Осеннее преступление - Андерс де ла Мотт

Мотоцикл выехал из леса, медленно сделал круг и остановился возле велосипеда Симона. Мари разглядела двух седоков — вроде бы мужчина и женщина. Мотор заглох, фара погасла, и через несколько секунд зажегся карманный фонарик, свет которого упал прямо на плато.

— Эй там, наверху! — позвал мужской голос.

— Привет! — Карина, стоявшая на краю лба, замахала в ответ, заслонила глаза — свет фонарика был направлен прямо на нее.

Алекс встал рядом с Кариной и попытался приобнять ее, но она стряхнула его руку. Мари держалась чуть позади. Мотоцикл незнакомый, голос — тоже. Ей не нравилось, что сюда явились чужаки.

— Можно подняться на минутку? — крикнул мотоциклист.

Алекс повернулся к Мари и вопросительно приподнял бровь. Мари помотала головой.

— Это наша вечеринка, — сказала она. — Наша традиция. Да, Бруно?

Бруно кивнул, но промолчал. Симон снова забренчал на гитаре.

— У нас травка есть, — продолжал мужской голос откуда-то от шлагбаума. Мы с сестрой с удовольствием поделимся, если дадите чуток пожрать.

Алекс махнул рукой и улыбнулся.

— Ну брось, Мари. Пара новых людей — это же здорово.

— Только и думаешь, как накуриться, — прошипела она.

— So what^[17]? Живешь только раз, верно, детка? — Алекс сделал новую попытку обнять Карину. На этот раз сопротивление было не таким ожесточенным.

— Почему бы и нет, — пробурчала Карина.

— А вы что скажете? Расширим кругозор? — спросил Алекс.

— Спасибо, что-то не хочется, — решительно сказала Мари. — И Бруно со мной согласен. — Бруно снова отвернулся.

— Двое за, двое против, — объявил Алекс. — Симон, твой голос решающий.

Симон оторвался от гитары — он, кажется, едва понимал, о чем спор. Мари поймала его взгляд, нахмурилась и помотала головой. Симон, к ее величайшему неудовольствию, не обратил на нее внимания.

— Без разницы, — сказал он и пожал плечами.

— Ну так как? — воззвал мотоциклист. — Будет праздник, нет?

Алекс широко улыбнулся Мари и крикнул:

— Поднимайтесь! И траву не забудьте!

Симон продолжил щипать струны. Красивые аккорды, печаль которых подчеркивала тишина, установившаяся на камнях. На Мари накатило тревожное чувство. Оно слилось с унижением — она осталась в меньшинстве, — и Мари вдруг решила уехать домой. Она поднялась, отряхнула штаны. Сделала несколько шагов к палатке и заметила, что пошатывается. Остановилась, прикинула и поняла, что выпила слишком много, чтобы садиться за руль. Конечно, до Которпа, до дома, недалеко, и риск, что ее остановят, невелик. Но вдруг что-нибудь случится? Здесь, на холмах, люди ездят, как психи. А что скажет ее отец, когда она приедет на машине — а от нее несет вином? Одна-единственная ошибка вроде этой может стоить ей карьеры, которая еще и начаться-то не успела.

Новоприбывшие наконец поднялись на плато.

— Привет, привет! — Мужчина с фонариком был как будто на пару лет старше их. Черная кожаная куртка, белая футболка, джинсы. Симпатичный, длинные волосы зачесаны назад, черты лица резкие, немножко опасные. — Меня зовут Джо, а это моя сестра Таня. — Свет фонарика всего лишь скользнул по девушке, но Мари заметила, что Алекс тут же расправил плечи. Начес, рваные джинсы, сапожки на высоких каблуках, под кожаной курткой топ с вырезом — сестра Джо походила на дрянную девчонку-красотку из музыкального клипа.

— Привет, — коротко сказала Таня.

Алекс подошел к незнакомцам, широко улыбнулся и протянул руку.

— Меня зовут Алекс.

Джо медленно провел по нему лучом фонарика. Снизу вверх, потом сверху вниз.

— Здравствуй, Алекс, — сказал он, не пожимая протянутой руки. — Ты, значит, в этой группе альфа-самец. А твои приятели кто? — Джо повел фонариком.

— Это Мари и Карина. — Алекс сделал вид, что не слышал комментария Джо.