Лес мертвецов - Жан-Кристоф Гранже

Павуа склонился над столом, словно статуя Будды, пошатнувшаяся на пьедестале:

— Но к чему все эти вопросы? Какое отношение они имеют к случившемуся?

— Мы не исключаем наличие связи между ее исследованиями и мотивом преступления, — заявил Тэн.

— Вы шутите?

Видимо, надеясь на сотрудничество директора, судья пояснил:

— Мы уже расследуем подобное убийство. Жертва — медсестра, работавшая в центре для детей с нарушениями развития. Не исключено, что отклонения, которые лечат в этом учреждении, как-то связаны с деятельностью вашей лаборатории.

— О каких отклонениях идет речь? Чем страдают эти дети?

Тэн, которого вопрос застал врасплох, оглянулся на Райшенбаха.

— Понятия не имею, — признался он. — По крайней мере, пока. Лучше объясните нам, какие именно отклонения вы распознаете по кариотипам?

— Главным образом трисомию двадцать один. Мы так ее называем, потому что это нарушение касается двадцать первой пары хромосом. Мы распознаем и другие отклонения, такие как трисомия тринадцать, вызывающая задержку психомоторного развития и физические недостатки. А также то, что называют делецией, потерей участка хромосомы. Эта патология имеет тяжкие последствия для развития ребенка.

— Такие аномалии — редкость?

— Зависит от того, что вы понимаете под словом «редкость». Для нас это обычное дело. Или почти обычное.

— Они могут привести к особым видам безумия?

— Не понимаю вопроса.

— Вы упомянули трисомию. Может анализ кариотипа выявить такие болезни, как, например, шизофрения?

— Никоим образом. Даже если предположить, что подобные патологии имеют генетическое происхождение, понадобилось бы выявить их специфический ген и изучить ДНК. Наши исследования не настолько специализированные. К чему вы клоните? Боюсь даже предположить. Вы думаете, что убийцей может оказаться сумасшедший, чья генетическая аномалия когда-то была выявлена у нас?

— Существует и другая возможность: родители, затаившие на вас злобу.

— За что?

— За ненормальный результат. За ребенка, родившегося с каким-то изъяном.

— Что за нелепость? — возмутился Павуа.

— Если бы вы знали, с какими мотивами нам приходится сталкиваться.

— Я хочу сказать, что это действительно нелепость. Даже если предположить, что кариограмма покажет аномалию, нет никакой причины винить в этом нас. А главное, подобные исследования как раз и нужны, чтобы избежать появления на свет ненормального ребенка. Амниоцентез проводится заблаговременно, чтобы беременность можно было прервать.

— А если вы совершили ошибку? Если вы не разглядели патологию и ребенок родился ненормальным?

Павуа выглядел удрученным. Впрочем, на его губах все еще блуждала неопределенная улыбка.

— Нет, — ответил он просто. — Нам можно доверять на все сто процентов.

— И ни разу не путали пробирки? Не было ни единого сбоя в компьютерах?

— Вы плохо представляете себе, в каких условиях мы работаем. Мы соблюдаем строжайшие меры безопасности. За нами постоянно наблюдают правительственные эксперты. Я никогда не слышал о каких-либо ошибках в нашей профессии. Ни у нас, да и нигде в мире.

Бернар Павуа произнес свою речь совершенно бесстрастно. Никто и ничто не способно выбить его из колеи. Настоящая глыба льда.

По-видимому, Тэн был удивлен не меньше Жанны:

— Похоже, вы не так уж потрясены гибелью Нелли Баржак. Вас даже не поразили невероятные обстоятельства ее смерти.

— Я предпочитаю принимать мир таким, какой он есть. Я не мог бы изо дня в день читать газеты, убеждаясь в том, что наше общество захлебывается в насилии, и при этом отвергать возможность того, что однажды оно постучится и в мою дверь.

Судья с досадой развел руками:

— Но где же ваше сострадание? Вас даже не шокирует то, как погибла Нелли? Такая молодая? А пытки, которым ее подвергли, причиненные ей увечья?

— Погибло лишь это воплощение Нелли. Ее душа продолжает странствие.

— Вы… Вы верите в реинкарнацию? — изумилась Жанна.

— Я буддист. Верю в череду перерождений и единство души. Что до моих чувств, лучше сказать вам прямо сейчас: Нелли была моей любовницей. Наша связь длилась около года. Но то, что я сейчас испытываю, касается только меня одного. Не в обиду вам будь сказано.

Повисло молчание. Жанна, Тэн, Райшенбах и секретарша невольно поежились. Не каждый день встретишь такого свидетеля.

— Если хотите знать, — продолжал ученый с той же заносчивостью, — алиби у меня нет. Я ждал Нелли у себя дома. Один. Она предупредила, что собирается работать допоздна.

— У нее была назначена встреча?

— Ничего такого она мне не говорила.

— Вас не встревожило ее отсутствие?

— Ей случалось работать до утра. Я для нее значил меньше, чем ее исследования. И это одна из причин, почему я любил ее и восхищался ею.

Несколько секунд Жанна всматривалась в него. Она поняла, каков он на самом деле. Его внешнее спокойствие свидетельствовало о необычайной внутренней силе. Смерть Нелли вовсе не была ему безразлична. Напротив. Память о ней запечатлелась в его сердце. Будто эпитафия, вырезанная в мраморе. Обращенная внутрь.

Тэн распрямился как пружина:

— Благодарю вас, доктор. На днях я попрошу вас заехать в Нантерский суд.

— Вы хотите снова меня допросить?

— Нет. Вы просто подпишете свои показания. Тем временем присутствующий здесь капитан Райшенбах проверит кое-какие детали.

— Такие, как отсутствие алиби?

— К примеру.

— У меня последний вопрос, — произнесла Жанна, поднявшись.

Секретарша взглядом спросила Тэна, надо ли ей продолжать записывать. Она уже встала и убрала блокнот. Судья знаком дал ей понять, что не надо.

— А кариотипы определяют и в других случаях? Например, у взрослых?

— Да, по анализу крови. — Павуа все не вставал из-за стола. — У взрослых мы ищем признаки бесплодия.

— Неужели о бесплодии можно узнать по кариотипу?

— Да. Репродуктивные расстройства могут объясняться дефектами хромосом. Кроме того, некоторые нарушения развития у детей также бывают обусловлены генетически. Например, трудности обучения. Кариограмма позволяет нам судить о том, какой именно патологией страдает ребенок.

Жанна обдумала свою первоначальную версию. Бесплодная женщина, чей кариотип был исследован в лаборатории Павуа. Душевнобольная, которая стремилась отомстить самому этому месту и в то же время, сожрав Нелли Баржак, присвоить себе ее плодовитость… Но как в эту теорию вписывается первая жертва, медсестра? Да и невероятная сила убийцы?