Смерть длиною в двадцать лет - Ариэль С. Уинтер

Зажав в руке перевернутую вверх донышком бутылку шампанского, я спрятался за дверью ванной и стал ждать.

Выйдя из ванной, Ви сразу направилась к лежавшей на постели сумочке.

Я двинулся за ней, но она меня услышала и обернулась, и я ударил ее с размаху бутылкой по скуле, прямо по тому месту, где у нее еще был синяк, оставленный Брауни. Она зашаталась и хотела удержаться рукой за кровать, но промахнулась, хотя на ногах устояла. Глухой удар бутылки получился точно таким же, как у Джо, когда он ударился затылком о кухонный шкафчик, но этот звук был еще с каким-то металлическим звяканьем. У меня промелькнула мысль, что я убиваю женщину, с которой спал в течение полутора лет, но я обрушил на нее новый удар, сломав ей нос, и она сначала рухнула на постель, а потом соскользнула с нее на пол.

Из горла ее вырывались какие-то булькающие хрипы, похожие на звуки, которые у нас получаются, когда мы допиваем остатки коктейля через соломинку. И я не мог понять, были ли это просто предсмертные хрипы или она силилась что-то сказать. Меня затошнило, и я уронил бутылку на пол. А Ви вдруг зашевелилась, пытаясь встать. Вытянув одну ногу, она как будто пыталась дотянуться ею до чего-то, что-то подцепить. И я понял, что мне придется прикончить ее, пока она не пришла в себя, причем прикончить уже просто голыми руками.

На лице ее была кровь. Я быстро закатал рукава и, схватив ее за горло, начал сжимать его, давя всем своим весом. Она дрыгала ногами и пыталась дотянуться до меня руками, но в таком положении не могла достать даже до моих плеч. Теперь из горла ее вырывались отрывистые кашляющие хрипы. Пальцы мои вдруг почувствовали, как в горле ее что-то обмякло. Она перестала шевелиться, но я продолжал душить ее, не в силах оторвать руки от ее горла. Уже тогда я понял, что совершил ужасную ошибку. Что мне достаточно было и Джо, и незачем было вешать на себя еще одно убийство. К тому же это убийство во много раз хуже. Все это происходило так мучительно долго, и эти звуки, которые она издавала, и эта ее внезапно обмякшая шея… Вынести это было просто невозможно.

Наконец я смог заставить себя разжать руки и стоял, нагнувшись и держась руками за постель, пытаясь привести в норму дыхание. Чудовищная головная боль пульсировала у меня в висках, но я старался не обращать на нее внимания. Потом я схватил сумочку Ви. Она была тяжелая, значит, пистолет там. Я расстегнул молнию и достал из сумочки пистолет. Еще никогда в жизни я не стрелял в живых людей, но меня учили стрелять по мишеням в тире в Голливуде, так что об огнестрельном оружии я все же имел представление. Я прикинул место, где Ви могла бы бросить сумочку, когда якобы сумела достать из нее пистолет, и бросил ее там.

Потом я отошел в сторону, чтобы полоска света из ванной осветила мне картину происходящего. Ви лежала почти в той же позе, в какой лежал тогда Джо. Бутылку шампанского я хорошенько протер со всех сторон на предмет отпечатков пальцев. Кстати, ладони и запястья у меня почти не были запачканы кровью. При одной только мысли о том, что я так хладнокровно об этом думаю, меня чуть не вырвало. Стоять у меня уже не было сил, да это и не требовалось, потому что я должен был застрелить Брауни из того положения, из какого это могла сделать Ви. Вообще с Брауни все должно было быть сложнее, чем с Ви, потому что он должен был увидеть меня до того, как я выстрелю. Увидеть и приблизиться.

Я опустился на пол рядом с Ви, прислонился головой к постели и стал ждать. Уже через пять минут холодный воздух из кондиционера высушил на мне весь пот, оставив ощущение липкости и зябкости. Меня даже знобить начало. Но я сидел с пистолетом в руке и ждал.