Женщины - Зинаида Гаврилова

долго всматривается в незнакомку. Светлые кудрявые волосы, нос с большой горбинкой, заострённый подбородок. Где же она могла её видеть. «Фигура хорошая, спортивная», – отмечает про себя Алла. Футболка, шорты – ничего необычного, но Алла продолжает изучать фотографию. Взгляд опускается на руки женщины. Вот оно! На безымянном пальце кольцо с огромным тёмно-бордовым камнем. Рубин? И Алла вспомнила то, что так долго пыталась поймать в своём сознании, что так долго искала в глубинах памяти. Точно такое же кольцо носит жена директора кафе, где работает Альбина. Как-то Алла по обыкновению болтала за столиком с официанткой. В кафе зашла женщина. Альбина заговорщически подмигнула Алле и прошептала, взглядом указывая на посетительницу: «Жена директора». Алла тогда внимательно осмотрела женщину. Всё в ней было обычное – и внешность, кроме сильно выпирающего носа с горбинкой, и джинсовая одежда и причёска. Единственное, что тогда отметила для себя Алла, так это кольцо. Огромный рубин сразу бросался в глаза. А ещё больше бросалось в глаза несоответствие внешнего вида и обстановки кафе такому драгоценному камню. Подобное кольцо уместнее бы смотрелось на женщине в вечернем платье, в огромном дворце, на высокопоставленном приёме. Уж Алла-то разбиралась в камнях. Но ей тогда подумалось: «Подделка? А может гранат?». И тут же разговор с Альбиной отвлёк от мыслей о жене директора. И вот снова то же кольцо и камень. И профиль «сестрёнки» директора уж очень напоминал профиль жены владельца кафе. «Что же там происходит? Что за странные совпадения!», – Алла копалась в мыслях и предположениях.

Крик дочки вернул Аллу к действительности. В детской уже был муж, успокаивал малышку. «Что-то приснилось! Да, моя маленькая?!», – нежно и ласково повторял муж. Дочка потёрла заплаканные глаза, зевнула сладко и протянула ручки: «Мамочка!». Алла сгребла дочь в объятия, крепко-крепко сжала и так замерла… Долго не могла разомкнуть руки. Уже и дочка начала шуточно капризничать – пыталась вырваться из затянувшихся объятий. А Алла продолжала прижимать дочку к себе, целовать сонное личико, вытирать слёзы.

Следующее утро началось спокойно. Алла выспалась и успокоилась. Муж, по всей видимости, тоже. За завтраком избегали конфликтных тем – наслаждались детской болтовнёй. К обеду Алла окончательно пришла в себя и решила окончательно закрыть тему Альбины и Дома малютки.

– Всё-таки ты думаешь, что это особенности её волонтёрской деятельности? – Алла тщательно подбирала слова. – Я имею в виду, что само это место и работа накладывают такой отпечаток?

– Что? Ты о чём? – муж оторвал взгляд от телевизора.

– Я всё думаю об Альбине!

– Аааа. Ну да, я так думаю. И тебе советую так думать.

– И ничего странного ты не находишь? Не видишь? – Алле нравилась невозмутимость мужа. Его уверенность и спокойствие оберегали и дарили ощущение безопасности.

– Да! – быстро ответил муж. – И ещё – я запрещаю тебе туда снова ездить, и в это кафе тоже больше не ходи. По крайней мере, пока не родишь, – немного помолчал. – Когда у тебя начинается декрет?

– Надо у врача уточнить. Она говорила что-то про 2-е июня.

– Тогда бери отпуск за свой счёт на оставшиеся дни. Займись собой. Хочешь, возьми маму и дочку – слетайте куда-нибудь, отдохните.

– Отдохнуть? Улететь из Москвы? – эта мысль понравилась Алле. Но она быстро себя одёрнула. – Нет! Ты что! На таком сроке уже нельзя. Врач точно не разрешит.

«Ну значит так и есть, – уже про себя подумала Алла, – всё нормально. Муж прав – надо подумать о себе».

– Ничего там нет – я тебя уверяю! – как можно спокойнее произнёс муж. – И в Альбине твоей ничего страшного нет. Ну приторговывает она волонтёрскими товарами. Что там? Бутылочки, соски, подгузники может перепродать – это всё. Не детьми же она торгует, – засмеялся муж.

Алла вздрогнула! Приторговывает имуществом? Альбина? Нет, не может быть. Она так говорила о детях тогда, в баре. Так их жалела. Хотя кто из нас без грешка. Ей же нужны деньги – одна в Москве. Пусть. Это её дело.

В понедельник Алла приехала на работу. Что-то делать было совсем лень. Поболтала с коллегами. Посидела в интернете. Выпила кофе. А часы показывали только полдень. Неожиданно вызвала начальница. Без обиняков сказала: «Алла, всё равно ты уже ничего не делаешь по работе. Я понимаю, тяжело. Поэтому бери отпуск и уходи. Хватит пугать сотрудников скорыми родами прямо на рабочем месте. На твой живот уже смотреть страшно». Алла сопротивляться не стала. Тут же написала заявление на отпуск, попрощалась со всеми и с лёгкой душой собралась ехать домой. «Заберу сама дочку из садика. Она обрадуется. Надо предупредить няню», – думала Алла.

Уже на выходе с работы в голову пришла неожиданная мысль: «А Альбина? Надо попрощаться. А то в прошлый раз вон как нехорошо получилось!». Но идти в кафе было страшно. Как разговаривать с официанткой? Вдруг снова начнутся видения, возникнут странные образы? Алла заставила себя пойти. Совесть говорила, что надо. Сказать просто «до свидания» и уйти.

Не успела Алла войти в кафе, как увидела Альбину – привычная униформа, волосы зачёсаны в хвост, скромная улыбка… Официантка тоже заметила знакомую, качнула головой в знак приветствия и скрылась на кухне. Алла быстро устроилась за любимым столиком, взяла в руки меню, которое уж точно знала наизусть – но надо было чем-то занять глаза, только бы не искать взглядом Альбину – как тут, прямо над ухом, прозвучал знакомый голос «пожалуйста!». Алла вздрогнула. На столе стоял любимый лимонад: минералка, апельсин, немного мяты и ещё какая-то травка. Ничего особенного, но спасение от приступов тошноты ещё со времён первой беременности. Не было ни одного посещения кафе, чтобы Алла не заказала любимый напиток. Даже зимой – просто поменьше льда. Вот и сегодня со знакомой улыбкой и приветливым «пожалуйста» Альбина поставила лимонад на стол.

– Привет! – начала официантка. – Вы в субботу так быстро уехали. А я так хотела показать вам наш Дом.

– Я плохо себя чувствовала. Очень плохо. Пришлось уехать, – неуверенно ответила Алла.

– Да-да. Я заметила. Вы меня напугали, честно говоря. Что-то повторяли всё время, но было трудно разобрать слова. Я потом очень за вас переживала. Анфисе Павловне тоже показалось, что с вами не всё в порядке.

– Анфисе Павловне? – не поняла Алла.

– Ну да. Женщина сидела за столом. Наша дежурная нянечка. Вы не помните? – удивилась Альбина.

– Нет-нет. Помню. Очень хорошо помню. Значит её зовут Анфиса Павловна?

– Да! Или можно по-простому – тётя Анфиса. Она у нас нянечкой работает. Иногда на вахте помогает, в гардеробе вещи принимает – осенью, зимой… А ещё она тёща моего