Без права на ошибку - Ли Чайлд

Вместо выстрела пистолет издал глухой щелчок.

Одновременно с ним Ричер вылетел вперед, сжимая уже раскрытый нож с керамическим лезвием, которым в ту же секунду полоснул долговязого по лбу. Затем, ухватившись за ствол «беретты», он резко дернул его сначала вверх, а потом вниз, ломая парню предплечье о свое колено. Оттолкнув долговязого, он резко обернулся и увидел, что Нигли практически стоит на своем прежнем месте. Вот только второй брат, приземистый мужчина с видеопленки, валяется у ее ног, и из обоих ушей у него хлещет кровь. В одной руке Нигли держала свой «Хеклер и Кох», в другой сжимала пистолет коротышки.

– Так? – спросила она.

Ричер кивнул. Нигли отошла на пару шагов с тем, чтобы не запачкать свою одежду, и трижды выстрелила в приземистого полицейского. Два раза в голову и еще – для уверенности – в грудь. Звуки выстрелов громом пронеслись над равниной. Затем Ричер и Нигли одновременно обернулись. Парень из Бисмарка, ослепший, спотыкаясь, пытался бежать по снегу. Кожа на лбу у него была прорезана до кости, и кровь, хлынувшая из раны, заливала глаза, попадая в нос и рот. Он задыхался, и кровь пенилась возле уголков его рта. Долговязый держался за сломанную руку и тыкался то вправо, то влево, а потом пошел кругами, приподнимая левую руку к лицу, тщетно пытаясь стереть кровь, чтобы видеть хоть что-то вокруг себя.

Ричер наблюдал за ним пару секунд с равнодушным видом. Затем взял у Нигли автомат, переключил его на одиночный выстрел и, выждав, когда несчастный сделает очередной круг и приблизится к ним, выстрелил ему в шею сзади. Джек постарался, чтобы пуля попала в то же место, куда она поразила Фролих. Пуля прошла навылет и ударилась о «шевроле», стоявший в двадцати футах, а парень упал лицом вниз на землю и замер, а снег вокруг него сразу стал краснеть. Звук выстрела постепенно замер вдали, и на его место вернулась абсолютная тишина. Ричер и Нигли, не шевелясь и затаив дыхание, прислушивались к ней. Но кроме мягкого шуршания снега они не услышали ничего.

– Как ты догадался? – негромко поинтересовалась Нигли.

– Этот пистолет когда-то принадлежал Фролих, – пояснил Джек. – Они украли его у нее из кухни. Я узнал его по царапинам. Она держала заряженные обоймы отдельно от пистолета в ящике в течение пяти лет.

– И все же он мог выстрелить, – покачала головой Нигли.

– Вся наша жизнь – большая игра, – согласился Ричер. – С самого начала и до самого конца. Ты со мной поспоришь?

Тишина сгущалась вокруг них. Становилось все холоднее. Они остались одни посреди тысяч квадратных миль морозной пустоты. Их начинало знобить. Сказывалось пережитое волнение и избыток адреналина.

– Сколько времени будет длиться служба в церкви? – спросил Джек.

– Понятия не имею, – призналась Нигли. – Минут сорок, наверное, а может быть, целый час.

– Значит, нам пока торопиться некуда.

Он прошел к тому месту, где упал его пистолет, и поднял его. Снег уже начал покрывать оба тела. Джек забрал из карманов братьев их значки и бумажники, затем вытер лезвие ножа о полу пальто парня из Бисмарка. После этого подошел к «шевроле» и открыл нараспашку все четыре дверцы машины, чтобы снегопад побыстрее засыпал автомобиль. Нигли вытерла пистолет второго парня о свое пальто и бросила оружие в сторону. Затем Джек и Нигли, спотыкаясь, добрались до «юкона» и уселись в салон. Последний раз оглянулись на пастбище: просторы быстро становились белыми от свежевыпавшего снега. Снегопад прекратится не раньше, чем через двое суток. Затем подует ледяной ветер и заморозит все вокруг. Тогда все застынет, как на картине, пока весеннее солнце не растопит «пейзаж». Но это произойдет еще очень не скоро…

Нигли села за руль и повела машину вперед, медленно и очень неторопливо. Ричер положил оба бумажника себе на колени и начал с осмотра значков. Фургон немного раскачивало из стороны в сторону, а потому от Джека потребовалось максимум усилий, чтобы не выронить из рук значки и суметь сосредоточить на них внимание.

