Роковой звон - Сергей Пономаренко

Пузыри все увеличиваются, приобретают зеленоватый цвет, который становится все гуще. Вот лопнул огромный пузырь возле самой лодки, и на его месте появилась голова девушки с длинными спутанными волосами, украшенными венком из желтых кувшинок. У нее зеленоватая кожа и бельма вместо глаз, которыми она вращает то в одну, то в другую сторону, словно способна видеть. Несмотря на то что прошло столько лет, я ее узнаю´. Это ОНА, Люся!

Зеленоватые руки с приставшими к ним черными пиявками хватаются за борт. Подтянувшись, Люся перебрасывает свое тело в лодку, а я едва успеваю перейти на нос. Дальше только вода, ее стихия!

– Почему ты бежишь от меня? – обижается утопленница. – Ведь я русалка и очень искусна в любовных играх!

– Пошла прочь! – кричу я ей.

Рядом со мной забурлила вода и показались голова и голые плечи Дениса. Но он не чистенький и умиротворенный, каким я видел его в гробу на похоронах, а очень бледный, с разбитой головой. Через трещину виден белесоватый, весь в завитках, мозг.

– Прыгай ко мне, я тебе помогу! – Денис подмигивает и причмокивает.

Я знаю, что он обманет: мертвым нельзя доверять!

Мне нужно защититься от мертвецов, но из лодки исчезли весла! Ко мне медленно приближается Люся, а из воды продолжает неприятно причмокивать Денис…

– Лазарь, не кричи! Мишку разбудишь! – слышится недовольный голос жены.

Открыв глаза, он с облегчением вздыхает: это был всего лишь сон!

– Какая-то ерунда привиделась. – Лазарь чувствует, как у него в груди от увиденного кошмара бешено колотится сердце.

– Без пятнадцати семь, вставай! Мишке кашку манную сваришь? Ему нравится, как ты ее готовишь.

Лазарь знает, что это неправда: трехлетнему Мишке безразлично, кто приготовит кашу, он все равно будет капризничать. Люда хочет подольше понежиться в кровати, зная, что кроме кашки для сына муж приготовит что-нибудь и для себя.

«Люда! Люся! Надо же было судьбе так жестоко пошутить! У моей жены точно такое же имя, как у той девушки. И ведь я только сейчас об этом подумал! Казалось, то событие навечно кануло в небытие и я забыл о нем. Но вот оно напомнило о себе, и…»

Поднявшись с кровати, Лазарь направился в ванную, быстро принял душ – и сразу же на кухню. Кастрюльку с молоком поставил на электроплиту – это для Мишки, два яйца – для себя. Лазарь включил кофемашину и выбрал в меню двойной эспрессо. Заметив в мойке стопку грязных тарелок и чашек, оставшихся со вчерашнего вечера, загрузил их в посудомоечную машину. Люда была на третьем месяце беременности, и Лазарь старался хоть чем-нибудь ей помочь.

Он вспомнил, что вечером его родители собирались их навестить, и недовольно нахмурился. «Начнется! Они считают, что я балую жену и она плохо выполняет материнские обязанности. У Мишки проблемы с речью. Начнутся сравнения с другими детьми его возраста, которые более развиты, не только выговаривают все буквы, а и пересказывают сказки».

– О черт! – Задумавшись, Лазарь не заметил, как убежало молоко.

Он быстро вытер «следы преступления», насыпал в кастрюлю манку, сахар и соль и поставил на «четверку». Выключил кастрюльку, в которой кипели яйца, и приступил к кофе.

Люда зашла в ванную комнату, и зашумела вода. Лазарь прозевал: яйца получились вкрутую, а не «в мешочек». Из ванной появилась Люда и с подозрением втянула носом воздух:

– Опять молоко убежало?

– Как ты это учуяла, ведь запах кофе все перебил? – недоумевает Лазарь, целуя жену в подставленную щечку.

– Запах тут ни при чем, – раскрывает Люда секрет. – Ты сбежавшее молоко вытер тряпкой и, не промыв ее, бросил.

Она укоризненно качает головой:

– Профессора Мориарти из тебя не получится – не умеешь ты заметать следы.

Кроме вязания и фитнеса, она увлекается чтением детективов.

– Вообще-то я рассчитывал на роль доктора Ватсона, – обиделся Лазарь. – Неужели я похож на злодея?

– А разве злодей похож на злодея? – удивляется Люда. – Он будет прикидываться доктором Ватсоном, чтобы его не разоблачили. – Попробовав сваренную кашу, она неопределенно хмыкнула – «может быть». – Что за кошмары тебе снятся? Вчера ты тоже кричал. Случается, сны предупреждают о грядущих неприятностях – загляни в сонник…

– Я уже забыл, что мне снилось, – слукавил Лазарь.

Люда приняла озабоченный вид:

– У тебя на работе все в порядке?

– Лучше не бывает. Скоро отпуск, так что выбирай любую точку земного шара. Посмотрим мир!

– Пока ты возьмешь отпуск, я сама пойду в отпуск! – Люда многозначительно погладила свой животик.

– Значит, когда сможешь! – оптимистически произнес Лазарь.

– Через два с половиной года, – подсчитав, вздохнула Люда.

Зазвонил мобильный телефон, и у Лазаря сжалось сердце от плохого предчувствия, когда он увидел имя звонившего – «Вася Пархоменко».

«Что случилось?»

– Алло!

– Извини, Лазарь, произошли чрезвычайные события.

– Давай без прелюдий!

– Гена умер!

– Что-о?! – Услышав это, Лазарь покачнулся.

– Ты не мог бы сейчас приехать ко мне в морг? Гена был нашим другом. Вовику я уже позвонил.

– Как умер? Он же был здоров как бык! Подводной охотой увлекался!

– Вчера вечером мне позвонила его жена и сказала, что Гене очень плохо. Скорая помощь привезла его в мою больницу. Я приехал туда, поговорил с ним: после уколов ему стало лучше. Гену поместили в отдельную палату. Я не поехал домой, потому что было уже очень поздно, и переночевал в своем кабинете, у меня там есть диван. В больнице я остался не из-за Генкиного состояния, оно не внушало никаких опасений. Рано утром дежурный врач сообщил мне, что Геннадий умер. Я осмотрел тело. Похоже, Генку подвело сердце. Вскрытие даст более полную картину причины его смерти. Поэтому, пожалуйста, приезжайте утром ко мне, пока я не начал вскрытие. Знаю, что во время учебы вы все ходили в «анатомичку», но лучше попрощаться с Геной до того как… Я позвонил его жене… то есть вдове… сообщил о его смерти. Она сказала, что свяжется с братом и сегодня же заберет тело мужа. Хочет похоронить его на родине, в Вознесенске.

Лазарь наконец пришел в себя:

– Значит, в Киеве похорон не будет? Мы могли бы помочь деньгами…

– Это само собой разумеется. Правда, Генкина жена от денег отказывается; как я уже сказал, похороны и поминки она хочет устроить у себя в Вознесенске. Приглашает нас приехать на похороны, которые уже назначила на послезавтра, в час дня.

– Это далеко?

– Николаевская область, километров четыреста от Киева. Ты поедешь?

– Пока что не решил.