Под палящим солнцем - Джейн Харпер

– Я и говорю.

– Он Баб, от слова «ребенок»^[5]. Потому что он – наш «младшенький».

– О. – Кэти наморщила лоб. Она посмотрела на Баба. «Младшенький» энергично закидывал еду в свой тридцатилетний рот. – Простите.

– Ничего страшного, – произнес Баб с чувством.

– Нет, мне так неловко, – Кэйти сконфуженно хихикнула. – Я все это время называла тебя неправильным именем.

– Ну, его правильное имя – Ли, – произнесла Лиз со вздохом. Она наконец закрыла холодильник и уже сидела за столом. – Так что ты не одна такая.

Баб одарил Кэйти такой улыбкой, что ей пришлось отвести глаза, потом повернулся к Гарри:

– Что там Глен сказал по поводу завтрашней встречи?

Гарри покосился на Лиз:

– Не сейчас, парень.

– Спросить, что ль, нельзя?

– Баб успел переодеться? – заметил Нэйтан. Он посмотрел на себя, потом на Ксандера. Красная пыль сегодняшнего утра заполнила каждую складку на одежде, и при виде нее Нэйтана передернуло. Он потер красное пятно на джинсах и почувствовал на пальцах песок.

– Заведу попозже стиральную машину, – тихо сказала Лиз, и Нэйтан понял, что она тоже смотрит на пыль.

– Спасибо.

Какое-то время все молчали, слышно было только клацанье ножей и вилок по тарелкам. Через несколько минут Ксандер повернулся к англичанам – как Нэйтан и ожидал. Городской мальчик. Не выносит тишины, как и все они.

– И давно вы путешествуете? – спросил Ксандер у Саймона, который, похоже, тоже обрадовался, что молчание, наконец, прервали.

– Почти год.

– Не поедете домой на Рождество?

– Не планировали, – начал было Саймон, но Кэйти тут же его перебила:

– Слишком дорого.

Они обменялись взглядами, означающими что-то, понятное только им.

– Так вас нанял Кэм? – спросил Нэйтан, и они повернулись к нему. – Была договоренность или…?

– Нет. Чистое везение. – Саймон дожевал и положил вилку. – Мы были в городе, в пабе и разговорились. Дома я много кем работал, так что знаю, как чинить заборы, присматривать за скважинами и все такое.

Почти неуловимая рябь пробежала по неподвижному лицу Гарри, и Нэйтану стало интересно, какой на самом деле помощник из этого туриста.

Саймон кивнул на Кэйти:

– А она – учительница, так что пришлась здесь кстати – для девочек. Делает с ними уроки для радиошколы.

Кэйти слегка улыбнулась. Она тоже уже положила приборы и сейчас грызла ноготь большого пальца.

– И как вам здесь?

– Потрясающе, – выпалил Саймон. Кэйти не ответила.

– Наверно не слабая смена ритма для вас, – заметил Нэйтан.

– Вот тут вы абсолютно правы, – ответил Саймон, и Нэйтан уловил в его тоне снисходительный оттенок. – Дома ничего такого в помине нет. Мы прямо обалдели от того, насколько большие эти ваши фермы, когда приехали. В Западной Австралии мы были на одной размером с пол-Уэльса.

– Угу. – Нэйтан не знал размеров Уэльса, но удивлен не был. – Так вы, значит, работали на фермах?

– Да, успели побывать на парочке.

– Где?

– Ну на западе в основном.

– Ага, ты говорил. Запад охрененно большой.

– Не думаю, что вы о ней слышали.

– А ты проверь.

– Армистед.

Нэйтан с раздражением понял, что и правда о такой не слышал.

– Где она находится?

– Где-то к востоку от Перта.

– Да все к востоку от него…

Лиз бросила вилку на тарелку.

– Господи, Нэйтан.

– Чего ты им спокойно поесть не даешь, а? – спросил Гарри.

– Нет-нет, это я виноват, – сказал Саймон. – Никчемное описание, я знаю, но здесь это так сложно. Совершенно не за что уцепиться.

Так и есть, думал Нэйтан, когда ты абсолютно слеп к местному ландшафту.

Тут дожевал Ксандер:

– Что привело вас в Квинсленд?

Саймон глотнул воды и помедлил.

– Погода.

– Неужели?

– Чертовски жарко в Западной Австралии.

– Ну это ведь официально самый жаркий штат.

– О. Да? Я и не знал. Ну все равно лучше, чем наш родной промозглый туман, так ведь? – Саймон взглянул на Кэйти, которая явно думала о чем-то другом.

– Простите. Что? – она отвернулась от окна, куда до этого был направлен ее застывший взгляд. Небо уже заволакивали сумерки.

– Я говорил…

Его прервал пронзительный звон стационарного телефона из коридора, очень громкий в такой тишине. «Должно быть, слухи уже поползли», – подумал Нэйтан.

– Я возьму, – Гарри начал вылезать из-за стола, но Лиз уже исчезла, так и не притронувшись к еде. Гарри посмотрел в пустой дверной проем и покачал головой.

– Нам так жаль Кэмерона, – произнес Саймон, ни к кому конкретно не обращаясь. Кэйти снова грызла ногти. – Он был отличным парнем. Когда мы в городе искали работу, слышали о нем много хорошего, и все оказалось правдой. Люди говорили, что нам очень повезло устроиться к нему.

«В общем, наверно так и было», – думал Нэйтан. Все знали, что Кэмерон – хороший хозяин.

– Я и не думал, что вы сами все еще живете так близко к городу, – сказал Саймон.

– Не так уж и близко, в трех часах езды.

– Да, ну относительно. Мне казалось, что вы уехали гораздо дальше.

– Нет.

Сейчас Кэйти тоже встрепенулась, и они вместе с Саймоном изучающе разглядывали Нэйтана. «Интересно, что люди в городе говорили о нем, распевая дифирамбы Кэму», – подумал Нэйтан. Хотя и думать было нечего. Он знал и так. Возникла неловкая пауза, но никто не стал ее прерывать. Он просто сам невозмутимо и в упор смотрел на них, пока Саймон не опустил глаза. Он перекинулся на Ксандера:

– Ты живешь с отцом?

– Нет, – ответил Ксандер. – Я хожу в школу в Брисбене.

«Прирожденный дипломат», – подумал Нэйтан, одновременно слегка задетый и растроганный. Эти семь слов его сын деликатно набросил на целое десятилетие перетягивания каната между Нэйтаном и его женой, Джеки, на подмогу которой подоспел еще и ее новый муж. Действующие на нервы телефонные переговоры, письма от адвокатов, судебные распоряжения, согласование посещений и, конечно же, конечно, счета от юристов. Ксандер слегка улыбнулся Нэйтану, словно читая его мысли.

– Думаешь тоже пойти изучать управление недвижимостью? – спросил Саймон.