Кровавый орел - Крейг Расселл

– Давно не видел Махмуда?

– Э-э… да, пожалуй, давненько. А что, какие-то неприятности?

Сделав хороший глоток пива, Фабель отозвался:

– Ничего особенного. Просто надо переговорить. Я попробую ему звякнуть, но ты же знаешь – он у нас неуловимый.

Фабель запил пиво густым горячим черным кофе и тут же остудил рот новым большим глотком пива.

– И это что, весь твой обед? – неодобрительно покачал головой Дирк.

– Ладно, дай-ка мне бутерброд с сыром. Увидишь Махмуда – передай ему, что я его разыскиваю. Не мне тебе объяснять – шепни осторожненько. Этого парня нам подставлять нельзя, – сказал Фабель, глядя мимо хозяина заведения на стену фургона, где красовалась фотография Дирка, сделанная лет пятнадцать назад, – сухощавый молодой мужчина в зеленой полицейской форме. Фабель кивком показал на снимок и спросил: – У тебя не бывает неприятностей из-за этой фотографии?

Дирк вручил Фабелю половинку багета с сыром и корнишонами и пожал плечами:

– Всякое бывает. Иногда тут собирается хамоватая публика, но у меня с ними своя дипломатия. Срабатывает без осечки.

Владелец закусочной вытащил из-под прилавка массивный черный «глок». Фабель подавился пивом и быстро оглянулся – удостовериться, что никто на них не смотрит.

– Да убери ты, Христа ради! – прошипел он. – А я притворюсь, что не видел этого безобразия.

Дирк рассмеялся, спрятал пистолет, перегнулся через стойку и ласково потрепал Фабеля по щеке:

– Не кипятись, Йеник…

Так он называл Фабеля, когда они вместе служили в полиции. Хотя Дирк был всего лишь обермейстером – чин весьма скромный, еще совсем зеленый сыщик Фабель быстро угадал, что у старшего по возрасту товарища огромный опыт и хорошая смекалка. Дирк охотно делился знаниями и вводил Фабеля в курс полицейских тонкостей. Так же по-отечески он относился и к Францу Веберну, молоденькому полицейскому, который погиб в тот день, когда Фабель получил пулевое ранение. Для Дирка смерть Франца была огромным ударом. Когда он пришел навестить Фабеля в больнице, тот впервые увидел «папашу» Дирка в расстроенных чувствах – обычно он всегда был в заразительно прекрасном настроении.

Дождь прекратился, и солнце осторожно выглянуло в просвете облаков, опрокинув в реку гигантские тени гигантских кранов. Заплатив за бутерброд, пиво и кофе, Фабель положил на стойку еще несколько монет.

– Возьму-ка я, пожалуй, еще и «Шау маль!»,[2]– сказал он, беря с прилавка пеструю газету.

– Вот уж не думал, что ты читаешь подобную дребедень! – удивился Дирк.

– Я и не читаю. Но тут что-то про…

Гаупткомиссар развернул сложенный пополам таблоид. Огромные красные буквы на первой странице были как пощечина.

МАНЬЯК-ПОТРОШИТЕЛЬ НАНОСИТ НОВЫЙ УДАР!

ПОЛИЦИЯ ГАМБУРГА НЕ СПОСОБНА ОСТАНОВИТЬ СУМАСШЕДШЕГО!

Под заголовком была фотография Хорста Вана Хайдена с подписью:

КРИМИНАЛЬДИРЕКТОР ВАН ХАЙДЕН – ЧЕЛОВЕК, БЕССИЛЬНЫЙ ОБЕСПЕЧИТЬ БЕЗОПАСНОСТЬ ГАМБУРГСКИХ ЖЕНЩИН.

– Ах ты, черт! – пробормотал Фабель. Ван Хайден на стену полезет от злости.

В передовой статье гамбургскую полицию разносили в пух и прах. В конце газета предлагала награду за любую подсказку, которая может вывести на след преступника. Этой же мрачной истории был посвящен и разворот. Еще один ряд огромных красных букв кричал:

КТО ОЗАБОЧЕН ПОИМКОЙ МОНСТРА БОЛЬШЕ ВСЕХ?

