Затворник с Примроуз-лейн - Джеймс Реннер

…Отец Кинан отказался беседовать со следователями… Ответа на интересующий всех вопрос – кто же такой Старик с Примроуз-лейн – все еще нет. «Меня это не волнует, – говорит лейтенант Гаро. – Моя задача – найти убийцу. Мне все равно, от кого этот человек скрывался – от закона, от кредиторов или от жены-мегеры. Его убили. И мы намерены выяснить, кто это сделал».

Дэвид, кончив читать, полез в карман за «ментальными» сигаретами, которые захватил с собой. Не зажигая, сунул одну в рот и перемотал микрофильм к началу, чтобы просмотреть газетные статьи еще раз.

– Сэр, здесь нельзя курить, – обратился к нему мужчина, сидевший за стойкой библиотекаря и, как подметил Дэвид, читавший «Протеже серийного убийцы». Дэвид давно заметил: в отличие от любителей романов читатели нон-фикшн не часто заглядывают на заднюю обложку книги, где напечатано фото писателя. Сюжет для них интереснее автора.

– Я не курю, – сказал он.

– Тогда ладно.

– Как вам эта книга? – спросил Дэвид. – Я вот думал, не почитать ли.

– С претензией вещь. Слишком многословная.

– Вы ее почти дочитали.

– Ну да. Интересно, чем кончится.

Дэвид кивнул и вернулся к статье в газете.

– Что ж, справедливо.

* * *

Разыскать Кэти Кинан не составило труда. Фейсбук. На словах она, конечно, жаждала защитить свою частную жизнь, но ничего для этого не делала. Разве что не вывешивала своих фотографий в открытом доступе, а на аватарку поставила снимок пачки хлопьев «Граф Шоколакула». Поскольку Дэвиду представлялось, что Кэти Кинан – центральный элемент головоломки, он хотел встретиться с ней сегодня же вечером, пока не остыл охотничий азарт. Если удастся завоевать ее доверие, полдела будет сделано. Начать расследование с эксклюзивного интервью – добрый знак.

В начале девятого Дэвид вошел в книжный магазин «Барнс энд Нобл» в Кайахога-Фоллс. В работе он всегда что-нибудь да оставлял на волю случая, вот и на этот раз не стал звонить заранее, чтобы убедиться, что Кэти на работе. Не то чтобы он верил, что застанет ее на месте, потому что так предначертано судьбой. Скорее наслаждался игрой с непредсказуемым результатом. Дэвид любил риск.

В «Барнс энд Нобл» не пахло книгами. Пахло лишь кондиционированным воздухом, как в магазине электроники. Он вспомнил книжную лавку в Кенте, на Мэйн-стрит, куда заходил раз в неделю за последними выпусками «Сверхсил» и «Человека-паука». Двери лавки всегда, даже среди зимы, держали открытыми, и оттуда шел запах клея, коленкоровых переплетов и старых газет.

Дэвид прошел в кафе. За прилавком стоял коротышка с козлиной бороденкой.

– Чем могу служить? – спросил он. – Не желаете сдобу с чудо-ягодами и тройным низкокалорийным шоколадом?

– Кэти сегодня работает? – вопросом на вопрос ответил Дэвид.

– Не, мужик, Кэти нет, – отрезал коротышка.

Дэвид побродил по магазину и остановился у раздела нон-фикшн. Его книга стояла в общем ряду, не повернутая обложкой к покупателю, как новинки и бестселлеры, но по крайней мере с десяток ее экземпляров здесь имелось. Не раздумывая – как это с ним всегда бывало в начале расследования, он вошел в своего рода журналистский транс – Дэвид вынул синий «Бик», взял с полки экземпляр «Протеже» и поставил в нем автограф. Взял другой и тоже надписал. Кто-нибудь из продавцов, если захочет, сможет продать их на eBay – заработает себе на пиво. Он подписывал пятый экземпляр, когда его застукали.

– Ты что делаешь, говнюк?! – раздался женский голос.

Он поднял глаза. Молодая женщина смотрела на него со смесью ужаса и отвращения. На мгновение ему показалось, что перед ним призрак жены. Потом в голове прояснилось: эта моложе, как-то ярче и угловатее. Но поразительное сходство его напугало. На ней были кеды «Олл Стар», джинсы с заплатками и красно-белый полосатый свитер, как из детской книжки «Где Уолли?». Прямые рыжие волосы придерживал ободок с белыми кошачьими ушками. К свитеру был прицеплен бейджик – «Кэти».

– Ой, – вырвалось у него.

– Что ты там написал? – строго спросила она. – А, знаю! Это ты пишешь всякую христианскую хрень в книжках про Гарри Поттера? Ах ты урод! Мы потом читателям деньги возвращаем!

Кэти выхватила у Дэвида книгу.

– Стой где стоишь, я за охранником.

Она повернулась, чтобы идти.

– Подождите. – Он осторожно подхватил ее за руку.

Кожа у нее была как теплый бархат.

– Слушайте, это же глупо. Я не… Слушайте… Мне, право, неудобно, но…

– А, покраснел, – сказала она.

– Да я… Я могу объяснить насчет книги. Я…

– Я знаю, кто вы, – сказала Кэти с улыбкой Чеширского Кота. – Я просто над вами прикалывалась.

– Так мы знакомы?

– Вы у меня в списке френдов в Фейсбуке. Вы мне даже в личку писали – разве не помните?

Дэвид кивнул. Он сделал себе аккаунт в Фейсбуке по настоянию издателя перед самым выходом «Протеже», но уже давным-давно туда не заходил. Но знал, кто делает это за него.

– Мэтт сказал, вы меня искали? После того как про меня напечатали в газетах, сюда нагрянули репортеры с телевидения. Хотели взять у меня интервью. Так что, если кто будет меня спрашивать, всем велено отвечать, что меня нет.

Дэвид кивнул. Во рту у него пересохло.

– Честно говоря, я подозревала, что вы захотите со мной встретиться, – сказала Кэти, рассматривая его. – Знаете, как Карен Аллен из «В поисках утраченного ковчега» – «Я знала, что однажды ты войдешь в эту дверь». Понимаете?

– Да.

– Только я не даю интервью, – сказала она. – Ненавижу этих гребаных репортеров. Устроили мне адскую жизнь.

– Я не репортер, – ответил Дэвид. – Моя специальность – английский язык и литература.

– И люди на это ведутся?

– Вообще-то да.

Она снова окинула его взглядом – с ног до головы.

– Где же вас носило? Где вы прятались, Дэвид Нефф? Вы написали лучшую после «Хладнокровного убийства» документалку о преступлении, а потом исчезли с горизонта, как Дэйв Шапелл.

– У меня было горе.

– Жена?

Он кивнул.

– О’кей, я согласна с вами поговорить. Но только не здесь, ладно? Подъезжайте ко мне завтра вечером, в шесть, свозите поужинать, можно в гриль-бар «Даймонд» или еще куда. Средства ведь вам позволяют, да?

Кэти смахнула с лица прядь рыжих волос. Глаза она подводит, как настоящий гот, отметил он.

– С вами когда-нибудь так было? Вы встречаете человека и чувствуете, что это знакомство способно круто изменить вашу жизнь и лучше бы вам было этого поворота избежать?

Он опять кивнул:

– Пару раз.