Смерть от тысячи ран - D.O.A.

Молодая англичанка отступила назад и наткнулась на Нери.

— Мы… у нас было три люкса, каждый со своим названием. — Она пыталась припомнить названия, ей это удалось, лишь когда Тод схватил ее за руку и с силой встряхнул.

— Кто-нибудь из вас оставил какие-либо вещи или документы у администратора?

— Не знаю. Не думаю.

— В номерах есть сейфы?

— Да.

— Код вашего?

— Я его не… — От мощного удара в солнечное сплетение, за которым последовал апперкот в челюсть, у Саскии перехватило дыхание. Она потеряла сознание.

Каннаваро подхватил девушку, чтобы она не рухнула на землю, и затолкал ее в багажник.

Тод приказал не спускать с нее глаз и направился в сторону замка. Держась в тени деревьев, он миновал главную аллею, обогнул паркинг, стараясь не выходить на свет, и обошел замок вокруг, чтобы наметить возможные пути проникновения. Внутренний двор, терраса ресторана и расположенный за ним офис Тод сразу исключил. Слишком оживленно и полно посетителей — его заметят. Оставался главный вход с широкой стеклянной дверью. Он расположился против нее, спрятавшись в небольшой рощице, и был вынужден прождать минут двадцать, пока администратор соблаговолит покинуть рабочее место.

Тод вошел. Он думал добраться до стойки, чтобы взять ключи от апартаментов Хавьера и его гостей, но ему помешало появление в холле большой группы постояльцев отеля. Чтобы не быть замеченным, он свернул к главной лестнице и торопливо поднялся. На третьем этаже, пользуясь общими указаниями Саскии, он сориентировался и вычислил интересующие его комнаты.

Ближе всех располагался номер Руано. Подойдя к двери, Тод некоторое время осматривал ее, затем вытащил из-под куртки сумку, перебрал находящиеся в ней инструменты, остановил выбор на пистолете-отмычке, нашел подходящее лезвие и ввел его в личинку замка. Ему пришлось трижды нажать на гашетку и несколько раз легонько постучать по рукоятке, чтобы сдвинуть предохранительные штифты и освободить запорный цилиндр.

Номер был прибран и подготовлен к ночи: возле изголовья расстеленной кровати горели лампы. В отеле еще не знали, что остановившийся здесь постоялец уже никогда не вернется. Чемоданы мадридского адвоката были сложены в шкафу возле входной двери. Тод перерыл их и ничего не обнаружил. Сейф стандартной гостиничной модели с электронным табло для набора кода был заперт. Тод включил свой наладонник, сверился с карточкой Адриана Руано, которой его снабдил дон Альваро, и с пятой попытки подобрал правильные цифры: годы рождения родителей в порядке «отец — мать». Внутри ничего особенного: немного наличности, кое-какие драгоценности, кокаин, электронный ежедневник и ноутбук. Документы Руано, как и бумаги Хавьера и Родриго, ему уже передал Каннаваро, когда они встретились после визита в госпиталь. Тод засунул все в гостиничный мешок для грязного белья, проверил салон и ванную комнату, но больше ничего не обнаружил.

Комната Феито его ничем не порадовала. Сейф оказался пуст, гардероб скуден, а наркотиков телохранитель не употреблял — Тоду это было известно. В номере Хавьера также ничего компрометирующего, только большое количество денег и кокаина, которые Тод незамедлительно прибрал.

Он уже собирался выйти, но тут постучали. Беглый осмотр номера говорил о том, что комната в полном беспорядке. Уборку не делали, — видимо, шлюха провела здесь весь день. Эту деталь он упустил.

Дверь открылась, и появилась горничная.

Тод юркнул в ванную комнату, погруженное в темноту просторное помещение, отделанное бежевой плиткой. Закрывшись в расположенной в углублении стены душевой кабине с матовым стеклом, он стал ждать. Женщина в соседней комнате зажгла лампы у изголовья и принялась перестилать белье. Потом включила пылесос. Это продолжалось добрых пять минут. Звяканье посуды послужило Тоду сигналом того, что горничная занялась подносами с остатками еды, которые он заметил, войдя в номер.

Зажегся свет, она вошла в ванную.

Тод угадал ее силуэт, искаженный матовым стеклом. Один раз горничная прошла мимо него, чуть было не открыла створки душа, но передумала и, собрав полотенца, унесла их вместе с мусорной корзиной. Через какое-то время она вернулась и вымыла раковину, заменила набор санитарно-гигиенических принадлежностей, все протерла и, издав вздох отвращения, занялась унитазом. Затем вернулась в комнату.

Тод натянул перчатки.

Горничная появилась вновь, подошла к душевой кабине и открыла ее.

Тод этого ждал и не дал ей времени крикнуть. Одной рукой он зажал ей рот, а другой с силой притянул к себе. Затем развернул, несмотря на ее тщетное сопротивление, схватил за голову и резко крутанул. Сухой треск. Женское тело обвисло в его руках. Бросив убитую в душе, он выкатил ее тележку, захватил мешок со своей добычей и тем же путем, каким проник в отель, покинул здание. Его никто не видел.

— Ты чем-то озабочен?

Валери Массе дю Рео положил нож и вилку на край тарелки, вытер губы и взглянул на свою жену Мишель, перед которой стоял стакан вина. Она внимательно изучала его через кухонный стол. Она не ужинала — очень проголодалась и перекусила раньше, вместе с их дочерью Сюзанной. К тому же он опоздал, нарушив привычный тулузский ритуал совместной трапезы. Прежде они всегда его придерживались, и до сих пор даже недавним ухищрениям прокуратуры не удавалось отменить эту традицию. Сегодняшнее опоздание было отклонением. Он задумался, останется ли оно единственным в своем роде, или это предвестник будущих пропущенных ужинов.

Или хуже того.

Его беспокойство не укрылось от Мишель.

— Я сегодня видел Доминика. Помнишь, кто это? — Жена не отвечала, и Массе дю Рео продолжал: — Ну да, Ланжевен, брюнет, симпатичный мужик, который пришел в Группу в тот год, когда я из нее вышел. Все были недовольны, он ведь тогда только закончил Сен-Сир.[61]

— Что он забыл в Тулузе?

— Муассак.

— Что?

— Он был в Муассаке, на месте преступления, которое мы расследуем.

— Ты сегодня был в Муассаке? Я думала, у вас большое совещание по поводу процесса следующего месяца. Все та же история ссоры между соседями?

— Нет, тут другое. Кстати, там гораздо серьезнее, нежели простая ссора между соседями. Так вот, прокурорские поставили меня в известность, что прибудут в Муассак на тройное убийство, поэтому и мне пришлось туда поехать. А они и не появились.

— Похоже, в прокуратуре тебя обожают.

— Зато я повидал Доминика.

— Из-за трех трупов?

— Да. То есть нет, из-за операции «Ястреб».

Мишель Массе дю Рео вздохнула: