Файлы фараонов - Джон Джойс

Уснувшую в кресле Джессику разбудил негромкий стук в дверь. Утром ей пришлось пройти через настоящий ад: минные поля интервью представителям газет и телевидения, сообщения о расторжении контрактов, трудные телефонные разговоры с постоянными клиентами…

На пороге стоял невысокого роста широкоплечий мужчина: бычья шея, армейский ежик темных волос, аккуратно подстриженные усы.

— Вы хотели меня видеть, мисс Райт?

Кроуи. В слегка раскатистом «р», когда он произнес ее имя, слышался акцент уроженца западных графств, во всяком случае, в личном деле майора указывалось, что родом он из Дорсета. Когда-то Кроуи служил в действующей армии, но, получив серьезную травму при падении вертолета на Фолклендах, был вынужден оставить военную службу. Вернувшись домой, он создал собственное охранное агентство, которое использовало самые передовые электронные технологии. С «РКГ» он поначалу работал по контракту, однако после гибели Марии доктор Гилкренски предложил майору возглавить службу безопасности корпорации. В тот трагический день Кроуи находился на ферме в Уиклоу, где проходило испытание новой системы сигнализации. Он подъехал как раз в тот момент, когда Тео был готов броситься в бушевавшее пламя взрыва, и тем самым спас жизнь шефа.

Джессика встрепенулась, стряхивая усталость.

— Да, майор. Простите, что пришлось вытащить вас в Лондон, но у нас кризис. Садитесь, прошу вас.

Кроуи устроился за длинным столом. Джессика положила папку с его личным делом в ящик стеллажа.

— Как идут дела в Ирландии?

— Отлично, мисс Райт. Я настоял на модернизации системы безопасности на острове и как раз занимался ее отладкой, когда мы получили ваш факс.

— Есть что-нибудь новое в расследовании причин гибели Марии Гилкренски?

— Боюсь, нет. Ни одна из террористических организаций не взяла на себя ответственности, а поскольку взрыв уничтожил обе машины, никаких улик не осталось. У нас нет возможности объективно судить о том, что произошло: сработала ли бомба в «БМВ» от поворота ключа зажигания или кто-то нажал кнопку дистанционного управления. Вполне вероятно также, что злоумышленник испортил принадлежавший миссис Гилкренски автомобиль, чтобы заставить ее пересесть в машину мужа.

— Я не совсем поняла.

— Видите ли, если взрывным устройством управляли люди, которые наблюдали за домом и знали, кто станет их жертвой при нажатии кнопки, то нам остается предположить, что террористы просто хотели создать видимость покушения на главу корпорации, но главной их целью все-таки была его жена.

Джессика покачала головой.

— Как он сейчас себя чувствует? Я имею в виду психологическое состояние.

Кроуи помедлил, прежде чем ответить:

— Парни говорят, Гилкренски замкнулся в себе. Работа над новым компьютером продвигается достаточно успешно, специалисты, что приезжают из Корка, просто дрожат от нетерпения.

— А другие посетители у него бывают?

— Только коллеги. Иногда появляется кто-то из светил. Сам доктор Гилкренски не покидает остров, если не считать этого перелета в Корк, где он пересядет на наш самолет. А сеансы прекратились еще несколько месяцев назад…

— Сеансы? — До Джессики доходили кое-какие слухи, но она понятия не имела, насколько они соответствуют действительности.

— После гибели миссис Гилкренски мы перебрались на остров, и туда слетелось множество спиритуалов. Каждого нужно было проверить… Потом, когда проблемы с компьютером начали решаться, председателю, похоже, больше незачем стало общаться с ними. Слава Богу! Охрана с ума сходила. Только на прошлой неделе…

— Вы же сказали, сеансы прекратились несколько месяцев назад?

— Это правда. Но вы ведь знаете людей. Пошли разговоры, и на прошлой неделе некая девица заявила, что слышала, будто мистер Гилкренски по ночам ведет долгие беседы с женой…

Глядя на потоки дождевой воды, бежавшие по оконному стеклу, Джессика задумалась. Да… Уж если ведьмы и в самом деле существуют, то Марию следовало бы причислить к ним первой. В сердце исполнительного директора корпорации «Гилкрест» еле слышно прозвучали отголоски, казалось, уже забытой ревности. С супругой Тео она виделась всего раз, но и этого оказалось достаточно — более чем достаточно! — чтобы они обе поняли друг о друге все.

Познакомились они на открытии нового завода корпорации в Корке. Мероприятие было организовано в привычном для мистера Гилкренски духе. Тео прибыл туда на вертолете. Улыбаясь, он приветственно махал журналистам, приоткрыв окно винтокрылой машины. Мэр города перерезал красную ленту на входе в главный цех и нажал кнопку пуска производственной линии. Тео отвечал на многочисленные вопросы об инвестициях и новых рабочих местах. Все шло как обычно — то есть превосходно.

Мария приехала на торжества в собственной машине, оставила ее далеко от стоянки для именитых гостей и следовала за Тео на расстоянии, как бы давая понять: она не желает принимать участие в этой пошлой церемонии.

Джессика считала своим долгом узнать о миссис Гилкренски все, что представится возможным. Себе она объясняла такое любопытство искренней заботой о благе друга, но в душе была вынуждена признаться в старомодной ревности. Будь па месте Марии другая, Джессика успокаивала бы себя мыслью о том, что жену Тео привлекли деньги. Однако материальные блага нисколько не интересовали Марию. Она ездила в стареньком «мини». Одежда, что была на ней, вполне могла быть куплена где-нибудь на распродаже. Когда Тео увидел жену в толпе и попросил встать с ним рядом, Мария с трудом скрыла охватившее ее в непривычной обстановке смущение.

Но вот Тео с группой приглашенных сановников тронулся по территории завода, и Джессика, чуть отстав, подошла к его супруге:

— Миссис Гилкренски? Меня зовут Джессика Райт.