Сестра - Луиза Дженсен

Это один из тех редких февральских дней, которые могут сойти за апрельские: голубое небо и похожие на вату облака. Золотистое солнце льется сквозь окно кафе, создавая ощущение, что на улице теплее, чем на самом деле. Я стряхиваю с себя пальто. Мне повезло: удается найти столик у окна. В воскресенье кафе кишит папашами, которые, закатав рукава, вынимают из колясок хнычущих карапузов. Парочки сидят, уставившись в глаза друг другу, не обращая внимания на то, что делается вокруг. Две девчонки-подростка обсуждают, кого на самом деле любит Ник.

Я препарирую кекс, а в моей чашке с горячим шоколадом тают сливки. Желудок тревожно сжимается. Благоухание свежемолотого кофе давит.

Не могу до конца поверить, что мы вышли на Пола Лоусона, – вернее, нашли того, кто его знает. Электронное сообщение Анны было лаконичным, но она согласилась со мной встретиться, ответить на мои вопросы, чтобы и я по мере возможности ответила на ее.

Мой телефон звонит – неизвестный номер. Отвечая на звонок, я молю Бога, чтобы это была не Анна, отменяющая встречу. В трубке слышится звук дыхания, слышатся помехи, а потом все стихает.

Звонит колокольчик – это распахивается входная дверь кафе. Я стремительно оборачиваюсь, но это мужчина, и я стараюсь подавить разочарование. Пока что она опаздывает всего на пять минут. Но к двенадцати двадцати мой шоколад уже остыл, и я искромсала кекс в такую труху, что Гензелю и Гретель хватило бы крошек, чтобы найти дорогу в Страну вечного детства.

Телефон вибрирует, скользя по деревянному столу. Пришло еще одно эсэмэс от Дэна. Он не хотел, чтобы я шла одна. Выдаю ответ: «Со мной все в порядке, она еще не пришла», – и как раз в тот момент, как мой палец нажимает «отправить», на экран телефона ложится чья-то тень.

– Грейс? – звучит мягкий голос. В нем улавливается акцент. Северный, как мне кажется, но я не уверена. Я киваю. – Я так и подумала, вы здесь единственная с рыжими волосами.

– Анна. – Мой голос кажется мне слабым и тонким. Я тру ладонь о джинсы, прежде чем пожать ей руку. Длинные пальцы сжимают мою кисть. – Спасибо, что пришли. Надеюсь, вам не пришлось далеко ехать?

– Нет. – Анна сбрасывает бледно-розовый кожаный жакет, который кажется мне идеальным, и вешает его на спинку стула. Разглаживает юбку на узких бедрах, и я решаю начать с понедельника новую диету.

– Хотите еще одну? – Она кивает в сторону моей кружки. Я качаю головой, подхватываю кошелек и начинаю вставать.

– Не беспокойтесь. – Она жестом велит мне садиться и пробирается к хвосту очереди. Блестящие светлые волосы колышутся у нее за спиной.

Я наблюдаю за ней, задумчиво раздирая стопку салфеток на столе. Я ожидала увидеть кого-то постарше, кого-то возраста Пола, а не мою сверстницу. Кто она? Я копаюсь в горке нарванной бумаги, как будто могу найти погребенные в ее середине ответы.

– Это заняло целую вечность. – Анна ставит на стол свой «американо». Чашечка качается на блюдце, но она не проливает ни капли. Никакого кекса. Размер у нее, вероятно, не больше восьмого. Должно быть, она никогда не ест углеводов, да и вообще никогда ничего не ест. Я сметаю крошки от кекса на пол вместе с завистью.

– Не стоит приходить сюда, если спешишь, но зато знаешь, что здесь можно получить.

– Сильно завышенные цены?

– Я имела в виду хороший кекс, но насчет цен вы тоже правы. Я работала в этом кафе, когда заканчивала среднюю школу. Неполный рабочий день, – лепечу я зачем-то. – Не сказать, что у нас тут, в деревне, большой выбор.