В никуда - Нельсон Демилль

– А я решил, что тебе приказали меня убить.

– Не смеши меня. Садись. Пора домой.

– Как-нибудь попаду домой без тебя. Дважды удавалось.

– Пол, пожалуйста.

– Иди к черту.

– Не говори так. Поехали.

Мы стояли на грязной дороге и смотрели друг на друга.

– Я в самом деле не хочу, чтобы ты была рядом.

– Хочешь.

– Все кончено.

– Хороша благодарность за то, что я не убила ни Вина, ни тебя.

– Премного признателен.

– Не возражаешь, если я закурю?

– Да хоть вся сгори.

Сьюзан щелкнула зажигалкой.

– Ну хорошо, слушай: в письме Тран Ван Вин говорит, что он лежал раненый на втором этаже казначейства в Цитадели Куангчи и смотрел вниз. Он увидел, как в здание вошли двое мужчин и женщина, открыли стенной сейф и начали вытаскивать мешки. Все трое были гражданскими, и Вин – в то время сержант Вин – рассудил так: они либо грабители, либо служащие, которым поручили перепрятать ценности в надежное место. Вин заметил, что они открывали некоторые мешки. В них было золото, американская валюта, драгоценности. – Сьюзан затянулась. – Понимаешь, куда это все приведет? Ты по-прежнему туда хочешь?

– Я здесь именно за этим. Никогда меня не слушаешь!

Она улыбнулась и продолжала:

– Его рассказ подтверждается фактом, что во время боя в Куангчи из казначейства города пропали ценности. Я проверяла: об этом написано в учебниках истории.

– Говори до конца.

– Сержант Вин пишет, что несколько часов назад у него кончились патроны, поэтому он просто лежал и смотрел. Через несколько минут в здание вошел лейтенант – Хайнс – и стал о чем-то разговаривать с гражданскими. Судя по всему, он получил задание содействовать гражданским в спасении содержимого сейфа. Но внезапно вскинул винтовку и убил мужчин. Женщина умоляла о пощаде, но и ей он выстрелил в голову. В это время появился капитан Блейк. Он начал ругаться с лейтенантом. Хайнс попытался вскинуть винтовку, но не успел – Блейк первым выстрелил в него из пистолета. Затем капитан спрятал ценности обратно в сейф и ушел. Ценности пропали позднее. – Сьюзан отшвырнула сигарету. – Вот что там произошло. И вот о чем пишет Тран Ван Вин своему брату.

Я пристально посмотрел на нее.

– Мне кажется, ты поменяла американцев местами.

На ее лице появилось подобие улыбки.

– Не исключено, что ты прав. Но так наша история звучит красивее.

– Значит, Эдвард Блейк, – начал я, – хладнокровно убил четырех человек и украл ценности. И этот человек собирается стать нашим президентом?

– Пол, мы все совершаем ошибки. Особенно во время войны. Сама я не стану голосовать за Блейка, но стране он принесет пользу.

– Только не моей стране. Ну все, разбежались.

Она заехала вперед и встала передо мной.

– Мне нравятся люди, которые стоят за правое дело.

Я не ответил.

– Теперь ты знаешь тайну. Ты сумеешь ее сохранить?

– Не собираюсь.

– Ты ничего не сумеешь доказать.

– Попробую.

– Ты совершаешь большую ошибку.

Я остановился и оглянулся – вокруг не было ни единой души.

– Отличное место, чтобы меня убить.

– Неплохое, – усмехнулась Сьюзан. Достала "кольт", умело крутанула на пальце и протянула мне рукояткой вперед. – Ты тоже можешь избавиться от меня.

Я взял пистолет и как можно дальше забросил в рисовые посадки.

– У меня есть еще. Два.

– Сьюзан, ты ненормальная.

– Я же тебе говорила, вся моя семья сумасшедшая.

– Сумасшедшая ты.

– Ну и что из того? Я от этого еще интереснее. А себя ты считаешь вполне нормальным?

– Сьюзан, у меня нет никакого желания здесь с тобой спорить...

– Ты меня любишь?

– Конечно.

– Хочешь, чтобы я тебе помогла вышибить Блейка из администрации?

– Он приносит пользу стране, – напомнил я ей. – Только не моей стране.

– Поехали. У меня кончается бензин, а ты слишком стар, чтобы путешествовать пешком.

– Я пехотинец.

– Какой войны? Гражданской или с испанцами? Садись. Разберешься со мной в Ханое. Отшлепаешь как следует.

Я улыбнулся. Сьюзан развернула "БМВ" вокруг меня и протянула мне руку. Я протянул ей свою, и она потянула меня к мотоциклу. Я устроился на седле, и мы поехали мимо Банхин на север, к Лаокаю.

Прекрасный исход, если бы я поверил хотя бы половине из того, что она мне наговорила.