Чума не приходит одна - Александра Гриндер

Джонатан коротко рассказал о положении дел в центральной Индии и поспешил с дочерью дальше. Через час ее самолет вылетал в Англию, для подробных интервью у них не было времени.

В здании вокзала Джонатан огляделся, кого-то ища глазами.

– Мистер Сторм! – вдруг закричал кто-то из толпы. Смуглый человек в полицейской форме с приятной улыбкой пробирался к Джонатану и Кейси.

– Ранжит Сорронг! Вот и вы наконец! – радостно приветствовал его Джонатан. – А я уж думал, вы про нас забыли!

Молодой человек сделал шутливо-обидчивую мину:

– Ну как вы могли подумать, что я забуду о свидании с вашей очаровательной дочерью?!

Джонатан приветливо похлопал парня по плечу, от чего тот изобразил, будто у него начался приступ кашля.

Кейси знала, что оба мужчины только дурачатся, но сама сейчас к шуткам была не расположена.

Ранжит, заметив это, тут же стал серьезным.

– Извините, мисс, – сказал он и слегка поклонился. – Но после этих напряженных недель было приятно встретить такого человека, как ваш отец. Он напоминает мне скалу среди бушующего моря, которая будет стоять, даже когда весь остальной мир покатится в тартарары.

– Что, плохи дела? – спросил Джонатан.

Молодой индиец кивнул:

– В больницы Дели поступили первые жертвы эпидемии. Беженцы из бедных регионов завезли чуму в столицу. Поэтому-то я немного опоздал. Служба безопасности на вокзале должна действовать строже, чем до сих пор, и я давал сотрудникам новые инструкции.

– Очень любезно с вашей стороны, что вы все-таки нашли время, чтобы проводить мою дочь в аэропорт, – сказал Джонатан. – Я этим же поездом вернусь назад в Бхопал, дела в госпитале не ждут. Вы принесли медикаменты?

Ранжит пожал плечами, как бы извиняясь, и подал кому-то сзади знак рукой. Подошел другой полицейский и передал Джонатану коробку.

– Вот и все антибиотики, которые мне удалось достать, – сказал смущенно Ранжит, увидев разочарованное лицо Джонатана. – Даже тут, в Дели, проблемы с медикаментами. Цены на антибиотики подскочили. Какие-то преступники наживаются на чужом горе и нарочно прячут лекарства, чтобы взвинтить цены.

– Ну, спасибо и на этом, – проговорил Джонатан, затем повернулся к дочери, по-отечески ее обнял и крепко прижал к себе. – Когда все закончится, мы увидимся в Англии.

Кейси молча кивнула и постаралась не подать виду, что вот-вот расплачется.

– До свидания, папа, – проговорила она сдержанно. Джонатан быстро отвернулся от дочери и вновь исчез в людском водовороте.

– Ваш отец – удивительный человек, – уважительно сказал Ранжит, глядя Джонатану вслед. – Он жертвует собой ради моих соотечественников. Да сохранят его боги!

* * *

Они поехали на полицейском джипе в аэропорт. Багажа у Кейси не было – лишь небольшая дорожная сумка. В Англии у нее был приличный счет в банке, который когда-то давно открыли для нее родители. Девушка решила, что все, что нужно, она купит в Лондоне.

Ранжит выехал на джипе прямо на летное поле. Охранникам аэропорта он показал свое удостоверение инспектора криминальной полиции, и те тут же пропустили машину.

Перед трапом молодой человек остановил автомобиль.

– Спасибо, что довезли меня прямо до самолета, – сказала Кейси и убрала белокурую прядь со лба.

– Для меня честь услужить вам, – сказал Ранжит. – Ваши родители всегда ощущали свою связь с Индией, и моя страна многим обязана им. Вашему отцу – за работу врачом, а вашей матери – за то, что она нашла художественные ценности, которые уже считались утраченными.

При упоминании о матери Кейси опять почувствовала, как грусть заполняет ее душу.

– Мне жаль, что мне не удалось до конца расследовать трагическую авиакатастрофу, во время которой два года назад погибла ваша мать, – сказал прочувственно Ранжит.

Кейси насторожилась.

– Разве авиакатастрофа не была несчастным случаем? – удивленно спросила она. – Что там расследовать?

– Сначала все действительно выглядело как катастрофа, – признался инспектор с некоторыми колебаниями. – Но… когда я лично осмотрел место падения самолета, то у меня возникли кое-какие сомнения. Ваш отец попросил меня тогда разобраться во всем. Вероятно, у него тоже были какие-то подозрения.

Кейси была поражена.

– Отец никогда не рассказывал мне об этом! – воскликнула она.

Ранжит ободряюще улыбнулся ей.

– Наверное, он просто не хотел, чтобы вы понапрасну волновались, – сказал он. – Ведь в конце концов не было доказано, что катастрофа была подстроена.

Девушка пришла в смятение.

– Вы что же, думаете, что мою мать кто-то преднамеренно убил? – спросила она, все еще не веря этому предположению.

Инспектор нерешительно пожал плечами.

– Прямых доказательств нет, – проговорил он. – С моей точки зрения, одномоторный самолет, в котором летела ваша мать, упал в результате саботажа. Но катастрофа произошла в той части страны, в которой я не вправе был давать указания, и поэтому провести более тщательное расследование мне не удалось.

Кейси закусила губу и замолчала.

– Но сейчас вам нужно подняться на борт самолета, – напомнил Ранжит девушке. – Он должен отлететь через несколько минут.

Глубоко погруженная в свои мысли, Кейси взяла дорожную сумку с заднего сиденья и вышла из джипа. Ранжит осторожно взял ее за руку:

– Мне очень жаль, что я так расстроил вас перед отлетом. Ваша мать всегда боролась за правду и справедливость. У меня для вас есть одна вещь, которую вы, наверное, захотите взять с собой.

С этими словами он достал из нагрудного кармана формы какой-то маленький предмет и с многозначительным взглядом протянул его девушке.

– Это я нашел среди обломков самолета, на котором разбилась ваша мама, – сказал он. – Странно, но на этой вещи не было никаких следов горения. Кто-то, вероятно, положил ее потом среди обгоревших обломков. Возможно, это «фирменный знак» убийцы, а может быть, и что-то вроде жертвоприношения жителей деревни, рядом с которой упал самолет. Я посчитал, что будет лучше, если этот талисман будет у вас.

Произнеся это, Ранжит отвернулся от молчавшей девушки, сел в джип и уехал.

Какое-то время Кейси еще смотрела ему вслед, а затем взглянула на странный амулет, лежащий у нее на ладони. Он изображал танцующего бога Шиву. Но вместо традиционных четырех рук у этой фигурки было лишь три руки. А вместо четвертой торчала короткая культя. Было такое впечатление, что кто-то отрубил Шиве четвертую руку. «Какая странная вещица», – подумала девушка.