Круг Шести. Руны и кости - Лени Вамбах

Его пальцы ухватили амулет в кармане. Разговоры о таинственно проявляющихся повсюду в городе рунах. Больше отступников за месяц, чем за весь прошлый год. Гнездо гулей посреди Пер-Лашез. Не говоря уже об исчезнувших амулетах.

Для города, чей магический расцвет давно прошел, было слишком много совпадений сразу.

Глава VII

Сирена

Сирену разбудил громкий настойчивый стук в дверь комнаты.

– Вставай! – Сквозь дверь слышался голос Улисса.

Она, пробурчав что-то, натянула одеяло на голову.

– Что тебе нужно?

Раздался щелчок, а затем приближающиеся шаги.

– Отберешь у меня одеяло – твои руки этого не переживут.

Послышался вздох, но одеяла Улисс все-таки не тронул. Однако Сирена прямо-таки чувствовала, как он буравит ее взглядом. Если прежде она и решила просто не замечать его и спать дальше, теперь об этом можно забыть.

– Который час? – спросила она неразборчиво, глубоко зевнув.

– Восемь.

– Что? Что? – Сирена схватила одну из маленьких подушек и швырнула ему в колени. – Ты знаешь, что я вернулась домой глубокой ночью?

Улисс поднял брови.

– Что же ты делала? Битва с отступницей так затянулась?

– Нет. Потом я была… у Алекса. Отдала ему амулет, – пробурчала она, зарывшись лицом в одеяло, чтобы не видеть, насколько трудно Улиссу поверить ей.

– Может, лучше отвести тебя к доктору…

Это Сирена все-таки услышала, хотя слова очень медленно доходили до ее полуспящего ума.

– Вместо чего?

– Я расскажу, если ты сможешь хотя бы минутку не закрывать глаза. – Его шаги удалялись. – Я только что сварил кофе. Остатки того молотого, что прислала твоя кузина.

– Ты… – Вскинув голову, Сирена запнулась.

Французский кофе она находила невыносимым и временами заказывала молотый из Италии, чтобы готовить эспрессо в их волшебной кофемашине, которая всегда была под рукой. А Улисс только что израсходовал остатки. Если она сейчас же не встанет, то либо он выпьет все сам, либо – еще хуже – ей достанется холодный кофе.

– Ты худший сосед в мире! – крикнула она вслед Улиссу, выпутываясь из теплого одеяла.

В комнате не было ничего выдающегося: бóльшую часть денег она вложила в удобную широкую кровать. Все прочее – письменный стол, стул, шкаф, две полки – стоило максимально дешево.

Тяжело сопя о том, что Улисс посмел вытащить ее из постели ее же собственным кофе, Сирена нацепила толстовку из Неапольского университета и натянула носки, чтобы не замерзнуть на плитке, которой был выложен кухонный пол. По пути к развращающе прекрасно пахнущему кофе она завернула в ванную и лишь затем добралась до кухни, где Улисс ждал ее с дымящейся чашкой и шоколатином.

– Предлагаю мир! – заявил он, невинно улыбаясь в свою чашку.

Сирена, сощурившись, рухнула на стул. Чашка приятно грела ладони, шоколатин, казалось, только что перекочевал из печи ей на тарелку.

– Ну и? – спросила она и облегченно вздохнула, почувствовав на языке горьковатый, глубокий вкус эспрессо. На мгновение можно и о времени на часах позабыть.

– Я нашел твою сотрудницу Круга, – заявил Улисс, протянув ей записку.

Сирена отставила чашку так резко, что кофе опасно качнулся вверх, и схватила листок, видимо, вырванный из тетради. Тихо присвистнула: седьмой округ!

– Я и не знала, что Круг так хорошо платит своим людям. Видно, там можно сделать славную карьеру.

Улисс фыркнул, едва не подавившись кофе, и Сирена подняла на него глаза. Его взгляд был отсутствующим, большой палец свободной руки нервно касался других пальцев.

– Что случилось?

– Кое-что мне не нравится. Уже довольно давно, – ответил он, помолчав.

Сирена вновь глотнула кофе.

– Значит, руны так и не угомонились?

– Увы, – медленно начал Улисс, – пока их все больше… Представь: ты видишь сумку, забитую покупками. Она должна быть тяжелой, так что ты напрягаешь мышцы и поднимаешь ее. А теперь представь себе хорошенько, что все коробочки и банки пустые и сумка намного легче. Но ты взяла ее с такой силой, что она резко летит ввысь, и все высыпается на пол.

Сирена старалась уследить за его мыслью.

– Это значит… Подожди, я запуталась. Так магии сейчас слишком много или слишком мало?

Улисс закатил глаза, но это совсем не подействовало на нее.

– То и другое! Или… я не знаю. В любом случае моих сил больше не хватает, да и сил остальных, кто использует рунные чары, если верить перешептываниям на улицах.

– И это длится уже недели, да? – Сирене вспомнилось, как Улисс рассказывал ей об этом несколько месяцев назад, но тогда не казалось, что это такая уж большая проблема. Видимо, все поменялось.

– Да. Иногда случается несколько спокойных дней, когда мы можем продолжить работу, но каждый раз становится все хуже.

Сирена допила кофе и поверх чашки взглянула в окно за рыжей шевелюрой Улисса.

– Ты знаешь… я не удивлюсь, если в конце концов окажется, что мы оба ищем одно и то же.

– Тогда пусть победит сильнейший из нас, – откликнулся Улисс, улыбаясь.

Правда, скорее мрачно, чем радостно.

Этот дом находился не просто в седьмом округе, но еще и недалеко от Эйфелевой башни, и выглядел так же роскошно, как Сирена представляла себе здания Парижа до прибытия сюда. Фасад выкрашен в золото и беж, украшен лепниной. На каждом втором этаже были маленькие балкончики; перед окнами прочих этажей виднелись изящные балконеты.

Дверь походила скорее на входной портал, массивный и тяжелый, дерево оковано железом. Даже таблички у звонков искусно отделаны. Здесь никто бы не повесил табличку, написанную от руки, даже едва переехав.

Сирена читала таблички, пока не нашла имя Дюбуа.

– Так-таки особняк, – пробормотала она. – Ну очень интересно.

Насколько она помнила, дама не выглядела особо состоятельной: никаких украшений, поношенное платье, старый телефон. Кроме того, в таком случае она совершенно точно занимала бы иной пост, а не принимала артефакты у наемников. В Круге деньги равнозначны власти.

Нет, за этим должно что-то крыться. Например, кто-то мог заплатить порядочную сумму за амулет отступника.

Недолго поразмыслив, Сирена не стала звонить ни в квартиру Дюбуа, ни в соседние. Это лишь привлекло бы внимание, в котором она совсем не нуждалась.

С дверью она решила справиться при помощи проволоки, стараясь при этом наблюдать за улицей, насколько это было возможно. В конце концов, это пустынный переулок, туристы держатся скорее поблизости к Эйфелевой башне. Если бы здесь и замóк тоже был старомодным, а не что-нибудь этакое…

Дверь отворилась с легким щелчком. Прежде чем войти в