Кошмар на Полынной улице - Дарья Буданцева

Пока Генри пытал старика различными расспросами, Бенни поковырял пальцем пустой карман, глянул на пустой стакан пива, вспомнил о скорой плате за комнатушку с клопами и скороговоркой выпалил:

– Я согласен на сделку.

Все взоры обратились к нему. Бескровные губы старика растянулись в улыбке, и сам он как будто воспрянул духом.

– Вот молодец, парень! – он довольно стукнул ладонью по столешнице. – Считай, сокровища уже наполовину в твоих руках, осталось лишь…

– Погодите-ка, – встрял Генри, внезапно переменившись в лице. – Это что же, все богатства Бенни уйдут? Друг, а не забыл ли ты, сколько на тебе долгов?

Бенни пристыженно втянул шею в плечи.

«Забудешь тут, как же», – подумал он.

– Я так сразу был готов! – обиженно насупился Рэм. – Мне мертвяков копать – привычное дело.

– Так не пойдет, Бенни, – цокал языком Генри, словно журя шкодливое дитя. – С друзьями нужно делиться.

Друзья надвигались, словно три грозные тучи – того и гляди над головой гроза разразится и поджарит до уголька. Бенни с вызовом посмотрел на них и ответил:

– Ну так идемте со мной на кладбище! Вместе и копать легче…

Нависшие тучи начали отползать в сторону, лица друзей смягчились и подобрели. Генри еще раз хлопнул Бенни по плечу.

– Тогда разделим сокровище поровну, – заключил друг, и все молча согласились. Затем он обратился к старику: – Так что же, по рукам, значит?

– По рукам, – кивнул незнакомец. – Принесете мне кости до полуночи – богатства ваши. Буду ждать вас на этом же месте…

Закадычные друзья скрепили сделку крепким рукопожатием и вышли из-за стола. Вечно бедные, вечно голодные, они готовы были и на такой пустяк, покуда деньги сами шли в руки.

И пускай Канун вовсю распахивал перед ними двери, никакая нечисть не могла остановить жаждущего разбогатеть кокни [3]. А уж изрядно выпивший кокни опасен вдвойне.

Глава 2

На погосте было тихо, как и положено. Никаких разгуливающих в темноте призраков, восставших из могил мертвецов или чертей, скачущих по надгробиям. Однако сердце Бенни сжималось от тревожного чувства: что-то чудно́е творилось этим вечером, и это было не к добру.

Темнота стояла непроглядная. Ветер гонял по земле прелую листву, шелестел у самого уха, как будто смеялся над нелепой затеей. Пару раз Бенни спотыкался – о корягу и край каменной могильной плиты, – и Терри пугал его, что это мертвые хватают за ноги.

– Хорош Бенни пугать, какому мертвяку он сдался? – поспорил Рэм, снова отвесив Терри затрещину. – Сам-то вон трясешься весь от страха!

– Умолкните оба, – шикнул на них Генри. – Не то, не приведи Господи, смотрителя разбудите. И тогда мало не покажется никому.

Спор превратился в шипящие перешептывания и взаимные тычки в бок. Когда луна ненадолго вышла из-за чернильных туч, Бенни заприметил на одной из недавно закопанных могил воткнутую в землю лопату. Он вытащил ее и покрутил в руке, осмотревшись в поисках нужного надгробия.

Вчетвером они двигались по дорожке, изучая впотьмах чужие имена. Рэм громко сморкался, Терри насвистывал под нос мотивы неприличной песенки из паба, а Генри едва слышно ругался, сетуя на трудную жизнь, что привела их на кладбище. Задумавшись о своем, Бенни снова на что-то напоролся да как рухнул плашмя, чуть не набрав ртом землицы! Он поднял голову и с удивлением прочел в свете луны выгравированное на плите перед собой имя: Кларенс Блэкторн. Готические буквы почти заросли мхом, даты жизни и смерти укрывала лиана сухого и хрусткого плюща. С барельефа над именем усопшего на Бенни недобро глазел скалящийся череп с костями.

– Кажись, нашел, – окликнул Бенни друзей.

– М-да, нечасто, видать, родные могилку посещают, – усмехнулся Генри и подал Бенни руку, чтобы помочь тому встать. – Ну что, сначала молитву прочтем или решим-таки, кому копать? Лопата-то у нас одна.

Друзья задумались и многозначительно воззрились на Бенни, стоящего с лопатой в руках. Он тут же почуял заговор против себя.

– Почему сразу я?! Раз хотите сокровища разделить, то и копать нам поровну.

– Негоже как-то инструменту руку менять, – покачал головой Рэм и осклабился, шутливо пихнув Генри в бок. – Примета, говорят, плохая.

– И правда, – вздохнул Генри с напускным огорчением.

Терри тоже в стороне не остался и яростно закивал в согласии.

«Предатель».

Даже вороны в ветвях деревьев хрипло закаркали, точно засмеялись. Бенни со злобой посмотрел на друзей, после чего сжал лопату покрепче и с остервенением всадил ее в землю.

«Чтоб вас дьявол к рукам прибрал!» – поносил он друзей мысленно, но вслух ворчать не решался. Как-никак земля святая, духу не хватало Господа гневить.

Ночной холод подмораживал Бенни руки, пальцев он уж и вовсе не чувствовал. Горка земли рядом с могилой росла очень медленно, и друзья, подначивая друг друга, не забывали отпустить какую-нибудь едкость вместо того, чтобы помочь.

– Эдак мы до Рождества тут проторчим, – подгонял Рэм, но Бенни молчал, угрюмо набрасывая землицу сбоку.

– Сейчас мистер Эйкерс, смотритель, пойдет на обход, спустит на нас двух своих псов, и те ка-а-ак вопьются нам в задницы! – продолжал Генри, но Бенни по-прежнему молчал.

– С каждой минутой я всё сильнее ощущаю, как сокровища уплывают у нас из рук, – плаксивым тоном стал упрекать Терри, и Бенни вскипел: бросил комья земли прямо в ноющего друга.

Копнув еще раз, да поглубже, Бенни почувствовал, как лопата уперлась в нечто твердое. Друзья подсобрались и, обнадеженные, бросились к разрытой яме и принялись высматривать, до чего там докопался Бенни. Через пару-тройку бросков лопатой показался старый, поеденный жучками деревянный гроб.

– Открывай, – с придыханием попросил Генри сверху, присев у ямы на четвереньки.

– Нет уж, – с обидой буркнул Бенни и закинул лопату наверх. – На сей раз сам давай! Больше меня никто не заставит!

Он начал выкарабкиваться из могилы. Почва была такая неподатливая, скользкая, что рука или нога то и дело норовили соскользнуть со стенки ямы. Генри протянул ладонь, Бенни ухватился за нее, слегка расслабился в ожидании, что его с силой вытянут из могилы, как вдруг крепкое рукопожатие разорвалось, будто нарочно, и Бенни со спертым выдохом отправился в недолгий полет обратно, в яму. Он больно ударился о крышку гроба и с треском проломил ее. Улегшись по ширине гроба, Бенни застонал.

– Эй, ты там живой? – обеспокоенно поинтересовался