Книга несчастных случаев - Чак Вендиг

Оливер сидел у двери в кабинет директора школы. За спиной бетонная стена. Рядом с ним сидел Калеб Райт.

– Тебе нужно бы что-нибудь приложить, – сказал Калеб.

Осторожно прикоснувшись к нежному кольцу боли вокруг глаза, Оливер поморщился.

– Да. – Он помолчал. – И спасибо, что вмешался.

– А ну их на хрен, этих долбаных ублюдков! Богатенькие козлы!

– Я заметил, их с нами нет.

– Точно. Вот как прикольно все обернулось…

Они уже давно сидели здесь. Дерущихся разняла учительница физкультуры – большая крепкая миссис Норкросс, – и не успел Олли опомниться, как всех их уже препроводили к кабинету директора. Первыми туда зашли два вышеупомянутых козла, Грэм Лайонз и Алекс Амати. Вышли они из кабинета ухмыляющиеся, искоса бросив на Оливера и Калеба такие острые взгляды, что ими можно было бы разрезать артерию. Оливер обратил внимание на то, что Грэм прижимал левую руку к груди – делая вид, будто все в порядке, будто ему не больно, однако с пальцем у него явно было что-то не так. Как будто его выгнули не в ту сторону, да так и оставили.

Оливер чувствовал себя плохо. Несмотря на все, он чувствовал себя плохо. («Мое обычное состояние», – угрюмо думал Олли.) Он едва не окликнул Грэма и Алекса, чтобы извиниться перед ними, но не смог собраться с духом. А потом они ушли.

Тем временем Калебу и Оливеру сообщили, что их родителей вызывают в школу. Замечательно.

– Грэма Лайонза я знаю, – сказал Оливер. – А второй кто?

– Алекс Амати. Богатенький мерзавец. Играют в бейсбол оба. В Центральном Баксе футбольная команда, но мы в Верхнем не потянули, поэтому у нас бейсбол, и эти двое в команде звезды первой величины… что, по-видимому, делает из них особ королевской крови, твою мать.

– Вот как.

– Таких лучше не иметь в числе своих врагов.

– Да уж, пожалуй.

– Классное впечатление мы произвели, – рассмеялся Калеб.

Оливер тоже улыбнулся. Это было смешно. Отчасти.

– Да, приятель, – продолжал Калеб, – если тебе нужно с кем-то играть, мы тебя приглашаем. Обычно собираемся по субботам. У нас не только «Подземелья и драконы» – в нее мы играем лишь за обедом. Иногда рубимся в «Звездные войны» или еще во что-нибудь из настолок: «Зону сумрака», «Предательство в Доме на холме», бывает, «Кузницу богов». А когда нам эти надоедают, мы посылаем все на хрен и играем в «Магию».

– Спасибо! Просто чудесно! Я люблю все эти игры.

– В этой долбаной школе, в этом долбаном мире всем нам не обойтись без друзей, вот что я скажу.

«У меня есть друг!» – мысленно повторял Оливер снова и снова, всеми силами стараясь не выпустить восторг на лицо, чтобы не выглядеть придурком. Однако торжество прорывалось на поверхность. Оливеру страстно захотелось поделиться этой новостью с доктором Нахид.

Посему он просто кивнул, когда Калеб предложил ему стукнуться кулаками, и не рассыпался на части, стукаясь.

– Олли!

Обернувшись, он увидел…

Своего отца.

Папа смотрел на него. Вид у него был разъяренный. Как у быка, увидевшего красную тряпку.

– Это твой предок? – спросил вполголоса Калеб.

– Да-а-а-а-а…

– Черт, чувак, считай себя покойником.

* * *

Они с отцом сидели напротив директора Майерс, грузной женщины с пышной копной волос рыжего цвета, который лучше всего описать «как у кота Гарфилда».

Папа молчал как истукан.

Черт!

«Он злится на меня».

– Ваш сын сегодня затеял драку, первым напав на двух лучших… – Неожиданно Майерс поправилась: – Ну, одного из лучших учеников школы и двух наших лучших бейсболистов.

Оливер предположил, что Алекс не относился к лучшим ученикам; хотя люди не всегда соответствуют своим внешним проявлениям, Алекс, судя по всему, на самом деле обладал интеллектом экскаватора. Грэм вроде бы поумнее.

– Не слишком хорошее первое впечатление, Оливер Грейвз, – продолжала директор. – Ты не проучился в новой школе и месяца, а уже затеял драку? Вот что нам следует от тебя ожидать?

– Я не затевал драку! – с жаром возразил Оливер, поворачиваясь к отцу. – Честное слово, папа! Я не зачинщик драк. Я увидел ребят, играющих в игру, подсел к ним за стол, они оказались классными, но затем подошли эти двое и начали обзываться – придурками, задротами, козлищами…

– Следи за языком! – строго одернула его директор Майерс.

– Простите. Но они употребили именно эти слова…

– Мне не остается ничего иного, кроме как отстранить тебя от занятий.

– Что?

– Правила на этот счет очень четкие, если ты их читал. Мы не терпим любых проявлений насилия в школе и решительно…

Бац!

Папин кулак опустился на стол, отчего подпрыгнули фотографии в рамках и стакан с карандашами и ручками. Расправив плечи, папа ткнул пальцем в директора.

– Ничего такого вы не сделаете!

– Прошу прощения? – ошеломленно пробормотала та.