Ангел тьмы - Калеб Карр

Только я успел вернуться на подоконник, как Маркус — его глаза все еще были прикованы к часам — пробормотал:

— Прекрасно, — после чего наконец выпустил руку сеньоры и встал с колена. — Просто прекрасно. Теперь, сеньора, вам следует отдохнуть. Сайрус? — Тот встал из-за инструмента и приблизился к Маркусу. — Мистер Монтроуз, как мне представляется, будет счастлив убедиться в том, что вы в безопасности доберетесь до «Астории». С ним вам бояться нечего.

Сеньора посмотрела на Сайруса, и на лице ее отразилось кроткое доверие.

— Да. Я это почувствовала. — Тут к ней опять вернулась прежняя растерянность. — Но что же с моей дочерью?

— Не стану обманывать вас, сеньора, — ответил Маркус. — Дело это весьма непростое. Ваш муж запретил вам обращаться в полицию? — Та с несчастным видом кивнула. — Ну же, не стоит… — продолжил Маркус, провожая ее к двери, у которой к ним присоединилась мисс Говард. — Очень возможно, что по прошествии некоторого времени это может сыграть нам на руку.

— Но вы же сами — полисмены? — спросила сеньора по-прежнему в замешательстве, когда Сайрус распахнул перед ней решетку лифта. Она вновь надела свою большую черную шляпу, закрепив ее на прическе восьмидюймовой булавкой с камнем.

— И да, и нет, — ответил ей Маркус. — Главное — в том, что вы не должны терять надежды. Следующих суток нам, полагаю, хватит, чтобы сообщить вам, что мы сможем тут сделать.

Сеньора обернулась к мисс Говард, но та лишь добавила:

— Пожалуйста, поверьте мне — едва ли вам удастся найти джентльменов, заслуживающих большего доверия, нежели эти господа.

Сеньора Линарес снова кивнула и шагнула в лифт, опуская на лицо вуаль.

— Что же, тогда… я подожду. — Она еще раз окинула взглядом нашу штаб-квартиру и тихонько добавила: — Точнее будет сказать, нам всем придется подождать…

Мистер Мур взглянул на нее с некоторым удивлением:

— Всем? И чего же нам всем предстоит дождаться, сеньора?

Та указала вглубь помещения кончиком зонта.

— Здесь ведь пять столов, не так ли? И все вы… такое ощущение… впрочем, да. Я считаю, нам всем следует подождать. Появления человека, который сидит за пятым столом. Или когда-то сидел…

Я сильно сомневаюсь, что среди нас нашелся тот, кто не испытал легкого трепета от ее тихих слов.

Даже не пытаясь что-либо возразить, Маркус молча кивнул сеньоре и бросил Сайрусу:

— Прямиком в «Асторию», потом встретимся в «Лафайетте». Мы будем снаружи, на веранде. Есть вопросы, на которые только вы со Стиви можете ответить.

Сайрус кивнул и нахлобучил на голову котелок, а мисс Говард, прежде чем закрыть дверь комнаты, наградила сеньору последним ободряющим взглядом:

— Постарайтесь не терять надежды, сеньора, — сказала она. Женщина в ответ лишь коротко кивнула, и через мгновенье их с Сайрусом не стало.

С уходом их Маркус принялся мерить шагами комнату, Люциус — упаковывать инструментарий, мисс Говард же задумчиво подошла к окнам на улицу и с какой-то странной печалью уставилась вниз на Бродвей. Один лишь мистер Мур проявлял видимое беспокойство.

— Ну-с? — изрек он в конце концов. — Так что же вы обнаружили?

— Много всего, — тихо отозвался Люциус. — Хотя, не сказать, чтобы достаточно.

Последовала еще одна пауза, в финале коей мистер Мур вскинул руки к потолку:

— И не поделитесь ли вы, джентльмены, этим знанием, или это секрет меж вами и сеньорой?

Маркус раздумчиво хмыкнул:

— А она умна, эта леди…

— О да, — согласилась мисс Говард от окна, тоже позволив себе легкую улыбку.

— Умна? — переспросил мистер Мур. — Или просто безумна?

— Нет-нет, — быстро ответил Люциус. — До безумия ей далеко.

Казалось мистер Мур сейчас взорвется:

— Так, ну хорошо. Слушайте, ребята, вы наконец соберетесь поведать мне, что у вас на уме или нет?

— Обязательно, Джон, — ответил Маркус. — Но давайте сперва доберемся до «Лафайетта». Я жутко проголодался.

— Мы жутко проголодались, — поправил брата Люциус, беря ранец с инструментами. — Стиви?

— Я б чего-нибудь покушал. — Вот все, на что меня хватило. Истина ж, однако, заключалась в том, что меня тоже весьма занимало, что думают насчет всего этого детектив-сержанты; но еще меня здорово потрясли последние слова сеньоры Линарес у дверей, и в настоящую секунду я пребывал в настроении далеком от, скажем так, радужного.

У двери мисс Говард сняла с деревянной вешалки короткий жакет.

— Ну что, пойдемте? Предлагаю спуститься по лестнице — в здании уже нет никого, кто бы мог поднять сюда лифт.

И мы направились к черному ходу. Мистер Мур пристроился к нам сзади — он казался по-прежнему расстроенным.

— Что это нашло на всех вас? — пожаловался он. — Ведь это, в конце концов, простой вопрос: мы имеем на руках дело, или же мы дела на руках не имеем?

— О, дело-то у нас есть, — отозвался Маркус и повернулся к мисс Говард. — Ваша мечта сбывается, Сара.

Та улыбнулась в ответ, хотя не без тени прежней меланхолии.

— Кому-то следует быть поосторожнее с мечтами…

Мистер Мур упер руки в бока.

— Ох-ах, ну и что это все значит? Слушайте, я не собираюсь никуда идти, пока кто-нибудь не соизволит объяснить мне, что тут, черт возьми, на самом деле творится, ясно? Какого дьявола — если мы имеем дело, отчего у вас такие кислые физиономии?

Люциус крякнул, вскидывая ранец на плечо:

— Если коротко, Джон, дело у нас действительно имеется, это правда — и весьма запутанное притом. Вряд ли мне нужно уточнять, что с учетом фигур, замешанных в нем, оно может оказаться куда как значительным. Очень значительным и очень грязным. Но, между тем, сеньора была права. Без него, — и Люциус обернулся к столу, помещавшемуся справа от четырех остальных, — шансы наши ничтожны.

— А учитывая, через что ему довелось пройти, — добавила мисс Говард, пока мы топали к пожарной лестнице за кухней, — мне кажется, вряд ли кто-то из нас сможет точно сказать, что он за него возьмется. Проклятье, да я не уверена даже в том, имеем ли мы вообще такое право — просить его. — Она замолчала и обернулась ко мне. — На эти вопросы, как верно заметил Маркус, способны ответить лишь вы с Сайрусом.

Я всей шкурой своей ощутил, как на мне сошлись взгляды, — не скажу, что с таким ощущением мне бывало вообще когда-либо удобно. Но так ли, эдак, а полагалось чего-то сказать.

— Ну, значит… мне кажется, наверное… стоит дождаться Сайруса, вот только…

— Вот только — что? — спросил Маркус.

— Вот только, — ответил я, — готов все свои деньги поставить, что все зависит от завтрашнего утра. От того, как он расстанется с Институтом. Хотя, мисс Говард, вы, конечно, правы — я даж не знаю, удобно ли просить…