Последнее пророчество - Скотт Мариани

К полудню третьего дня глаза устали и слезились. На столе выросла гора бумаг. Кофе в чашке остыл, пока он продирался сквозь страницы написанного на иврите текста. И все же заложенные двадцать лет назад знания постепенно прорастали, фрагменты складывались, картина прояснялась.

Впервые за последние дни зазвонил телефон. Почувствовав пульсирующее жужжание, Бен достал его из кармана и ответил. Собственный голос прозвучал непривычно, словно чужой.

Звонил Чарли.

— Бен, нужна твоя помощь.

Он откинулся на спинку кресла и потер глаза. Голова еще кружилась. Пришлось сделать над собой усилие, чтобы вернуться в настоящее из другого мира.

— Ты где?

— Все еще на Корфу, — быстро ответил Чарли. — Дело оказалось не таким простым, как ты говорил. У меня здесь проблемы.

— Что нужно от меня?

Чарли сказал что-то, но Бен не расслышал.

— Повтори.

— Я говорю, что тебе надо как можно скорее прилететь сюда.

— Не могу. Постарайся объяснить, что происходит.

— Понимаю, прозвучит странно, но объяснить смогу только при встрече. Это не телефонный разговор. Ситуация запутанная.

— Послушай, не надо усложнять. Работа ведь простая.

— Это ты сказал, что простая. Поверь, события развиваются по другому сценарию.

Бен вздохнул. Помолчал несколько секунд.

— Пожалуйста, Бен. Все очень серьезно.

— Насколько серьезно?

— Очень серьезно.

Он закрыл глаза. Вот же черт.

— Ты абсолютно уверен, что не справишься сам?

— Извини, мне нужна поддержка. Ты в этом разбираешься лучше меня.

Бен снова вздохнул. Покачал головой. Посмотрел на часы. Прикинул. Если успеть на оксфордский поезд до Лондона, в Хитроу можно быть через несколько часов. Оттуда самолетом до Афин, а уже из Афин — на Корфу.

— Ладно. Понял. Сообщи место встречи. Буду завтра к полудню.

На Корфу Бен прилетел к завтраку.

Бывать на этом острове раньше ему не доводилось. Ожидания не оправдались: по крайней мере, с воздуха Корфу выглядел настоящим раем с зелеными лесами, усыпанными цветами полянами, белыми скалами и голубым морем. Пока самолет разворачивался и снижался над аэропортом Керкиры, Бен успел заметить живописные руины и сонные деревушки, приютившиеся в тени сосновых рощ.

Впрочем, любоваться красотами было некогда. Он устал и с трудом сдерживал раздражение. Что ему здесь делать? Почему Чарли не справился сам? Солдатом он был хорошим, решительным, энергичным, предприимчивым. Может, выдохся? Бен знал, такое случается нередко.

Он сошел с самолета в жаркие объятия солнца, арендовал камеру хранения и оставил в ней паспорт, обратный билет и толстую книжку по философии, которую брал почитать в полете. Задерживаться надолго Бен не планировал, а путешествовать всегда предпочитал налегке. С собой он взял лишь бумажник, телефон и фляжку с виски.

Некоторые сомнения вызвала Библия. В последнее время он почти постоянно носил ее с собой и уже привык иметь под рукой. Много места она не занимала, и в конце концов Бен положил ее в сумку. Повесив сумку на плечо и убрав в карман джинсов ключик и бумажник, вышел из зала аэропорта и взял такси.

Пока старенький, дребезжащий «фиат» катил в город, Бен, устроившись на заднем сиденье, любовался пейзажем. Водитель попался разговорчивый, но его ломаный английский оставлял желать лучшего, и парень, так и не дождавшись от пассажира реакции, в конце концов замолчал. От аэропорта до Керкиры всего две мили, но к тому времени, когда они добрались до города, поток движения уже затопил узкие улочки. Бен расплатился с таксистом новенькими, хрустящими евро, забрал из багажника сумку и отправился к месту встречи пешком.

Шел он быстро, подгоняемый как нетерпением, так и желанием поскорее услышать отчет Чарли. Встретиться договорились в гостинице, где остановился Чарли. У Бена был адрес, а купленная в аэропорту дешевая карта помогала ориентироваться в лабиринте старого города.

На протянутых через узкие улочки веревках колыхалось постиранное белье. Жизнь в этом скученном местечке бурлила вовсю, на каждом шагу попадались магазинчики, лавки, таверны, закусочные и кафе. Воздух над шумной рыночной площадью пропитался терпким запахом лобстеров и кальмаров. На прилавках, поблескивая под солнцем, высились горки свежих оливок. За столиками кафе на площади Сан-Рокко люди потягивали кофе, разговаривали и читали утренние газеты. По петляющим древним улочкам ползали и носились автомобили и скутера.

Стрелки часов подбирались к девяти, когда Бен вышел к гостинице, сложенному из блеклых каменных блоков строению в конце оживленной улицы, проходящей через центр старого города. На террасе открытого кафе выстроились в ряд несколько столиков под широкими навесами и с десяток больших каменных урн с пальмами.

За одним из столиков сидел Чарли. Перед ним лежала газета, рядом стояла чашка с дымящимся кофе. Увидев на противоположной стороне улицы Бена, он помахал рукой. Лицо его выразило не столько радость, сколько облегчение, а вот улыбки на нем так и не появилось.

Проскользнув между запрудившими проезжую часть машинами и попетляв между столиками, Бен достиг наконец пункта назначения. Свободных мест почти не было: за одними столиками расположились целые семьи, другие заняли немногочисленные пока туристы с непременными камерами и путеводителями, за третьими торопливо завтракали спешащие на работу местные жители. В углу террасы неприметного вида человечек в легком пиджаке работал на ноутбуке.

Бен повесил пиджак на спинку плетеного стула и поставил под ноги дорожную сумку. Потом опустился на стул, с наслаждением вытянул ноги и сложил руки на груди.

— Спасибо, что приехал, — сказал Чарли.

— Рассказывай, что случилось. Надеюсь, причина веская. Я устал, и у меня куча дел в другом месте.

— Кофе хочешь?

— Рассказывай.

Чарли нахмурился. Вид у него был обеспокоенный. Похоже, со времени их телефонного разговора ситуация только осложнилась.

— У меня нехорошее предчувствие. Насчет Зои Брэдбери.