Нумерат - Анна Кондакова

Он вцепился Арсению в плечи и прижал к стене магазина.

– Макаров, уймись, а! Вопрос такой: у тебя сегодня на правом запястье ничего не появилось?

Арсений дёрнулся пару раз и приутих.

– В смысле?

– В смысле – цифра. Если конкретно, то цифра четыре и знак плюс.

Макаров оттолкнул Дениса, но драться больше не лез.

– А в чём дело? – нахмурился он и, кажется, даже побледнел (в темноте-то не разберёшь).

Денис понял, что не ошибся. Арсений Макаров – отъявленный донжуан и капитан школьной сборной по волейболу – действительно оказался четвёртым легионером.

Наташка в это время с выражением полнейшего блаженства на лице проворковала:

– Мальчики, мне, конечно, приятно, что вы из-за меня дерётесь, но всё же это лишнее. – Она послала в сторону Дениса загадочную улыбку. – А тебя как зовут? Меня – Наташа. Тебе, кстати, говорили, что ты похож на одного голливудского актёра? Он тоже такой, – Егорова томно закусила нижнюю губу, – брюнет симпатичный.

– Чего? – вздёрнул брови Денис.

Ему сейчас было не до Голливуда. Ему бы Арсения отсюда увести поскорей. А тот хмурился и потирал запястье правой руки, потом неожиданно задрал рукав куртки.

– Такая цифра? – Он подставил руку под тусклый свет фонаря.

– Да, такая, – кивнул Денис, увидев чёткую отметину «4» и знак «+» на коже Макарова, и тоже засучил рукав. – Видишь? У меня цифра один.

Арсений нервно сглотнул.

– И что это такое?

– Я тебе объяснить пришёл, а ты кулаками машешь.

– Ты первый меня ударил, Тимошин. Я такие вещи не прощаю, ясно?

Денис устало вздохнул.

– Ясно, ясно. Извиняться всё равно не собираюсь, ты за дело получил. А теперь пойдём, нас ждут. Время уже почти десять. На вокзал ещё надо успеть.

– Сенечка, ты уезжаешь? – захлопала накрашенными ресницами Наташка.

– Да, он уезжает, – ответил за него Денис и подтолкнул Макарова в спину в направлении темного двора. – Он надолго уезжает. Возможно, не вернётся, и вообще…

– Я поняла! – оборвала Дениса Наташка, косясь на его меченое запястье. – Если это игра такая, то я с вами хочу. – Она молниеносно достала из крошечной блестящей сумки губную помаду и вывела на своём запястье цифру «5». – Ну, вот. Теперь я с вами.

– Это не игра, – покачал головой Денис. – Сотри цифру.

– Да она придуривается, – загоготал Арсений, а потом заявил: – Я с тобой никуда не пойду, Тимошин. Я думал, что ты нормальный, а выходит – псих. С психами не общаюсь, извиняй. И мне пофиг, что у тебя цифра на руке. Лично я со своими проблемами сам разберусь.

– Твоя персона тоже не вызывает во мне восторга, Сеня. Но без меня ты не разберёшься, – мрачно ответил Денис.

Неожиданно Наташка Егорова, которая всё ещё ожидала, что кто-нибудь из двух ребят останется с ней и, возможно, даже поведёт в клуб, заверещала, как ненормальная:

– Смотрите! Кто это?! Кто это такие?!

Она показывала пальцем на трёх мужчин, появившихся будто из ниоткуда, из самой тьмы. Незнакомцы походили друг на друга, как две капли воды: темноволосые, с истощёнными серыми лицами и белыми, словно закатившимися, глазами. В одинаковых наглухо застёгнутых двубортных пальто, узких брюках и туфлях, начищенных так тщательно, что они отражали свет фонарей.

Группа мужчин приближалась быстро и бесшумно.

– Дефекторы… – выдохнул Денис.

– Дефе… кто? – шёпотом переспросил Арсений.

– Хватай Наташку – и бежим!

Но Наташка уже улепётывала, стуча каблуками. Она быстро пересекла парковку и неслась по тротуару вдоль дороги. Толпа одинаковых мужчин устремилась за ней.

– Наташка! – крикнул Денис и бросился в ту же сторону, проклиная свою больную ногу: быстро бежать не получалось.

Позади него, громко топая, мчался Арсений.

– Эй, отстаньте от неё! Отстаньте! – орал он, срывая голос.

Наташка завернула за угол многоэтажки и скрылась во мраке двора. Туда же проследовала группа белоглазых незнакомцев.

– Кто это такие? Зачем им Наташка? – задыхаясь от быстрого бега и тревоги, спросил Арсений.

– Сам не понимаю, – пропыхтел Денис.

Они заскочили в тёмный двор. На столбе тускло светил одинокий фонарь. Всё вокруг словно вымерло, хотя на улице было не так уж и поздно.

Ребята огляделись.

– Ната-а-ша-а-а, – позвал Арсений. – Это мы. Не бойся, выходи.

Незнакомцы в чёрном исчезли.

Денис проследовал к крыльцу ближайшего подъезда. Осмотрелся – никого. Прошёл на детскую площадку, окинул глазами ряды скамеек, заглянул за кусты, проверил за качелями.

– Денис! Денис! – заревел неподалёку Арсений. – Я нашёл её! С ней что-то не та-а-ак!

Денис помчался на зов, в сторону ряда мусорных баков на краю двора, и увидел, что Макаров сидит на коленях, склонившись у распростёртой прямо на асфальте Наташки.

– Наташа, Наташечка, очнись, очнись… – бормотал Макаров, как заведённый.

Денис подскочил к девчонке. Бегло осмотрел: ноги-руки целы, но вот куртка расстёгнута, а из-под майки на асфальт сочится что-то чёрное, склизкое, тягучее, стекается в лужу.

– Кажется… она не дышит… – Арсений схватил Наташку за плечи и в панике начал трясти.

– Уйди! – Денис оттолкнул Макарова от тела Наташки и приложил ухо к её груди.

Тишина. Мёртвая, могильная, чудовищная тишина. Сердце Наташки Егоровой не билось.

Давя в себе подступающую панику, Денис схватил бездыханную девушку за руку и принялся прощупывать пульс. Ничего, глухо, совершенно тихо. Оставалось последнее – проверить сонную артерию. Самый надёжный вариант проверки сердцебиения. Денис приложил трясущиеся пальцы к шее Наташки и… не ощутил пульса и там.

Происходящее казалось нереальным, каким-то киношным или мультяшным. Неужели Наташка умерла?.. Умерла по-настоящему. Майка на животе несчастной девушки пропиталась кровью.

Арсений округлил глаза. В них застыл ужас.

– Что делать?.. Что делать, Дэн?

Денис выхватил телефон из кармана и принялся набирать номер скорой. Пальцы не слушались и, как назло, попадали не на ту цифру. Вот наконец экстренный номер набран. Ожидание. Телефон выдаёт ошибку.

– Набери на своём. Мой не работает!

– Уже набираю, сейчас, сейчас… – Макаров смотрел на экран телефона, но, как и в случае с Денисом, тот выдавал ошибку. – Чёртов смартфон! – Он швырнул гаджет на асфальт и раздавил пяткой.

Телефон жалобно хрустнул, испустив прощальный луч голубоватого света в темноту.