Красный кролик - Том Клэнси

Когда все это осталось позади, Джек забрал багаж и направился к выходу. Ему навстречу шагнул мужчина с черной с проседью бородкой.

— Вы Джек Райан?

— А вы, должно быть, Том Шарп?

— Правильно. Позвольте помочь вам нести вещи.

Райан понятия не имел, почему за ним так заботливо ухаживают. Впрочем, подумав хорошенько, он вспомнил, что и ему самому не раз приходилось делать то же самое, а англичане по части хороших манер общепризнанно являются мировыми лидерами.

— Простите, а какую должность вы занимаете? — спросил Райан.

— Я резидент в Риме, — ответил Шарп. — Наш директор позвонил и предупредил о вашем приезде, сэр Джон, и попросил встретить вас лично.

— Как это мило со стороны сэра Бейзила, — заметил Райан.

Шарп провел его к своей машине, седану «Бентли» бронзового цвета. Из уважения к нравам этой варварской страны руль был слева.

— Неплохая у вас тачка.

— Моя официальная «крыша» — заместитель посла, — объяснил Шарп. — Я мог бы ездить и на «Феррари», но это уже слишком бросалось бы в глаза. Видите ли, собственно оперативной работой мне приходится заниматься совсем мало; в основном, административные дела. К тому же, мне действительно приходится выполнять обязанности заместителя посла. Дипломатической работы по горло — это может с ума свести.

— Как вам нравится Италия?

— Очень милая страна, очень милые люди. Правда, очень неорганизованные. Про нас, англичан, говорят, что мы несобранные, однако по сравнению с местными жителями мы просто настоящие пруссаки.

— А здешняя полиция?

— Если честно, очень неплохо знает свое дело. Правоохранительных ведомств в Италии несколько. Самое эффективное — карабинеры, военизированная полиция, подчиняющаяся непосредственно центральному правительству. Есть просто блестящие сотрудники. В основном, карабинеры пытаются обуздать сицилийскую мафию — скотская работа, но, знаете, лично я не сомневаюсь, что рано или поздно они добьются своего.

— Вас ввели в курс, зачем меня направили в Италию?

— Кое-кто считает, что Юрий Владимирович собирается убить папу римского. По крайней мере, так было сказано в телексе, который я получил.

— Совершенно верно. К нам перебежал русский чекист, утверждающий это, и у нас есть основания полагать, что он говорит правду.

— Какие-нибудь детали?

— Боюсь, никаких. По-моему, меня прислали сюда находиться рядом с вами до тех пор, пока кто-нибудь не придумает, что делать. Лично мне кажется, что покушение может состояться в следующую среду.

— Во время еженедельного появления папы римского на площади Святого Петра?

Джек кивнул.

— Да.

Машина ехала по шоссе, ведущему из аэропорта в Рим. Окружающая местность показалась Райану странной, и ему потребовалось какое-то время, чтобы понять, почему. Наконец до него дошло. Скаты крыш были другие — более пологие чем те, к каким он привык. Вероятно, зимой здесь почти не бывает снега. Выкрашенные в белый цвет, чтобы отражать жар итальянского солнца, дома напоминали кубики сахара. Что ж, в каждой стране своя непохожая архитектура.

— Значит, в среду, да?

— Да. Кроме того, мы будем искать некоего Бориса Строкова, полковника болгарской разведки «Държавна сигурност». Судя по рассказам, профессиональный убийца.

Шарп сосредоточенно следил за дорогой.

— Фамилия мне знакома. Не он ли считается причастным к убийству Георгия Маркова?

— Он самый. Скотленд-Ярд должен был прислать его фотографии.

— Курьер прилетел одним с вами рейсом, — доложил Шарп. — Просто он поехал в город другой дорогой.

— Есть какие-нибудь мысли по поводу того, что, черт побери, нам делать?

— Мы разместим вас в посольстве — если точнее, в моей резиденции, это в двух кварталах. Там довольно прилично. Затем вас отвезут на площадь Святого Петра, чтобы вы осмотрелись и прочувствовали обстановку. Я неоднократно бывал в музеях Ватикана — собраниями произведений искусств они могут поспорить с королевскими — но работать там мне не приходилось. Вы уже бывали в Риме?

— Нет.

— Что ж, в таком случае, давайте я быстро провезу вас по городу, чтобы вы получили первое впечатление.

Рим показался Райану поразительно неупорядоченным местом — впрочем, то же самое можно было сказать и про улицы Лондона, в котором отцы города, судя по всему, не состояли в законном браке с матерями города. А Рим был старше на добрую тысячу лет; город строился в те времена, когда самым быстрым средством передвижения были лошади, а в реальной жизни они скачут гораздо медленнее, чем в вестернах Джона Форда. Практически ни одной прямой улицы, а посреди — извилистая лента реки. Райану все вокруг казалось старым — нет, не старым, а древним, таким, словно по этим улицам бродили еще динозавры. Разумеется, было достаточно трудно увязать это с потоком автомобилей.

— А это амфитеатр Флавиев. Его называют Колизеем, потому что император Нерон воздвиг свою огромную статую прямо вот здесь, — Шарп махнул рукой, — и стадион стали называть по этой статуе, к большому недовольству семейства Флавиев, которые построили его на средства, вырученные во время Иудейского восстания, о котором писал древнеримский историк Иосиф Флавий.

Джек видел величественное сооружение на фотографиях и по телевизору, однако это было совсем не то, что проезжать мимо него. Стадион построили люди, не имевшие в своем распоряжении ничего кроме силы собственных мускулов и самых примитивных приспособлений. Своей формой Колизей на удивление напоминал стадион «Янкиз» в Нью-Йорке. Однако на арене в Бронксе Малыш Рут и другие знаменитые бейсболисты не выпускали своим противникам внутренности. А этот амфитеатр в свое время повидал немало крови.

Райан не выдержал:

— Знаете, если когда-нибудь создадут машину времени, наверное, я постараюсь вернуться сюда, чтобы своими глазами посмотреть на бои гладиаторов. Из этого следует, что я варвар?

— Для древних римлян это было чем-то вроде регби, — усмехнулся Шарп. — Сейчас на смену пришел футбол, современная игра настоящих мужчин.

— Европейский футбол — игра кисейных барышень, — презрительно фыркнул Райан.

— А вы и впрямь варвар, сэр Джон. Футбол, — назидательным тоном объяснил Шарп, — это благородная игра, в которую играют головорезы, в то время как регби — это игра головорезов, в которую играют благородные джентльмены.

— Приходится верить вам на слово. А мне сейчас до смерти хочется увидеть свежий номер «Интернешнл геральд трибюн». Моя любимая команда вышла в финал Мировой серии по бейсболу, а я даже не знаю, как она себя показывает.

— Бейсбол? А, вы имели в виду раундерс. Да, игра кисейных барышень, — объявил Шарп.

— Все это мне уже приходилось слышать. Вы, англичане, ни черта не понимаете в бейсболе.