Посчитай до десяти - Карен Роуз

— Я должен найти детектива Митчелл.

— Она уехала в гостиницу, — раздался у него за спиной голос Ларри.

— В какую?

— Она сказала, что в первую попавшуюся.

Лицо его старого друга было подчеркнуто равнодушным.

Рид недобро прищурился.

— Как так вышло, что вы приехали сюда вместе?

Ларри пожал плечами.

— Она играла с нами в пул. Со мной, Хантером и ребятами.

Его пронзила ревность, неожиданная и острая. Миа в окружении мужчин, один из которых — мальчик с обложки журнала, Дэвид Хантер, с которым ее кое-что связывало. В глазах Ларри запрыгали веселые чертики, уголки его губ приподнялись.

— Хочешь, я выясню, куда именно она отправилась?

— Да, пожалуйста. — Рид повернулся к Бет, которая понимающе наблюдала за происходящим. — Что?

— Детектив Митчелл велела мне рассказать тебе… Она сказала, что ты хороший отец и заслуживаешь лучшего отношения. Она была права. Прости, папа.

— Я не знаю, как мне быть, Бет. Она… не такая, как твоя мама.

— Ну и что? Папа, когда я видела маму в последний раз, она была мертва. — Девочка глубоко вздохнула. — Но ты-то жив.

И как-то так вышло, что все сложности моментально улетучились.

— Ты так похожа на маму. Она тоже писала стихи. — Которые исчезли навсегда. Но он подумает об этой потере позже.

— Правда? Почему ты мне не рассказывал?

— Возможно, я хотел, чтобы какая-то частичка ее принадлежала только мне и никому больше. — Он нежно погладил Бет по щеке и добавил: — Ты будешь сидеть взаперти до конца своих дней.

У нее даже рот приоткрылся. Она собралась было возмутиться, но благоразумно придержала язык.

— Ладно.

— Так, по-моему, я слышу, что бедняга Бигглз нуждается в помощи. Он там. — Рид указал на щенка. — Посмотри, чем ему можно помочь, а я пока закончу здесь.

Воскресенье, 3 декабря, 03:15

Передача, посвященная истории реактивной авиации, при втором просмотре оказалась еще интереснее. Миа лежала в кровати отеля, а на животе у нее свернулся калачиком Перси. Канал «Хистори» повторял показанное в течение дня, и она уже успела посмотреть истории Древней Греции и Рима. Она обсудит их с Джереми, когда он переедет к Дейне. Там мальчику будет хорошо, кроме того, она могла бы навещать его.

Стук в дверь ее напугал. Схватив с тумбочки пистолет, Миа посмотрела в глазок и, облегченно вздохнув, открыла дверь. Рид.

Он недавно принял душ и побрился, а из бинтов остался только один — вокруг кисти. Во второй руке он держал целлофановый пакет из аптеки, воспоминания о которой заставили чувства Мии встрепенуться. Он был таким красивым и таким… необходимым. Сквозь ткань кармана рубашки просвечивала разноцветная карточка-ключ. Он тоже остановился здесь. В этом отеле. Такая близость манила, казалась непреодолимо соблазнительной. Но несколько расстегнутых пуговиц позволили Мии заметить мерцание золотой цепочки у него на шее, и она заставила растаявшее сердце вернуться в нормальное состояние.

— Рид…

— Можно войти?

— Уже поздно.

— Ты не спала. — Он немного сдвинул брови. — Пожалуйста.

Проклиная собственную слабость, она отошла в сторону и положила револьвер на столик у двери.

— Ладно.

В голове крутился вихрь слов, но она не стала выпускать их наружу. Рид был женат — во всех смыслах. А она не встречается с женатыми мужчинами. И с полицейскими. И с напарниками. Вообще ни с кем.

Он закрыл дверь.

— Я хотел извиниться… Бет рассказала мне, что произошло. Ты поступила совершенно правильно. — Он посмотрел на свои туфли, потом снова поднял взгляд и улыбнулся такой мальчишеской улыбкой, что у Мии заныло в груди. — Включенные сирены и мигалка были как раз к месту. Не думаю, что в ближайшее время ей захочется снова вылезти в окно.

— Хорошо. Потому что сначала «ударная поэзия», а потом… — Она вздохнула. — Что тебе нужно, Рид?

Его улыбка исчезла.

— Я думаю, мне нужна ты.

Она покачала головой.

— Нет, не поступай так со мной. Я хочу большего, чем ты можешь мне дать. — Она горько рассмеялась. — Да и в любом случае: даже если бы ты дал мне то, чего я хочу, я бы все равно не знала, что с этим делать. Так что давай на этом остановимся. Ты говорил, что не хочешь причинять мне боль. Поэтому уходи.

— Я не могу. — Он провел пальцем по двум шрамам у нее под глазом. — Я не могу уйти. — Он запустил пальцы в ее волосы, приподнял ее голову и коснулся ее губ сладчайшим, нежнейшим поцелуем, какой ей только доводилось испытывать. — Не прогоняй меня. Пожалуйста, Миа.

Ее тело сотрясла дрожь. Она еще никогда ничего так не хотела. Ее руки сами собой потянулись вверх, скользнули по его груди, обвились вокруг его шеи, и она ответила на его поцелуй. В первую секунду этот поцелуй был пробным, но затем он взорвался, стал требовательным. Она позволила себе полностью отдаться ему, позволила себе хотеть. Отчаянно.

Нет! Она разорвала связь и отстранилась.

— Ты не можешь быть таким жестоким, Рид.

Он тяжело дышал.

— Надеюсь, что нет.

Он поставил пакет на столик рядом с ее оружием, достал из него две небольшие шкатулки для драгоценностей, обитые черным бархатом, и открыл их. Обе были пусты.

— Я подумал, что мы можем сделать это вместе.

Она уже начала терять терпение.

— Что именно?

— Ты снимешь свою цепь, а я — свою.

Миа замерла. Он стоял и выжидательно смотрел на нее. В его глазах читались боль и неуверенность.

— А что потом?

— Я не знаю. Будем действовать по обстоятельствам. Шаг за шагом. Но теперь уже с обязательствами.

Ее сердце отчаянно колотилось.

— Рид, но я не знаю, как можно жить с такими обязательствами.

Он улыбнулся.

— Зато я знаю. — Он просунул руку под тонкую майку, на которую она так ничего и не набросила, и вытащил наружу старую цепочку. Встряхнул ею, так что личные знаки звякнули. — Ну? Что скажешь?

Во рту у Мии пересохло, и она кивнула.

— Хорошо. — И с изумлением увидела, как он перевел дух. Он действительно считал, что она может ответить «нет»? — Но информацию для медиков я должна оставить.

— Я все продумал. — Он вытащил из пакета дешевую серебряную цепочку. — На первое время сойдет. — Положил цепочку ей на ладонь. На бирке стояла цена: пять долларов. Но в тот момент цепочка стоила больше, чем все алмазы в мире. Он снял с нее старую цепочку. — Перевесь значок прямо сейчас.