Один против Голливуда - Максим Корсаков

– Да, это проделки Золотого Барона, – рано утром Максим сообщил Мастеру о случившемся.

Выслушав отчет, Мастер твердо сказал:

– Возможно, кто-то из сопровождающих вас работает на него. Сейчас важно увести Золотого Барона подальше от нашей тайны. Отвлечем его внимание экстренной встречей в Эйлате. И самое главное: я договорился, что начальник экспедиции передаст фигурки профессору Даниилу Беранже – специалисту в этой области для дальнейшего исследования.

Весь день ушел на улаживание формальностей по отправке посылки с экспонатами на экспертизу в Канаду. Максим вернулся в отель довольный, что удалось предотвратить похищение. Было уже далеко за полночь, но его не покидало чувство надвигающейся опасности.

Максим искал способ успокоиться и вспомнил, как он задал вопрос Мастеру о медитации:

– Я много читал о медитации, но не умею применять это на практике. Как это делать?

Мастер тогда пояснил, что сам термин «медитация» происходит из западных традиций от слова meditare, что значит «размышлять». Медитация хотя и является средством концентрации и успокоения ума, одновременно имеет свой внутренний смысл. Не зря ее часто называют искусством.

Обычное состояния ума неуправляемое. Как правило, мы не можем выкинуть из головы то, о чем размышляем. Благодаря развитой концентрации у нас появляются две важные для работы над сознанием способности – внимательность, то есть способность замечать происходящее как вовне, так и внутри тела, и бдительность – способность быстро реагировать на происходящее.

С тех пор Максим стал постигать искусство медитации, медленно, но упорно подымаясь к ее вершинам.

Чтобы отвлечься, Максим стал искать свой дневник – в нем были записи для будущей книги. Вспомнил, что ему пришлось тогда пережить в Америке… Неужели его ждет повторение того ужаса? Наконец заветный дневник в его руках… Максим стал быстро перечитывать давно написанные строки.

Глава 5

Опасное знакомство

Из дневника Максима Беседина

Это произошло в Нью-Йорке после очередной моей встречи с Мастером в Париже. Прощание в аэропорту было недолгим. Крепкое рукопожатие и пожелания доброго пути – и вот я уже расположился в удобном кресле бизнес-класса «Боинга-747».

По мере приближения лайнера к Америке неосознанная тревога возрастала и превращалась в холодящий душу страх. Я успокаивал себя: мне ничего не грозит, Америка – моя страна, которая защитит меня. Пытался отогнать смятение, но все было безуспешно. Соседкой слева оказалась привлекательная девушка, она, будто чувствуя мое беспокойство, задала неожиданный вопрос: «Вы боитесь летать самолетами?»

– Почему вы так решили?

– Я обратила внимание на вашу бледность. Давайте познакомимся, меня зовут Габриэла.

– Максим Беседин, – коротко ответил я.

Неожиданно самолет резко тряхнуло. Командир корабля предупредил пассажиров:

– Мы в зоне турбулентности. Просьба не беспокоиться и пристегнуть ремни.

Меня охватила паника. Холодный пот покрыл все мое тело. Пальцы мелко дрожали. Отвернувшись от Габриэлы, чтобы она не подумала, что я трус, смотрел в иллюминатор. Летать на самолетах я не боялся, в турбулентность попадал много раз, – я боялся Золотого Барона и того, что ждет меня на земле.

Габриэла пыталась отвлечь меня рассказами о том, как провела время в Париже на выставке молодых художников. Она была не художницей, а натурщицей. Позировала известным мастерам. В какой-то миг мне показалось, что Габриэла мне нравится. Во всяком случае, хотелось выглядеть в ее глазах джентльменом. «Что делать, что делать? – лихорадочно стучало в голове. – А вдруг она подумает, что я трус, и тогда мои шансы покорить ее сердце приблизятся к нулю. Красивые женщины редко влюбляются в слабых мужчин». Извинившись перед Габриэлой, я пошел по салону в сторону туалетных комнат. Это был единственный шанс на некоторое время скрыться с ее глаз. «Пойду умоюсь – может, станет легче». Самолет по-прежнему раскачивало, тряска еще больше усилилась, пассажиры притихли, стюардесс не было видно. «Туалетные комнаты будут пустые, – мелькнула мысль. – Все сидят и не шевелятся».

Легонько толкнул первую дверь слева с надписью «Туалет». К моему удивлению, дверь была не закрыта. «Пустая, – подумал я. – Не надо ждать очереди». Но тут же сквозь пелену тумана, застилавшего глаза, увидел две странные фигуры. Мужчина и женщина – что они здесь делают? Я встретился взглядом с мужчиной, который жестом руки попросил меня закрыть дверь. «Вот это да! Они занимаются любовью во время турбулентности и ничего не боятся!» Страх мигом покинул меня.

К Габриэле вернулся уже гусаром. Решил провести остаток полета как пылкий поклонник. Теперь внимательно слушал рассказ Габриэлы о ее работе, меня интересовали все детали. Как долго она находится обнаженная под взглядом художника, не стыдно ли ей? Габриэла восторженно рассказывала о своей профессии, и мне самому уже казалось, что и в самом деле лучше профессии для красивой женщины в этом мире нет. Я даже не заметил, как кончилась турбулентность и объявили посадку.

Самолет плавно шел к земле. Америка, моя новая родина… Как я благодарен ей, что дала мне приют, и сейчас я приземляюсь в аэропорту, носящем имя президента Джона Кеннеди. Я был счастлив. Много ли надо человеку, чтобы перейти из состояния страха в состояние восторга! Габриэла – любовь, любовь, моя любовь… Кажется, я потерял голову.

Глава 6

Явление Сканера

Из дневника Максима Беседина

И вот мы на земле, в здании аэровокзала. Настало время прощаться с попутчицей. Обменялись телефонами, и я поспешил на паркинг, где стояла машина. Мое состояние улучшилось, переживания в самолете казались кошмарным сном. «Земля, твердь, как хорошо стоять на ней», – думал я, открывая дверь своего лимузина. Сел за руль, включил музыку. Откинул голову, закрыл глаза и стал мечтать о встрече с Габриэлой. Тягостные мысли о Золотом Бароне – о каком-то неизвестном злодее – оставили, ушли прочь.

Не помню, сколько минут просидел в мечтательном забытьи. Вдруг меня кто-то тронул за плечо. От неожиданности вздрогнул. Двери машины были закрыты. Кто это? Я боялся открыть глаза. Это длилось мгновение. Краем глаза увидел сидящего рядом мужчину.

– Вы кто? – спросил я. – И как попали сюда?

– Максим Беседин, – ответил он. – Будем знакомы.

– Максим Беседин?! Это абсурд! Максим Беседин – это я! Вы что, мой однофамилец?! И кто позволил вам сесть в мою машину?

Мужчина улыбнулся:

– Я – Максим Беседин, посланник Золотого Барона. После этих слов мои руки и ноги онемели, я боялся пошевелиться и посмотреть на этого странного незнакомца.

– Обратите внимание, я не только ношу ваше имя, но и ваша точная копия.

Повернувшись, увидел свое отображение, как в зеркале. Да, этот незнакомец был