Пепел розы - Мэри Хиггинс Кларк

То, что губернатор Маршалл собирался поддерживать кандидатуру прокурора Фрэнка Грина, не вызывало восторга у других потенциальных кандидатов от его партии. Джонатан Хувер прекрасно понимал, что соперники ждут подходящего случая, чтобы уменьшить шансы Грина занять этот пост. Они вцепятся в малейший намек. И если им удастся раздуть достаточно громкий скандал, Грина исключат из списков баллотирующихся. У него и сейчас-то положение не слишком прочное.

Джонатан Хувер имел большое влияние в обеих партиях. Он был дальновидным политиком и всегда просчитывал свои действия на много ходов вперед. В частности, благодаря этому его переизбирали уже в пятый раз.

В дни заседаний он иногда оставался в Трентоне и шел с друзьями в ресторан. Сегодня, например, он обедает с губернатором.

Вернувшись из сената, Джонатан попросил секретаршу ни с кем его не соединять, закрыл дверь кабинета и долго сидел за столом, подперев руками подбородок. Грейс называла его позу «Джонатан за молитвой».

Прошло не меньше часа, прежде чем он поднялся, подошел к окну и взглянул на закатное небо. Решение принято. Расследование дела Риардона создавало проблемы. Стоит журналистам хотя бы краем уха услышать о подобном, как они тут же раздуют сенсацию. Джонатан был уверен, что расследование Кэрри ни к чему не приведет, зато репутация Фрэнка Грина может оказаться запятнанной. И тогда ему придется забыть о губернаторском кресле.

Кэрри еще может все бросить, пока дело не зашло слишком далеко, и Джонатан очень на это надеялся. Ради них всех. Но все же его долг — предупредить губернатора о расследовании, а также предложить пока не включать ее имя в список кандидатов на пост судьи для утверждения в сенате. Он знал, что губернатор попадет в очень неловкое положение, если один из его потенциальных кандидатов в судьи станет действовать против него.

В понедельник утром Кэрри принесли пакет, в котором лежала фарфоровая статуэтка под названием «Осенний бриз» и записка:

Дорогая мисс Макграт.

Дом мамы продали, и мы вывезли все вещи. Мы переезжаем в Пенсильванию к дяде с тетей. Эта фигурка стояла у мамы на туалетном столике, а раньше она принадлежала бабушке. Мама говорила, что статуэтка поднимает ей настроение.

Вы добились, чтобы убийца мамы поплатился за свое преступление, и мы хотим, чтобы статуэтка стала вашей. Это наше «спасибо». Крис и Кен. Сыновья убитой начальницы.

Кэрри сморгнула слезы и посмотрела на прелестную статуэтку. Вызвав секретаршу, она продиктовала короткое письмо:

Дорогие Крис и Кен. Мне по закону не разрешено принимать подарки. Если бы не это, статуэтка вашей мамы стала бы самым лучшим подарком в моей жизни. Пожалуйста, храните ее в память о маме и обо мне. Кэрри Макграт.

Попросив секретаршу отправить письмо, Кэрри задумалась. Что будет с Робин, если я умру? Она тряхнула головой. Нечего думать о таких вещах, это ни к чему хорошему не приведет. Есть дела поважнее мрачных мыслей.

Пора навестить доктора Смита. Кэрри позвонила ему в офис, но включился автоответчик, так что ей пришлось оставить сообщение. Около полудня ей перезвонила миссис Карпентер.

— Мне нужно как можно быстрее встретиться с доктором, — заявила Кэрри. — Это очень важно.

— По какому вопросу, мисс Макграт?

— Передайте доктору, что дело касается Сьюзан, — она решила идти напролом.

Ровно через пять минут в трубке раздался холодный четкий голос Чарльза Смита.

— Что вам угодно, мисс Макграт?

— Я хочу поговорить о ваших показаниях на суде против Скипа Риардона. Как можно скорее.

Доктор Смит согласился встретиться с ней завтра в половине восьмого утра у себя в офисе. Значит, придется выехать в половине седьмого. И нужно договориться с соседкой, чтобы та разбудила Робин.

Об остальном можно не беспокоиться. В школу Робин всегда ходит пешком, вместе с двумя одноклассницами, а на завтрак умеет варить себе кашу.

Потом Кэрри позвонила в офис Мардж и взяла у нее телефон Стюарта Гранта.

— Я рассказала Стюарту, что ты спрашивала про того пластического хирурга. Его жена будет дома все утро, — сообщила подруга.

Сьюзи Грант сняла трубку после первого же гудка и в точности повторила все, что Кэрри уже слышала от Мардж.

— Знаете, Кэрри, он меня до смерти напугал. Я хотела только убрать мешки под глазами. Но доктор Смит так настойчиво убеждал меня, называя Сьюзан. Но зачем мне это надо? После таких операций я перестала бы быть собой.

Перед обедом Кэрри позвонила Джо Паламбо и попросила его зайти.

— У меня возникла непредвиденная ситуация, и нужна твоя помощь, — сказала она, когда Джо плюхнулся на стул рядом с ее столом. — Дело Риардона.

На лице Джо отразилось недоумение, он вопросительно посмотрел на нее, и Кэрри, вздохнув, рассказала ему про двойников Сьюзан Риардон и доктора Смита. Помолчав немного, она призналась, что ездила к Риардону в тюрьму, добавив, что действует неофициально. Просто у нее возникли сомнения насчет этого дела. Паламбо присвистнул.

— Джо, надеюсь, этот разговор останется между нами. Фрэнк не слишком доволен моим интересом к делу.

— С чего бы это? — пробормотал Джо.

— Как он сам недавно сказал мне, доктор Смит на суде вел себя совершенно бесстрастно. Никаких проявлений чувств. Согласись, это несколько странно для отца, у которого убили дочь. Доктор Смит показал, что они с женой расстались, когда Сьюзан была маленькой, и он разрешил отчиму, Уэйну Стивенсу, удочерить ее. Девочка выросла в Окленде. Ты можешь разыскать Стивенса? Мне интересно узнать, какой была Сьюзан в детстве. И очень хочется взглянуть на ее подростковые фотографии.

Кэрри вынула несколько страниц из отчета по делу Риардона и передала их Паламбо:

— Вот показания няни, которая тем вечером находилась в доме напротив. Она заявляет, что около девяти часов видела незнакомую машину перед домом Риардонов. Она живет — или жила — с дочерью и зятем в Элпайне. Поговори с ней, ладно? Для меня.

В глазах Паламбо загорелся огонек интереса.

— С удовольствием, Кэрри. Это ты делаешь мне одолжение. Я только и мечтаю, чтобы нашего Маршала хоть разок припекло для разнообразия.

— Грин хороший человек, — запротестовала Кэрри. — Я не собираюсь навлекать на него неприятности. Просто у меня четкое ощущение, что в этом деле какие-то нестыковки. И доктор Смит с его пациентками-двойниками… Честно говоря, это меня пугает. Если есть хоть малейшая вероятность, что в тюрьме сидит невинный человек, мой долг — разобраться в этом. Но я возьмусь за дело, только если буду уверена, что не ошибаюсь.

— Понятно. Не принимай мои слова так уж близко к сердцу. Грин, конечно, нормальный парень. Просто я предпочел бы такого шефа, который не станет отсиживаться в укрытии всякий раз, когда кому-то из наших задают в прокуратуре трепку.