Встречи во мраке - Корнелл Вулрич

Его командир ел за завтраком копченую селедку. Она пришлась ему по вкусу. Его командир имел мозоль на левой ноге, и сегодня она особенно беспокоила его из-за перемены погоды. Командир не ударил лицом в грязь. Бэкки имел угрюмый вид. Он ненавидел солдат с любым лицом… вообще ненавидел солдат. Вообще был ненавистником.

Лет десять назад от него ушла жена. С тех пор он желал, чтобы всякого мужчину оставляла жена. Он завидовал всем мужчинам, жившим в счастливом браке.

Он выслушал все благосклонно.

— Ну, естественно, — успокаивающе сказал он. — Для этого мы и существуем. Выслушаем вашу персональную проблему и поможем вам. Мы охотно прекратим для вас войну… или, по крайней мере, на короткое время приостановим ее… пока ваши личные дела не придут в порядок. Я немедленно пошлю телеграмму в Вашингтон… Я уверен, что для такого случая получу согласие… Двух недель будет достаточно? Или вы предпочитаете четыре?.. — А потом словно ударил плеткой: — Убирайся вон! Заявление отклонено! Разойдись!

— Есть, сэр!

Солдат Пэдж отдал честь, повернулся на каблуках и вышел. На улице он был вынужден на минуту прислониться к стене. У него закружилась голова.

Рано на рассвете лагерный туалет был безлюден и пуст, от стен струился ледяной холод.

Он вошел в умывальню в брюках и нижней сорочке. Осмотревшись кругом, он убедился, что поблизости никого нет. Затем он вынул из кармана брюк пистолет и положил его на край раковины. От его дыхания в воздухе поднималось небольшое облачко пара. «Ну, надо поторопиться. С этим надо поскорее кончать».

Он закурил сигарету, которую приготовил именно для этого момента, и стал ходить взад и вперед, как дикий зверь в клетке.

Бросив сигарету, он придавил ее ногой, затем схватил пистолет. Он решил покончить с собой. Он хотел немного покоя.

Рассохшаяся дверь, которая несколько раз тихо приоткрывалась и закрывалась, вдруг резко распахнулась. Его товарищ Робин бросился к нему. Он схватил поднятую руку Пэджа и вывернул ее за спину. Пистолет упал на пол. Затем он прижал Пэджа к умывальнику и ударом ноги отбросил подальше оружие.

Они возились недолго.

— Я так и знал, что здесь что-то неладное, — с яростью сказал запыхавшийся Робин. — Я все время наблюдал за тобой.

— Иди ты к черту! Кто тебя просил помогать мне?

— Когда ты прочитал это письмо и сидел, закрыв лицо руками, уже нетрудно было догадаться, что ты замышляешь.

— Оставь меня в покое! Ты не сможешь меня удержать!

— Успокойся! Лучше умойся холодной водой.

Он заставил Пэджа подставить голову под струю воды.

— Ну, так, — сказал он, когда его товарищ пришел в себя, — как ты теперь чувствуешь себя?

— Я больше не могу, Робин, — устало ответил он. — Я не могу этого вынести. Я уже не могу спать по ночам…

— Все это очень хорошо, но тогда повидай этого мужчину. Съезди туда и выясни все сам. Убедись сам. Но только больше так не поступай.

Он сделал энергичный жест и пожал плечами.

— Кто знает? Может, все это брехня.

Пэдж вынул из кармана скомканный лист бумаги и показал тому.

«Они встречаются около 8 часов возле своей скамьи, затем куда-то уходят. Иногда он провожает ее домой около двенадцати, а иногда и позже…»

— Все это правда, — с горечью сказал он.

— Тогда все равно поезжай. Для чего в конце концов ты имеешь кулаки? Отвоюй ее. Надо обязательно бороться за женщину, если хочешь ее сохранить. Со мной случалось подобное. Я дал одному парню отличный удар в подбородок и на этом дело было закончено. С тех пор, — он щелкнул зажигалкой, — больше не было ни малейших неприятностей. Она сидела дома с раннего утра до позднего вечера и присматривала за детьми.

— Мне не дали отпуска.

— Что еще за отпуск? У тебя есть ноги или нет? Можешь ты ходить по улице или нет? Ты должен твердо для себя уяснить: хочешь ли ты ее сохранить?

— Зачем же тогда я хотел лишить себя жизни? — произнес Пэдж.

Немного не доходя до деревни, он сменил военную форму на костюм, который раздобыл ему Робин, и надел шляпу. Наступил рассвет. Он дошел до железнодорожной станции и посмотрел расписание поездов. Ближайший поезд отходил в шесть вечера, значилось там. Он вышел на шоссе и остановил грузовик, на котором доехал до ближайшей станции. Там он сел на утренний поезд.

— В котором часу мы прибудем? — спросил он проводника.

— В 20.15, — последовал ответ.

— В котором часу ты должна с ним встретиться? — спросила Рыжуха.

— В 20.30, — ответила Зарон.

Рыжуха выглядывала из-за спинки кровати и смотрела на Зарон, которая молча укладывала вещи в чемодан. Она внимательно наблюдала за ней.

— Итак, ты уходишь навсегда, — заметила она наконец.

Зарон кивнула.

— Так будет, пожалуй, лучше всего.

— Я надеялась на что-то лучшее, — пробормотала Рыжуха.

Зарон повернулась.

— В чем дело? Ты имеешь что-нибудь против этого?

— Это твое дело.

— Значит, ты находишь это неправильным? — Она захлопнула чемодан. — Не ожидала услышать это именно от тебя. От женщины, которая каждую неделю заводит себе нового любовника.

— Наверное, потому, что я кое-что понимаю в так называемой любви… Ты же ничего не понимаешь. Меня это так глубоко не трогает. На следующее утро я встаю такая же, как и прежде. А ты? Ты совсем потеряла голову.

Зарон подняла чемодан и пошла к двери.

— Почему ты так все воспринимаешь? — настойчиво спросила Зарон Рыжуха.

Зарон открыла двери.

— Не спрашивай меня. Я не могу по-другому.

Рыжуха последовала за ней вниз по лестнице.

— Видно, это единственный способ отделаться от него, не так ли, Зарон?

— От него? От кого?

Затем она опомнилась.

— Ах, да. От НЕГО!

— Однажды я прочитала твое письмо. Не нарочно. Просто ты его куда-то положила, а я случайно нашла. Как ты можешь так поступать с этим мужчиной?

Зарон поставила чемодан и глубоко вздохнула, как бы желая раз и навсегда как-то объяснить.

— Слушай. Когда-то я вышла за него замуж. Теперь он чужой для меня. Сейчас я только помню имя этого человека. Это бессмысленно. Теперь я даже не могу вспомнить его лица. Я не могу иметь сочувствия к тому, кого я действительно совсем забыла…

— Зарон, сделай мне еще одно одолжение. Последнее одолжение. На прощание, а?

— Нет, если из-за твоей просьбы мне придется все бросить.

— Нет, нет, но подожди еще полчаса. Дай ему этот маленький шанс. Может быть, он где-то задержался или случилось что-нибудь непредвиденное. Сделай это ради справедливости.

Зарон посмотрела на нее,