Левый берег Дона - Александр Масалов

- Интервью хочу взять.

- Блядь!.. Тебя там закопают и фамилии не спросят... Учти, к тебе на похороны я не приду!

- Обойдусь как-нибудь... Так что телефончик?

Коля засопел. Потом, решившись, схватил шариковую авторучку и начертал на сигаретной пачке шесть цифр.

- И запомни - я тебе ничего не давал!

- Ну, само собой!.. Я свои источники не сдаю... Что новенького в ваших краях?

- Вчера разборка, говорят, была крупная. На авторынке «Эльдорадо». Шерхана замочили.

- Да ни фига себе! Это который наркотики в городе курировал?

- Ну да, он. Не то шесть, не то семь трупов. Есть двое раненых.

- Здорово! Что ещё?

- Какой-то кейс искали. Бритоголовые полночи в окошко стучали и расспрашивали. Дескать, ты ничего не знаешь? Я не знал, разумеется.

- Чьи мальчики?

- Не то богатяновские, не то "медведи". Страшно знакомые морды.

- Что еще скажешь?

Коля покосился на Стасика и смачно произнес:

- Люська заходила.

- Чё ей надо было?

- О тебе расспрашивала.

- А ты что?

- Давно, мол, не видел... Слышь, ты б её разок трахнул. Она и перестала б грузить.

- Э, дорогой. Тут одним разом не отделаешься. Она, видишь ли, на меня глаз положила. А я - нет.

- Ах, вот оно как!.. - сказал продавец. - То-то, я думаю...

- Ну, ладно, - сказал Стасик. - Мне пора двигать, а ты еще подумай о чем-нибудь вечном. Завтра в десять я буду. Тогда и натрещимся - до потери пульса.

Попыхивая сигаретой, он направился по Большой Парковой в сторону вокзала. Настроение у него было выше среднего. Внутри всё пело и плясало.

***

На пересечении Б. Парковой и переулка Шабашкинского он поднялся по бетонным ступеням в угловую дверь и оказался в приёмной областной ментовки. Слева на стенах висели телефоны, справа - несколько человек ждали, когда к ним выйдут. Полонский прошел мимо них и сунул журналистское удостоверение дежурному с автоматом:

- Я в пресс-службу.

Дежурный открыл потертую папку, в которой лежали заверенные печатями аккредитации журналистов, сверился и вернул корочки со словами:

- Выйдете во двор, потом пройдете до...

- Господи! - сказал Стасик. - Да я к вам как на работу хожу - раза три-четыре в неделю... Меня уже пора в лицо узнавать!

В пресс-службе было малолюдно. За столом сидел только старший лейтенант Вячеслав Гординский. Сослуживцы называл его иначе - "Гондонским". Он был в штатском.

- Здорово, Вячеслав, - сказал Полянский. - Что у вас новенького?

- А что у нас может быть новенького?

- А вдруг вчера губернатора грохнули, а я ещё ничего не знаю?

- Типун тебе на язык!

- И самом деле, - сказал Полонский. - Кто его грохнет? Кому он на фиг нужен? Он давно фигура номинальная...

- Сводки на подоконнике, - буркнул Гординский. Он был явно не в духе. Наверное, Леночка не дала...

Сводками здесь называли пресс-релизы сводок для средств массовой информации, и были они двух типов - для белых людей и для черных. Белые получали действительно пресс-релизы сводок, разрешенные к публикации руководством, а черные - выжимки из этих пресс-релизов. Вместо фамилий стояли первые буквы, адреса вообще отсутствовали, равно как и фамилии сотрудников милиции, выезжавших по вызову, присутствовавших при обысках, задержаниях...

И, разумеется, по количеству эпизодов криминальная жизнь области, если верить сводкам для черных, была скучна и убога. Сплошная бытовуха, раскрываемая по горячим следам.

Подойдя к окну, Стасик не мог сдержать тяжкого вздоха: на подоконнике лежали именно сводки для черных. Протестовать или возмущаться не имело смысла - себе дороже выйдет. Стасик достал блокнот, авторучку, уселся со сводками за ближайший стол и принялся изучать хронику происшествий за последние три дня, делая выписки. О перестрелке на «Эльдорадо» или о краже в Свердловском районе загадочного кейса ничего не было...

Гординский поскучал еще немного и, доставая на ходу сигареты, отправился на лестницу. Едва он покинул стены пресс-службы, Стасик бросился в приёмную.

Сводки для белых лежали в шкафу на второй полке. Из них Полонский узнал, что прошлой ночью двое шкетов, выкрикивая антисемитские призывы, произвели несколько выстрелов из пневматических пистолетов по окнам синагоги; что банда лиц кавказской национальности в Веселовском районе, связав двух чабанов, погрузила отару овец в два КаМАЗа и скрылась на территории Ставропольского края; что около поликлиники № 20 застрелили двумя выстрелами Александра Анчарова 35-ти лет, известного в определенных кругах под кличкой "Чинар", владельца новочеркасского спортивного клуба «Антей»…

На лестнице послышались шаги. Шаги приближались. Стасик торопливо сунул папку на место и рванул обратно, в общую комнату. В дверях он нос к носу столкнулся с Гординским.

- Ты чего? - спросил Гординский.

- Говорят, вчера на «Эльдорадо» разборка была…

- Кто говорит-то?

- Опера знакомого встретил.

- В первый раз слышу. В сводках смотрел?

- Там нет ничего.

- Позвони в Совдеповский ОВД, - посоветовал Гординский.

«Ага, - сообразил Стасик. - Туда звонить, значит, точно нет смысла...».

- Обязательно, - сказал он, глянул на часы и заторопился. - Ох, черт!.. Мне пора в редакцию.