КОНЕЧНО, «ШАУ МАЛЬ!»!

МЫ ЗАПЛАТИМ 10 ТЫСЯЧ ЕВРО ЗА ИНФОРМАЦИЮ, КОТОРАЯ ПРИВЕДЕТ К АРЕСТУ И ОСУЖДЕНИЮ МАНЬЯКА!

– Что там особенного? – спросил Дирк.

Фабель развернул газету и положил ее перед Дирком.

– А-а, теперь понятно… Наверное, именно ты расследуешь это дело, да?

– Верно, оба трупа на моей шее…

Фабель залпом допил холодное пиво, закусил чашкой уже остывшего кофе, а бутерброд оставил нетронутым на стойке.

– Ладно, пора двигать. А то Ван Хайден назначит награду за мою голову.

– Удачи, Йен.

Среда, 4 июня, 14.45. Управление полиции, Гамбург

Седьмой отдел занимается организованной преступностью и от остального гамбургского управления уголовной полиции отделен массивной стальной дверью, которую открывает электрический мотор по команде с охранного пульта. Видеокамеры отслеживают все ведущие к Седьмому отделу коридоры, и каждого входящего встречают бдительные глаза дежурных с автоматами. Так сказать, сейф внутри сейфа – охраняемый отдел внутри охраняемого полицейского управления.

В Гамбурге борьба с организованной преступностью выросла в большую, сложную и невидимую для посторонних глаз опасную игру.

На улицах кипело сражение иммигрантских мафий: турки, русские, украинцы и литовцы боролись с местными хилыми крестными отцами за два самых прибыльных сектора преступного рынка: секс и наркотики. Попутно разноязычные иммигранты время от времени устраивали разборки между собой. Одна особо агрессивная банда – «Ангелы Ада» – удостоилась даже постоянного специального подотдела в Седьмом отделе.

Воюя с тайными организациями, Седьмой отдел и сам поневоле все плотнее и плотнее окружал свои действия тайной. Утечка информации и предательство обходились дорого, порой из-за них гибли люди. Шла самая настоящая война, и сотрудники ощущали себя в большей степени солдатами, чем полицейскими.

Фабель подошел к стальной двери и нажал кнопку звонка. По команде из динамика над дверью он назвался и показал видеоглазу свое полицейское удостоверение. Загудел зуммер, замок громко щелкнул, и дверь начала открываться. Немолодой офицер в форме, широкоплечий, бугаистый и бритоголовый, поднялся навстречу Фабелю из-за охранного пульта.

– Сейчас к вам выйдут, – сказал он и неловкой растяжкой губ обозначил улыбку. – Наш сотрудник проведет вас к гаупткомиссару Бухгольцу.

Не успел Фабель присесть в крохотной приемной, как рядом с ним возник бугай помоложе. По-военному короткие русые волосы, под черной сорочкой перекатываются могучие мышцы. На широчайшем плече коричневая кожаная лямка кобуры с массивным неуставным «магнумом». При виде молодого культуриста пожилой служака весь просиял и показал два ряда идеально белых зубов. «Умеет же улыбнуться, если захочет!» – насмешливо подумал Фабель.

– Добрый день, герр гаупткомиссар. Я криминалькомиссар Лотар Кольски, работаю под началом гаупткомиссара Бухгольца.

Фабель встал и, пожимая протянутую руку, поймал себя на том, что не в силах отвести глаза от этой горы мышц. Он не мог понять, раздражает его это накачанное тело или восхищает.

– Пожалуйста, следуйте за мной, герр Фабель.

Пока они шагали по изгибам длинного коридора, Кольски щебетал что-то о выкрутасах погоды, о замоте на работе и планах махнуть в отпуск на остров Гран-Канария или… «ах, куда угодно, только прочь, прочь от этого бессолнечного пейзажа!». Фабель ошарашенно на него косился: от этой крутой, вооруженной до зубов горы мышц он ожидал чего угодно, кроме кокетливой светской беседы.