фонтана с питьевой водой и стал умываться, пытаясь дышать спокойно. Больше он ничего не успел, поскольку рядом распахнулась дверь и раздался громовой голос:

— Стоять! Не шевелись! Руки к стене!

Паническая атака мгновенно прошла, едва Эрик увидел могучего полицейского, на полной скорости приближающегося к нему по коридору. Он едва открыл рот, чтобы ответить, когда полицейский подскочил к нему, схватил за плечо и прижал к стене. Он почувствовал, как тот ударом ноги развел его ноги.

— Руки к стене, я сказал. Документы!

— Успокойся, мы коллеги. Эрик Свенссон, инспектор криминальной полиции. Центральный район.

Рослый полицейский, видимо, приготовился к атаке и не понял, о чем говорит Эрик.

— Документы! — прорычал он. Эрик достал из кармана удостоверение, пока полицейский держал его лицом к стене, положив другую руку на кобуру пистолета. Извернувшись, Эрик умудрился вырваться и сунуть свое удостоверение прямо в лицо полицейскому. Подавшись вперед, он отчеканил, брызгая слюной:

— Инспектор криминальной полиции Эрик Свенссон! Центральный район!

Сбитый с толку, полицейский отступил на пару шагов. Эрик с раздражением глянул на него.

— Я пришел поговорить с тем человеком, которого ты охраняешь.

Краснота распространилась по шее и лицу рослого полицейского.

— Э… угу… ага. Понял. Приходится проявлять бдительность. Мне дано строжайшее указание никого не впускать — ни журналистов, ни близких пострадавшего. Насколько я понял, дело высокой степени риска. Учитывая нападение на короля.

— На короля? Ты о чем?

Полицейский заморгал.

— Ну, я невольно слышал разговор медсестер о перестрелке неподалеку от королевского дворца. — Он с заговорщическим видом понизил голос: — Ну, тут я и сложил два с двумя.

— Хорошо, но мне надо побеседовать с пострадавшим. Какая медсестра отвечает за него?

Полицейский толкнул дверь, вошел впереди него и жестом подозвал одну из медсестер.

— Вот она. Но с ним ты поговорить не сможешь. Ведь он умер.

Эрик почувствовал, как в глазах почернело, и с трудом подавил импульсивное желание дать полицейскому пинка под зад.

— Что за чертовщина? Ведь он в реанимации? На интенсивной терапии?

Оттолкнув в сторону полицейского, он направился к медсестре.

Они стояли у безжизненного тела. Медсестра накрыла лицо простыней.

— Он умер, не приходя в сознание. Мы провели экстренную операцию, извлекли пули из руки, шеи и грудной клетки. Пулю в голове оставили. Доктор счел, что извлекать ее сейчас связано с большим риском. Однако умер он не от этого.

Эрик посмотрел на нее с удивлением.

— А от чего же тогда?

— Мы пока не знаем. Но фактическая причина смерти — остановка сердца. Сердце внезапно перестало биться, хотя состояние после операции было стабильное. Доктор ничего не понимает. Пациент был относительно молод и хорошо тренирован. Организм должен был бы справиться.

Эрик оглядел мертвого. Из-под повязки виднелось несколько темных прядей. Лидо было бледное. Темно-красное пятно распространилось вокруг одного глаза Аландера. Кровоизлияние в результате падения или огнестрельной раны. Губы сухие и шершавые, на них застыла неуместная улыбка. Глаза закрыты. Мужчина умер во сне. Или же медсестра опустила ему веки.

— Кто-нибудь приходил, спрашивал его?

Она покачала головой. Эрик наклонился ближе к мертвому, оглядел кожные покровы. Никаких следов того, что кто-то держал его. Никаких следов укола иглой.

— Мне понадобится список с фотографиями всех, кто сегодня дежурил. Для того, чтобы исключить, что кто-то посторонний мог проникнуть в отделение.

— Попрошу секретаря составить список. Думаю, это быстро. — Она улыбнулась ему. — Есть свои плюсы в том, что у нас такая нехватка персонала. Не так много народу.

Он уже повернулся, чтобы идти, когда она окликнула его.

— Хотя — подождите, я кое-что вспомнила. Здесь побывал какой-то наркоман. Ему удалось проникнуть в отделение, переодевшись в одежду хирурга. Задним числом одна из сестер сообразила, что он не из нашего отделения. Но к тому моменту он уже убежал с морфином.

Поколебавшись, она кивнула на тело, распростертое на койке.

— Я нарушила правила. Убежала, услышав сигнал тревоги, и оставила его одного в палате. А когда я вернулась, бутылочка с морфином пропала.

Эрик стоял молча, ощущая, как по спине пробежал холодок.

— Ваша коллега обратила внимание, как выглядел тот наркоман?

— Она уже сменилась. Обратила внимание, что на нем была зеленая одежда. И что он… э… немного темнокожий.

Эрик стоял и ждал, пока рослый полицейский вертел в руках список с фото, а потом начал сначала, ведя пальцем по всем 14 фотографиям.

— Тут нет иракца.

— Что? Кого?

— Иракца в зеленой одежде, который сдал смену и ушел в тот момент, когда в палате потерпевшего зазвучала сирена.

— Он сам сказал, что он из Ирака?

Полицейский громко рассмеялся.

— Уж такое я знаю как никто. Брат служил в Ливии и Ираке — в миротворческих войсках, у него оттуда масса фоток и видео. Тот парень в зеленом точно из Ирака. Темнокожий. Но светлее, чем ты. Извини, если что.

Эрик почувствовал, что ему пора. Выйдя из больницы, он жадно вдохнул свежий воздух. «Все сходится», — подумал он. Мужчина с ближневосточной внешностью (проверить), который не стрелял в пострадавших у банка, а скорее был глазами стрелков на земле, теперь выполнил задание, умертвив выжившего в больнице. Судмедэксперты наверняка найдут на руке Аландера след укола. А в крови — следы избыточной дозы морфина.

Они ищут как минимум трех злоумышленников: двоих в черном и одного смуглокожего. Очень много зацепок.

В парке Кунгстредгорден появилась Мария Сёдерлунд на велосипеде. Ее короткие волосы, стриженные под каре, развевались на ветру. Она улыбнулась ему и помахала пальцами, не отпуская руль. «Выглядит она потрясающе», — подумал Рикард. Он поспешил засунуть телефон в карман, поскольку только что закончил импровизированную телефонную конференцию с важнейшими участниками расследования: СЭПО^[9], лабораторией и Луизой. Юнгберг тоже принял участие, а вот до Эрика дозвониться не удалось. Рикард быстрым шагом направился навстречу Марии.

Заперев велосипед, Мария обняла Рикарда. Его приятно согрело тепло ее тела. Радость охватила душу, хотя они находились в том месте, где только что застрелили трех человек. Мария смогла приехать очень быстро, хотя было не ее дежурство. Прошло не больше двух часов с того момента, как прозвучали выстрелы. Она скинула рюкзак и достала фотоаппарат. Сверкнул яркий свет, когда она стала проверять мощную вспышку.