Сюжет для небольшого обмана - Лариса Соболева

– Это в Таиланде, – комментировал он. – Это снимки, сделанные в круизе.

– А почему вы такой грустный, Даниил Олегович? Может, мы не вовремя?

– Нет, что вы, – подыграл он, однако бездарно. – Просто у меня небольшие неприятности. Что будете пить, Кристина?

– Шампанское. Обожаю шипучие напитки. А мальчики водку.

– Не, я не пью, – попятился Тимофей. Роман с бутылкой в руке недоверчиво покосился на него: как это не пьешь? Пришлось соврать, так как он действительно непьющий: – Я перепил недавно. Вчера.

– Давайте выпьем за нашу дружбу, Даниил Олегович? – предложила Кристина, взяв фужер. – Я обдумала ваше предложение и согласна на деловой союз. Полагаю, наше предприятие принесет результаты. Завтра жду вас в одиннадцать. А с Романом созвонюсь и переговорю чуть позже. У вас в доме столько вкуса… Покажите двор и гараж. Я собираюсь начать строительство, а проекты не нравятся, может, почерпну идеи от вас. Кстати, кто цветы сажал во дворе?

– Жена, – направляясь с «гостями» к выходу, более органично включился в игру Даниил Олегович, хотя его потряхивало из-за находок.

– Где же она? – осведомилась Кристина.

– Уехала. Я обязательно вас с ней познакомлю. Роман, захвати шампанское и бокалы, продолжим на воздухе, сегодня отличная погода.

Погода дрянь, серо-сизое небо висело низко, нагоняя мысли о скором дожде, который надоел за май. Даниил Олегович предложил расположиться под тентом за небольшим столиком, но шепотом выразил опасение, что и здесь их подслушают.

– Уверяю вас, «жучков» во дворе нет, – сказала Кристина, усаживаясь в плетеное кресло. – Проблемы обсуждаются там, где никто из посторонних не услышит, то есть в доме, поэтому там и приладили. А здесь ограда каменная, высокая, за нами не смогут наблюдать, тем более подслушивать. А кто ваши соседи, кто живет напротив?

– Соседи справа и слева прекрасные люди, а напротив никого не знаю, – ответил Даниил Олегович, несколько успокоившись. – Я здесь поселился год назад, не со всеми познакомился.

– Понятно. – Что ей «понятно», было непонятно всем остальным. – Меня сейчас интересует, как пропала ваша жена.

– Позвонила в восемь и сказала, что возвращается. Я предложил приехать за ней, но она отказалась, собралась вернуться на такси. И не вернулась. Я звонил ей, но Ева ни разу не ответила.

– А где была ваша жена?

– У подруги.

– Имя, фамилия, адрес подруги.

– В том-то и дело… я не знаю, – беспомощно взмахнул руками Даниил Олегович. – Зовут ее Альбина. Она художник… кажется, расписывает ткани. Мне о ней немного рассказывала Ева. Скажите, как попали… «жучки» в дом?

– Их поставил тот, кто бывает у вас.

Выражение лица Даниила Олеговича не нуждалось в комментариях, он был ошеломлен. Примитивная логика подсказывала, что сделал это кто-то из друзей-приятелей, других-то людей в доме не бывает. «Жучки», загадочное исчезновение Евы и похищение Лели связывались в одно: у Даниила Олеговича есть тайный и смертельно опасный враг.

– Не делайте пока выводов, не подозревайте всех подряд, – прочла его мысли Мокрицкая, чем немало смутила хозяина, да что там – испугала проницательностью. – Это мог сделать, например, сантехник, электрик, вернее, люди, которые прикинулись данными работниками. У вас ведь случаются домашние аварии? Кран течет или проводка не в ладу с электричеством?

– Пока не было, дом-то новый.

– Ну, а кто убирает? Домработница?

– Да, конечно. Дом большой, жене трудно за ним ухаживать…

Даниил Олегович почувствовал на себе тяжелый взгляд сына. Он робко посмотрел на Романа и по лицу прочел то, что для него не стало новостью и задело за живое: уничижение, насмешку, презрение – полный набор негатива по поводу заботы о молодой жене. Забывшись, Даниил Олегович ему, а не Мокрицкой нервно бросил:

– А готовит Ева сама, готовит потрясающе, хотя я предлагал нанять и кухарку. Жена категорически отказалась, она любит колдовать у плиты. Если что-то и случалось в доме, то Ева вызывала мастеров, я к этому касательств не имел. Я не знаю, где у нас стиральная машина находится и пылесос.

– Кто домработница? – задала следующий вопрос Кристина. – Где живет?

– Честно говоря, не знаю, – перевел на нее глаза Даниил Олегович. – Ее нанимала Ева, она убирала днем, когда меня не было дома. Кстати! К нам раз в неделю приходит женщина убирать двор.

– В дом заходит?

– Понятия не имею, она тоже не при мне убирает. Скажите, Кристина, а как быть с этими… «жучками»?

– Да пусть себе стоят.

– У меня в доме? Прослушивающие аппараты?!

– Вы хотите, чтобы мы сняли их? – усмехнулась Кристина. – Тогда похитители вашей дочери обо всем догадаются.

– Хорошо, не надо! – поднял он ладони. – Но что делать?

– Ждать, когда они выдвинут условия, а мы подумаем, как их взять. И вспомните, кто домработница, нам необходимо ее найти.

– Кажется, она приходила в понедельник и пятницу, а пятница завтра.

– В таком случае, на сегодня достаточно, до свидания.

Даниил Олегович растерянно глядел вслед Кристине и ее «бойфрендам», когда те выходили за ограду.

6

В машине Кристина полдороги молчала, но было видно, что ее не столько занимает движение, сколько отвлеченные мысли. Тимофей ерзал-ерзал, оглядывался на Зураба, тот дремал на заднем сиденье, пришлось самому начать:

– Мадама, ну и что бум делать? Ничего нет. С чего начнем?

– Не видишь – я думаю? – буркнула Кристина.

– Ты лучше в кабинете думай, а за рулем не надо, а то на столб наедешь, – промямлил Зураб с мягким грузинским акцентом, не открывая глаз.

– Во-первых, подождем до завтрашнего дня, когда придет домработница, – стала делиться планом Кристина.

– Думаешь, она придет за «жучками»? – хмыкнул Тимофей.

– Если не придет, то поставила их она. Во-вторых, действительно, надо подождать, когда похитители выдвинут условия. В-третьих, ты будешь звонить на трубки девочек, попробуем определить их местонахождение. В-четвертых, Зураб выяснит, кто живет в домах напротив. Если узнали, что папа Жало незаметно смылся из дома, то следили откуда-то поблизости. А чтобы следить, надо замаскироваться, в конце концов, не на дереве же сидеть.

– Может, по тишине в доме догадались? – предположил Тимофей.

– И это тоже, но не только. Кстати, ты заметил, у двух Жал нет единства. Как только речь зашла о Еве, Жало-сына аж перекосило, а папа перекос заметил. Кстати, завтра познакомимся с бывшей женой – это в‑пятых, и в‑шестых… попытаемся найти подругу-художницу.

– Как? – спросил Зураб.

– По имени. Полагаю, художники знают друг друга.