Особый склад ума - Джон Катценбах

— И что же? — спросила Сьюзен.

Но тут вмешалась Диана:

— Я поняла, к чему он ведет. Эта женщина ему помогает…

— Верно. А какая помощь ему нужна? — Джеффри сделал рукой широкий жест, обведя всю комнату. — Ему нужна помощь вот здесь. Для него важно иметь возможность проникать в дома, как физически, так и с помощью электронных средств слежения. С ее помощью он наблюдал за мной с самого начала. Я думаю, его жена работает в Службе безопасности штата. — Он бросил распечатанное письмо на стол, и оно приземлилось на него с тихим шелестом. — Это предположение не хуже любого другого, вот только времени у нас в запасе совсем не остается.

Сьюзен кивнула и прошептала:

— Триангуляция.

— Что это? — не понял ее брат.

— Это способ, которым когда-то определяли положение в море, применяя радиомаяки. Он предусматривает наличие построения, представляющего собой треугольники, у которых измеряются все углы и известны длины базовых сторон. Если у вас есть пеленг разных радиомаяков, то можно выяснить, где вы находитесь. Главное, получить соответствующие радиосигналы. Собственно, именно этим мы сейчас и занимаемся.

Диана почувствовала, что пришло время и ей вставить словечко:

— Мы знаем, какой тип дома нам нужно искать и какая в нем должна иметься комната, в которой он творит свои черные дела…

— А еще имя хозяйки дома должно быть в списке сотрудников Службы безопасности… — добавил Джеффри.

Сьюзен немного поколебалась, а потом выпалила:

— А помните, что сказал Харт в тюрьме? У него должен иметься экипаж! Средство для перевозки похищенных жертв. Мини-вэн. С тонированными стеклами. С полным приводом. Интересно, нельзя ли получить еще и список владельцев таких машин?

Джеффри склонился над компьютером и, поколдовав над ним, произнес:

— Этот список оказалось не так уж и трудно получить.

Сьюзен потянулась за распечаткой имен женщин, работающих в Службе безопасности.

Она стала читать с самого начала, но вдруг остановилась. Отложив списки, она взяла в руки письмо, которое пришло этим утром, и пробежала взглядом по фотографиям убитых девушек.

— Тут что-то не так, — проговорила она. — Я это нутром чую. — Сьюзен растерянно посмотрела на мать, а затем на брата. — Я в таких случаях никогда не ошибаюсь, — сказала она. — Это нечто сходное с теми детскими играми типа «что не так на картинке», которые можно встретить в детских журналах. Ну, скажем, когда у клоуна обе ноги левые или футболист держит в руке бейсбольный мячик.

Она снова пробежала глазами по фотографиям.

— Я нутром чую — где-то тут подвох, — повторила она.

Джеффри нажал несколько клавиш на клавиатуре компьютера, и принтер начал распечатывать другой список, на сей раз автомобилей и их владельцев. Затем он повернулся к сестре:

— Что ты там увидела?

— Это же ведь головоломка… Тебе не кажется? — отозвалась сестра.

— Каждое преступление, несомненно, загадка, — согласился Джеффри. — А серийные убийства и подавно.

— Положение тел убитых, — пробормотала Сьюзен. — Почему им придается такое большое значение?

— Не знаю. Снежные ангелы… Когда убийца так много думает о том, как воспримут его преступления и как их станут интерпретировать, в этом почти всегда замешана психология. Другими словами, этому почти всегда придается какое-нибудь значение…

— Снежные ангелы… Именно эти позы привели тебя в эти края. Верно?

— Да.

— И эти позы заставили тебя строить всевозможные догадки и предположения? Разве у тебя на это не ушло уйма времени? Ты, верно, не один день потратил на попытки расшифровать их значение?

— Да. Первые недели, которые я здесь провел, ушли именно на это. Я просто отказывался поверить…

— А затем еще одно тело…

— Там все оказалось по-другому. Это было похоже на небольшую проверку.

Сьюзен откинулась на спинку кресла, по-прежнему не сводя взгляд с фотографий.

— Это не значит ничего, и это значит все. — Она резко повернулась к матери. — Ты знала его, — проговорила она с горечью в голосе. — Возможно, лучше, чем кто-либо другой. Говорят ли тебе что-нибудь эти снежные ангелы, эти молодые девушки с руками раскинутыми, словно на распятии? Ты когда-нибудь… — Она не смогла заставить себя закончить этот вопрос.

Но Диана поняла, о чем Сьюзен ее спрашивает.

— Нет, — ответила она. — Ничего подобного мне на ум не приходит. Когда мы бывали вместе, все происходило очень быстро. Холодно и бесстрастно. Словно по обязанности. Как будто он выполнял нудную работу. Ни о каком удовольствии не могло быть и речи.

Джеффри открыл рот, словно собирался что-то сказать, но потом передумал. Он снова посмотрел на фотографии, встав рядом с сестрой:

— Возможно, ты и права. Вполне вероятно, что это обыкновенный обман. Ему просто захотелось ввести меня в заблуждение. — Он глубоко вздохнул и покачал головой, словно хотел отмахнуться от какой-то мысли, но никак не мог. — Это было бы чрезвычайно умно, — медленно сказал он. — Во всем мире не сыщется детектива или эксперта-психолога, который не стал бы днем и ночью думать только о том, отчего тела жертв лежали именно в тех позах, в каких они были найдены. Такие вещи нас учат анализировать в первую очередь. Каждый из нас стал бы одержим желанием найти причину такого странного положения трупов, потому что это очевидная головоломка, и, значит, нужно ее разгадать…

Сьюзен кивнула:

— Но почему бы не предположить, что единственно правильная догадка состоит в том, что это, по всей видимости самое важное, не имеет никакого значения?

Джеффри судорожно вдохнул воздух.

— Как же я все это ненавижу! — медленно прошептал он и прикрыл глаза. — Их указательные пальцы — вот единственное, что ему действительно было нужно. Они требовались ему для того, чтобы впоследствии будить сладкие воспоминания. Он смаковал сам процесс, а не его результат. А все последующее являлось лишь частью прикрытия, камуфляжа и представляло собой сплошной обман.

Джеффри еще раз вздохнул и положил ладонь на руку Сьюзен.

— Однако у нас получается, правда? — негромко сказал он.

— Что получается? — спросила сестра.

Ее голос дрожал, потому что та же самая мысль, которую собирался высказать брат, пришла ей в голову практически в тот же самый момент, когда он открыл рот.

— Получается думать так же, как он.

Диана почувствовала, что ей не хватает воздуху.

— Нет, вы мои дети, а не его, — произнесла она, помотав головой. — Запомните это.

Джеффри и Сьюзен повернулись к матери. Они улыбались и были готовы утешить ее. Но их глаза наполнял страх, вызванный тем, что им еще предстоит про себя узнать.