Палач - Дэниел Коул

Четверг, 10 декабря 2015 года,

11 часов 13 минут вечера

Кертис оказалась в ловушке.

Подняв оружие, она вглядывалась во мрак убогого гостиничного номера, пытаясь засечь малейшие признаки движения. В голове билась мысль закричать и позвать Руша, но уверенности, что он услышит, не было, а выдать незваному гостю свое точное местоположение не хотелось бы. Глядя на дверь, которая располагалась в нескольких метрах от нее, но все равно казалась недосягаемой, она почувствовала, как в ушах в такт сердцу стал гулко отдаваться пульс.

Кертис знала, что рано или поздно ей придется выйти навстречу опасности.

Она уже переоделась ко сну – на ней был верх от ретропижамы с «Моим маленьким пони», ярко-зеленые шорты и толстые шерстяные носки. Медленно-медленно агент подползла по кровати к стулу и сняла висевший на его спинке костюмный пиджак.

Сделала решительный вдох, спрыгнула с кровати, отшвырнула шлепанец, которым перед этим воинственно размахивала, вцепилась в замок, открыла его и вывалилась в коридор. Дверь за ней с грохотом захлопнулась.

Собравшись с силами, она поднялась на ноги и тихо постучала в соседний номер. На пороге материализовался Руш – немного всклокоченный, босиком и в незаправленной белой рубашке. Сочетание джетлага и избытка вина за ужином с каждым из них троих сыграло злую шутку.

Он несколько мгновений с непонимающим видом смотрел на гостью, потом протер усталые глаза, пытаясь собраться с мыслями.

– На вас футболка «Мой маленький пони»?

– Да, – ответила Кертис, с трудом переводя дух.

– О’кей, – кивнул он. – Хотите войти?

– Нет, спасибо. Я лишь хотела спросить, умеете ли вы обращаться с пауками.

– С пауками? – пожал плечами Руш. – Да, конечно.

– Только не надо всей этой ерунды, знаете когда их подцепляют листком бумаги и выбрасывают за дверь. Так эта тварь все равно заберется обратно, – велела Кертис. – Мне нужно, чтобы он подох… чтобы я его больше не видела.

– Понятно, – ответил Руш, хватая ботинок и ключи от своего номера.

– Эта гнида такая большая, что тут не до шуток, – заметила Кертис, по достоинству оценив его согласие.

– Насколько большая? – спросил Руш, несколько озадаченный ее словами.

Вечером Бакстер умудрилась надеть наизнанку свою клетчатую пижамную рубашку; со штанами эта ошибка не повторилась, потому что она попросту напялила их задом наперед.

Она выпила еще один стакан горьковатой воды из-под крана. Дальше по коридору какие-то шумные постояльцы стучали и хлопали дверями. Эмили улеглась в постель. Потолок над головой закружился, вызвав приступ тошноты. Через окно пробивались звуки города. Бакстер нащупала телефон, нашла в списке контактов Эдмундса и нажала кнопку вызова.

– Что? – заорал Эдмундс и сел на кровати.

В кроватке в углу снова заплакала Лейла.

– Который час? – проворчала Тиа, которой как раз только что удалось ее уложить.

Когда Эдмундс проснулся окончательно, до него дошло, что на первом этаже разрывается его телефон. Он кое-как скатился по лестнице, увидел на дисплее знакомое имя и ответил:

– Бакстер? Ты в порядке?

– Да, все хорошо… Правда, хорошо, – невнятно пробормотала она.

– Это Эмили? – спросила со второго этажа Тиа, перекрывая плач Лейлы.

– Ага, – Эдмундс старался говорить шепотом, чтобы не досаждать несчастному соседу.

– По-моему, у вас плачет ребенок, – любезно проинформировала Бакстер.

– Да, мы знаем, спасибо. Ее разбудил телефонный звонок, – ответил он. – И нас тоже.

– В двадцать минут седьмого? – спросила она и вдруг умолкла. – Ой. Ну, ты понял.

– Да, неправильно подсчитала время, – произнес Эдмундс.

– Неправильно подсчитала.

– Ага.

– В смысле на часах.

– Да! Я понял. Бакстер, ты что, выпила?

– Конечно, нет. На меня и без того слишком много навалилось, чтобы еще пить.

Тиа на цыпочках спустилась на первый этаж – Лейла у нее на руках, наконец, угомонилась.

– Иди спать, – одними губами прошептала она Эдмундсу.

– Сейчас приду, – ответил он.

– Прости меня, – виновато сказала Бакстер, – я просто хотела описать тебе картину преступления, которую мне сегодня показали, чтобы ты был в курсе всего.

– Какого именно преступления? – спросил Эдмундс.

Тиа уже сердилась не на шутку.

– Детектива привязали к решетке радиатора внедорожника, который потом протаранил стену полицейского участка.

Эдмундс разрывался между двумя женщинами.

– Я перезвоню утром… – сказала Бакстер, – …твоим утром… Нет! Моим утром… Я запуталась…

Эдмундс с извиняющимся видом посмотрел на Тиа и сказал:

– Не надо, все в порядке, рассказывай сейчас.

– Где вы его в последний раз видели? – спросил Руш, понимая, что, используя ботинок в качестве оружия, он подвергает риску босые ноги.

– Кажется, он запрыгнул под шкаф, – сказала Кертис, в целях безопасности забравшаяся с ногами на кровать.

– Запрыгнул?

– Ну, поскакал.

– Поскакал?!

Доверие Руша к ее словам таяло на глазах.

– Ну, скорее… Как сказать «галопирует», но про паука?

– Думаю, так и будет – «галопирует»… – ответил он и шагнул к гардеробу, глядя под ноги, будто опасаясь наступить на змею.

– Может, попросим Бакстер? – предложила Кертис.

– Не нужна нам никакая Бакстер! – рявкнул Руш. – Я сам все сделаю! Просто хочу ударить наверняка.

Кертис пожала плечами.

– Я сегодня не успела вас поблагодарить, – несколько смущенно сказала она.

– Поблагодарить меня?

– Ну да, за вчерашнюю ночь.

– Всегда пожалуйста, – искренне ответил он, повернулся, чтобы улыбнуться, но увидел перед собой расширившиеся от ужаса глаза Кертис.

Руш медленно проследил за ее взглядом. Прямо перед ним на ковре сидел огромный, с чайное блюдце, паук.

Он застыл как вкопанный и едва слышно прошептал:

– Зовите Бакстер.

– Что?

Тварь вдруг побежала прямо к нему. Руш завопил, отшвырнул ботинок и рванул к двери.

– Зовите Бакстер! – закричал он, когда они, толкая друг друга, выбежали в коридор.