Провал - Микаэль Юрт

Начальник полиции дрожащей от нервозности рукой вернул трубку на место.

– Разумеется, разумеется. Как это я не подумал?

Едва они выпили по чашке кофе, как в блекло-серую комнату этажом выше доставили материал. Все лежало вперемешку в большой картонной коробке. С самого верха Билли обнаружил отчет о вскрытии из судебно-медицинской лаборатории Лунда, составленный их главным врачом, Фридой Ханссон, которую Билли знал как аккуратного и компетентного работника. Он начал читать Ванье вслух, сосредотачиваясь на самом существенном.

– Когда ее обнаружили утром, она, судя по всему, уже была мертва двенадцать-шестнадцать часов. Причина смерти – проникающее ранение в лоб.

– Выстрел?

Билли отрицательно покачал головой.

– Нет. Ни остатков пороха, ни выходного отверстия, ни пули в черепе. – Он оторвался от бумаги. – Она полагает, что убийца воспользовался пневматическим пистолетом. На это указывают повреждения и диаметр входного отверстия.

– Пневматический пистолет?

– Такой используют для усыпления лошадей и коров во время забоя. С помощью сжатого воздуха или пороха из него выпускается стальной стержень. – Билли издал для иллюстрации соответствующий звук. – Паф! Прямо в лобную кость!

Представив себе эту жуткую картину, Ванья слегка скривилась.

– Отчетливые следы наручников, – продолжил Билли. – Патриция, похоже, споротивлялась: вокруг запястий синяки и ссадины. А вот это интересно… – Он посмотрел на Ванью, продолжавшую рыться в коробке. – В желудке обнаружены следы бензодиазепинов.

– Накачана наркотиками.

– Я не знаю пороговых пределов, но это солидная доза. Должно было хватить, чтобы если не усыпить ее, то, во всяком случае, сделать очень податливой. Урсула наверняка в этом разбирается.

Ванья достала со дна коробки пакет с доказательствами, помеченный датой, но без регистрационного номера. Там оказался тест, прикрепленный к спине Патриции. Ванья показала его Билли.

– Здесь лежат доказательства. Какая чертова неразбериха. Какой-нибудь компетентный местный сотрудник должен помочь нам с каталогизацией, иначе мы застрянем тут на целую вечность.

Она положила окровавленный тест на стол. В самом верху первой страницы красной ручкой было написано: «13/60». Ванья наклонилась и прочитала вслух первый вопрос.

– Как расшифровывается аббревиатура НАТО?

Билли пожал плечами.

– Я не знаю, а ты?

– North Atlantic Treaty Organization.

– Зачем мне это знать? – спросил Билли, поднимая пакет с тестом. – Смотри: К какой части речи относится бла-бла-бла? Что означает «пашот»? Как назывался флагманский корабль Христофора Колумба? – Он перевернул пакет. – Кто стал королем Швеции после Оскара I?

Он положил пакет обратно на стол и повернулся к Ванье.

– Нет, серьезно, зачем мне это знать? Я могу за десять секунд найти все ответы в «Гугле».

– Это считается общим образованием.

– Я понимаю, когда за ответом приходилось бежать домой, к справочнику, но теперь? Теперь это просто ненужные знания.

– Я не уверена, что все согласятся с тобой в том, что существуют ненужные знания, – развеселившись, сказала Ванья. Билли действительно завелся. Она догадывалась, что он просто-напросто мало на что мог правильно ответить в тесте, который пробежал глазами.

– Ладно, наплевать, – ответил Билли. – По крайней мере, нам теперь не надо раздумывать над тем, тот же ли это преступник. Вопросы идентичны тем, что мы нашли на спине Петковича.

Ванья молча кивнула, ей оставалось только согласиться.

– Если ты сообщишь последние новости Торкелю, я попытаюсь навести некоторый порядок в этой куче. Перешли ему тест и отчет о вскрытии.

– Конечно. – Билли взял бумаги и быстро удалился из комнаты.

Ванья продолжила разбираться в содержимом коробки, вытащила его и начала раскладывать хоть в каком-то порядке. Там имелось довольно много интересного.

Допрос Рагнхильд Турссон из подготовительной школы, куда ходил пятилетний сын Патриции Макс. В полицию первой позвонила она. Когда Патриция не пришла за мальчиком, Рагнхильд около семи часов вечера забрала его к себе домой и позвонила в полицию. На следующее утро Патрицию объявили в розыск и направили полицейский наряд к ней в квартиру и в парикмахерский салон, где она арендовала кресло. Ни соседи, ни коллеги ее не видели.

Когда в школе Тольшё нашли труп, находку связали с исчезновением. До сих пор они работали профессионально и эффективно. Отчеты написаны относительно хорошо, информативно и дают общее представление о деле. У полиции Хельсингборга еще не все потеряно. Все пошло наперекосяк только тогда, когда расследование передали Берглунду. Отчетность стала спорадической и неполной. Отсутствовали обстоятельные протоколы допросов коллег, подготовительной школы и друзей. Все силы были брошены на то, чтобы заставить Стефана сознаться. Он последовательно отрицал свою причастность к преступлению.

Однобокий подход Берглунда заставил Ванью заподозрить, что тот, должно быть, сталкивался с Андерссоном по роду службы. Какой-то конфликт, затруднительное задержание, что-то личное. Другого объяснения слепой убежденности Берглунда не было.

И действительно, Стефан Андерссон, тридцати трех лет, строительный рабочий, был уже ранее известен полиции. Несколько судов из-за побоев и угроз. Они с Патрицией познакомились, когда ей было девятнадцать, и вступили в сложные отношения, которые закончились за год до того, как Патриция подала заявление в программу «Мать-одиночка в поиске». Попав в программу, Патриция со слезами рассказывала, как Стефан на протяжении нескольких лет издевался над ней, и физически, и морально. Получилась хорошая и захватывающая передача, которая, отвечая всем правилам медиальной драматургии, временно привлекла внимание к насилию в близких отношениях, – прежде всего в вечерних газетах.

Передача привела также к тому, что Стефан неоднократно применял по отношению к Патриции рукоприкладство, считая, что она его оклеветала и испортила ему жизнь.

Через восемь месяцев после показа передачи последовало наконец постановление о запрете посещения.

Похоже, оно сработало, и вызовы полиции стали реже, а потом вообще прекратились. Самой Патриции удалось извлечь выгоду из обретенного статуса знаменитости, она начала вести блог и выходить в люди. Она светилась в качестве гостя в нескольких ток-шоу и телевизионных дебатах, где продолжала говорить о Стефане и борьбе за то, чтобы от него освободиться. После лета ей предстояло появиться в качестве одной из двоих ведущих серии передач о воздействии на человека близких с разного рода зависимостью и участвовать в сериале о звездах реалити-шоу.

«Победительница и проигравший в сегодняшнем обществе, одержимом СМИ», – спокойно рассудила Ванья. Она прекрасно понимала, почему Берглунд подозревает этого мужчину. Однако протоколы допросов рассказывали историю о полицейском, позволившем подозрению превратиться в убежденность без каких-либо конкретных доказательств.