Мне и так хорошо - Яна Сибирь

«смотрин» начался «обряд посвящения». Машка в этот день не работала, так что разговаривать мне особо было не с кем, поэтому я полностью отдалась работе. Две девушки не останавливаясь, таскали мне разную посуду, успевая при этом заговорщически переглядываться. Я так поняла – они решили устроить мне испытание. Детский сад! Наивные люди. Если бы они хоть раз подежурили в столовой детского дома, то поняли бы, что все эти «штучки» для меня ничего не значат. На подобные провокации я перестала реагировать лет в четырнадцать.

В одиннадцать часов вечера ресторан закрыли и все разошлись. Я домыла посуду, вымыла на кухне пол и тоже отправилась домой. В заведении остались двое профессиональных охранников в дорогих костюмах, один из которых и закрыл за мной дверь. Знакомиться мы не стали.

Оказавшись на улице в первом часу ночи, я испытала чувство удовлетворения. Было прохладно, но не холодно и огромная луна на небе была в эту ночь большой и яркой лампочкой для всего города. Может, именно благодаря погоде, я ничуть не расстроилась из-за того, что мне предстояло еще больше часа добираться до дома пешком по длинным, безлюдным улицам. Ничего страшного, подумала я, но на всякий случай, выпустила на «сцену» Азу.

Постепенно я втянулась в свой новый жизненный график и дни, практически одинаковые по своему содержанию, полетели один за другим. Так прошел октябрь, за ним ноябрь и наступил долгожданный декабрь, который для многих людей был самым радостным месяцем в году (это, разумеется, благодаря празднику, который мы все знаем под названием «Новый год»).

Вкратце расскажу вам об этих месяцах. Ничего особенного в них не было. Несколько раз приезжала София, чтобы проверить мою жизнь. Машка приходила в гости три раза и каждый раз с новой историей про нового парня. У меня пока не было желание обзаводиться второй половиной, чего Машка категорически не одобряла и абсолютно не понимала. Павла Алексеевича, своего девятилетнего знакомого я не видела. Зато, где-то в середине ноября я познакомилась со своими соседями по лестничной площадке. Это были на вид довольно милые старики, супружеская пара – Герман и Фрида. Они с самой первой встречи просили называть их только так, без всяких там бабушек и дедушек. Я знаю, что это не очень важно, но все-таки скажу о них несколько слов. Герман – бойкий старичок. Спортивный, молчаливый и слегка хмурый. Он всегда слушает жену и помогает соседям с их мелкими бытовыми проблемами. Фрида – очаровательная старушка с проседью в волосах и улыбкой на устах. Она всегда вежлива. Всегда чисто и красиво одета, как и ее муж. Фрида печет вкусные пироги и запеканки и частенько угощает этими лакомствами соседей. Много говорит о детях, возможно потому, что у нее нет своих. Хотя, по ее рассказам можно догадаться, что у нее много братьев и сестер, которые нередко отправляют к ним своих внуков и внучек. Другие старики, скорее всего, относились бы к этому как к наказанию, а вот Фрида с Германом, похоже, воспринимали это иначе.

Я никому и никогда не говорила, что я сирота, поэтому, когда меня спрашивали, почему я в столь юном возрасте живу одна, я всегда отвечала, что я очень резко стала самостоятельной, и родители решили удовлетворить мою просьбу и поселить меня одну. Взрослые люди, услышав такое, выказывали восхищение моим родителям. Это правда. Всем взрослым людям хочется воспитать умных, хороших и самостоятельных детей, чтобы не приходилось за них все время волноваться.

Доказав в первую очередь себе свою самостоятельность я все-таки смогла накопить нужную сумму и купить себе новенький ноутбук и подключить интернет. Я прелесть! Этой цели я достигла! Оставалось еще много всего, но я скрупулезно, а главное, терпеливо двигалась к своей мечте. А мечтала я о том, чтобы стать писателем. Пока я делала кое-какие наброски на бумаге, в основном в утренние часы, но я жадно ждала «новогодних каникул», тех самых долгих выходных, чтобы начать работу над книгой. В этом моем желании меня поддерживали все (я о «своих» девчонках), кроме Азы. Аза считала это неоправданной тратой времени и каждый раз, как я садилась за работу, она уходила и не показывалась до той поры, пока я не заканчивала. Злая девочка!

К концу декабря мой внутренний мир дал трещину. Начался бунт. Что-то подобное я уже переживала, когда заканчивала школу. Все «мои» девчонки вдруг резко стали требовать исполнения своих желаний. Бриллиант хотела новую стильную одежду и качественную дорогую косметику. Аза хотела спортивный инвентарь или записаться в тренажерный зал, чтобы не терять сильное тело, над которым она так долго и тщательно работала. Дакота же мечтала об институте и о нагрузке на мозги (в отличие от Азы). Они тянули меня в разные стороны, и я не знала, на чем изначально следует сосредоточиться.

У нас начались долгие и мучительные разговоры, не приводящие ни к чему. Мы ругались и перепирались и никак не могли найти точку соприкосновение. Я-то хотела просто запереться в квартире, месяца на три-четыре и попробовать написать хорошую книгу! Я знала, что пока это невозможно, но… Мечтать любят все. Вот и я мечтала. Вот так же мечтали и «они».

Однажды, после очередной рабочей смены, я возвращалась домой по ужасно плохой погоде. Было холодно и дул ветер. Я была в черном зимнем пуховике, который доходил мне до колен и в черной вязаной шапке, которую мне подарила Машка (это был подарок на Новый год). Я в долгу не осталась и преподнесла ей роскошную красную кофту, которую она как-то показала мне в магазине. Но, мы отошли от главного. Я возвращалась домой и между мной и «моими» дамами завязался очередной спор.

– Ну, объясни мне, к чему тратить столько времени на написание какой-то книжки? – возмущалась Аза. – Ведь совершенно не факт, что она понравиться тому, кому нужно. А если ее не возьмет ни одно издательство, то тогда зачем все это?

– Не надо так, – сказала Дакота. – Можем мы хоть раз поговорить нормально?

Говорить на улице сейчас было вполне безопасно. Вокруг не было ни души. Какой дурак будет ночью шататься по дворам да еще в такую погоду? Только я!

– А что тут разговаривать? – вмешалась Бриллиант. – Книги – это хорошо, тренажерный зал – это хорошо, институт – это тоже хорошо. Вот только одно плохо – где нам взять столько времени и сил, чтобы успеть все? К тому же, я уже знаю, что это многим не понравиться, но я