– Окружные полицейские из Айдахо, – констатировал он. – Из какой-то деревушки возле Буазе, как мне кажется.

Он положил оба значка в карман и открыл бумажник, принадлежавший парню из Бисмарка: коричневой кожи, кое-где потрескавшейся от времени, с тремя отделениями. За матовым пластиковым «окошком» виднелось удостоверение личности полицейского. С фотографии на Джека глядело худое строгое лицо.

– Его звали Ричард Уилсон, – сообщил Джек. – Полицейский детектив.

Кроме того, в бумажнике нашлись две кредитные карточки и водительские права, выданные в штате Айдахо, какие-то бумажки и почти триста долларов наличными. Джек развернул первую бумажку на коленях, а деньги сунул себе в карман. Затем взялся за бумажник из черной искусственной кожи «под крокодила», принадлежавший второму брату. Здесь Джек обнаружил похожее удостоверение полицейского, выданное тем же отделением полиции в Айдахо.

– Питер Уилсон, – сообщил он Нигли и проглядел данные на водительских правах. – Всего на год моложе.

У Питера в бумажнике нашлись три кредитных карточки и около двухсот долларов. Ричер переложил деньги себе в карман и вгляделся вперед. Снеговые тучи остались позади, на востоке небо было чистым. Выглянуло солнце и теперь слепило им глаза. В небе показалась черная точка. До церкви оставалось еще около двадцати миль, и даже колокольни еще не было видно, но «юкон» неумолимо приближался к ней, подпрыгивая на каждой кочке. Черная точка в небе начала увеличиваться. Над ней стали заметны серые очертания крутящихся винтов, казавшиеся с земли неподвижными. Ричер попытался сосредоточить внимание на вертолете. Наверху лобового стекла имелась затемненная полоса, и Джек смог разглядеть контуры геликоптера. Спереди он казался толстым, похожим на электрическую лампочку. Возможно, это был «Ночной Ястреб». Видимо, пилот, заметив церковь, стал разворачиваться, чтобы совершить посадку. Вертолет перемещался в воздухе, напоминая толстое обленившееся насекомое. «Юкон» еще раз подбросило, отчего полицейские значки и бумажники преступников попадали с колен Джека. Вертолет завис в воздухе, а потом начал поворачиваться в сторону церковных дверей.

– Это были клюшки для гольфа, а не образцы инструментов, – заметил Ричер.

– Что?

Он показал ей какую-то бумажку:

– Квитанция Единой Посылочной Службы из Миннеаполиса. Адресовано Ричарду Уилсону, временно проживающему в одном из мотелей Вашингтона. Картонная коробка, высота – один фут, ширина – один фут, длина – сорок восемь дюймов. Содержимое: одна сумка с клюшками для гольфа.

После этого Ричер замолчал, уставившись на следующую бумажку.

– Тут есть еще кое-что, – негромко произнес он, – и это наверняка очень заинтересует Стивесанта.

* * *

Стоя посреди пустого пастбища, они издалека наблюдали, как приземлился вертолет. Затем выбрались из машины на холодное солнце, бесцельно прошлись несколько раз кругами, потягиваясь и зевая. Стоявший неподалеку «юкон» издавал щелкающие звуки, пока остывал его двигатель. Ричер сложил на пассажирском сиденье полицейские значки, удостоверения личности и водительские права, после чего зашвырнул пустые бумажники подальше в густую траву.