Единственный, кто знает - Патрик Бовен

По одной из них и спускалась сейчас Хлоя. Велосипед катился под уклон сам по себе, она же, прикрыв глаза, с удовольствием подставила лицо лучам солнца. Внезапно резкий звук автомобильного сигнала вырвал ее из блаженной расслабленности: сама того не замечая, она едва не выехала наперерез небольшому грузовику.

— Hola!

Хлоя резко повернула руль, желая остановиться. Она не услышала шум мотора из-за музыки в наушниках. Хлоя стянула их и сунула в карман. Ей нравилась музыка, но не настолько, чтобы ради нее так по-дурацки умереть.

Смертей в ее семье и без того хватало.

Она поехала дальше, сделав извиняющийся жест в сторону грузовика. Над ее головой пролетела чайка, подгоняемая ветром. В воздухе пахло свежестью. Хлоя позволила ветру обдувать ее щеки и трепать пряди волос, выкрашенные в разные цвета. Спустя какое-то время она поняла, что проголодалась.

Она свернула направо, на Боат-Каньон-драйв, и остановила велосипед возле булочной.

На вывеске красовалась надпись: «Французская булочная Жана. Лучшие круассаны в городе!» — на французском и английском языках.

В те времена, когда у Хлои еще была полноценная семья, они все вместе часто бывали здесь. И каждый раз этот самый Жан или ворчал, или откровенно хамил. Это вызывало у Хлои даже не столько раздражение, сколько любопытство: она постоянно спрашивала себя, все французы такие или этот экземпляр — исключение из правил.

Она натянула на голову шерстяной шлем с прорезями для глаз, который купила специально, и вошла в магазин. Жан обслуживал клиентов. Она подкралась к корзине со свежими круассанами, стоявшей на прилавке, схватила две булочки и бросилась бежать.

Спустя несколько секунд вслед ей понеслись гневные вопли.

Хлоя сунула круассаны под куртку, вскочила на велосипед и изо всех сил закрутила педали.

Жан выскочил на улицу, потрясая кулаками:

— Хлоя! Паршивая мелкая воровка! Я прекрасно знаю, что это ты!

Она помчалась еще быстрей.

— Вернись сейчас же! Предупреждаю — на этот раз ты так дешево не отделаешься! Я вызову полицию!

Но лицо Хлои оставалось безмятежным. Она свернула за угол. Теперь вопли Жана уже были не слышны. Хлоя стянула шлем и поехала в сторону пляжа.

Вскоре она снизила скорость.

Вот уже в третий раз она воровала круассаны из булочной. Почему? Она и сама этого не знала толком. Сейчас она испытывала даже разочарование. Ей хотелось этим рискованным поступком слегка прибавить себе позитивного настроя, а получилось наоборот.

Она остановилась на перекрестке Пасифик-Коаст-хайвей. За спиной у нее поднимались холмы Лагуна-Бич с их роскошными особняками, внизу набегали на песчаный берег волны Тихого океана. Некоторое время Хлоя наблюдала за молодежной компанией: кто-то катался на сёрферных досках, другие разводили костер. Еще одна вечеринка на пляже…

Когда-то она была счастлива.

Но сегодня не испытывала вообще ничего.

Только огромную пустоту, сходную с ощущением огромной дыры в груди.

Она слезла с велосипеда и оставила его у деревянной ограды небольшого торгового центра. Затем направилась в магазин, торгующий телевизорами, и, войдя, остановилась перед огромным плазменным экраном, на котором шло какое-то дебильное шоу.

Через пару секунд стоящий за стойкой продавец, подняв глаза от каталога заказов, спросил:

— Могу я чем-нибудь помочь?

— Нет.

Но он продолжал на нее смотреть.

— Ты разве не должна быть в школе?

— Сейчас весенние каникулы.

— Сколько тебе лет?

— Тринадцать.

— Вообще-то сейчас каникулы только у студентов.

Продавец внимательнее посмотрел на нее, прищурившись:

— Погоди-ка, я тебя знаю…

— Что?

— Ты воровка! Другие продавцы мне про тебя рассказывали!

Он выскочил из-за стойки в тот самый момент, когда в магазин вошла пара посетителей. Они хотели о чем-то спросить, но продавец предостерегающе поднял палец.

— Ну-ка, стой! — резко сказал он Хлое.

Она бросилась к двери.

Продавец устремился за ней.

Хлоя помчалась по тротуару в сторону пляжа, но преследователь без труда ее нагнал:

— Что ты стащила, а? Я уверен, ты взяла что-то в моем магазине!

— Вы с ума сошли! Я ничего не брала!

Продавец занес руку для удара.

В этот момент у него за спиной выросла чья-то тень.

— Я на вашем месте не стал бы этого делать.

Ноги продавца оторвались от земли. Он испустил полузадушенный вопль, судорожно изворачиваясь, чтобы разглядеть обидчика.

Это был высокий худой мужчина в черном костюме. Он без труда держал продавца над землей на вытянутой руке. Рядом стоял его напарник, человек совершенно противоположных пропорций: невысокий и круглый, весом как минимум сто двадцать килограммов.

— Эй, парни, вы вообще кто такие? — завопил продавец, по-прежнему висевший в пустоте.

— О, черт! — выдохнула Хлоя. — Микадо и Брауни!

Двое мужчин даже не шелохнулись.

— Ты их знаешь? — с трудом произнес продавец. — Черт! Скажи им, чтобы меня отпустили!

Низенький толстяк вынул из-под пиджака нож с длинным, сантиметров тридцать, лезвием и сунул его между ног продавца.

— Вы и в самом деле хотите, чтобы вас отпустили?

Гигант хихикнул. Продавец побледнел.

— Ладно-ладно, — проговорила Хлоя. — Хватит.

Мужчины в костюмах переглянулись, потом гигант выпустил продавца, который предпочел поспешно удалиться, не вступая в дальнейшие дискуссии.

Хлоя посмотрела ему вслед.

Толстяк шутливым жестом нацелил свой нож на нее:

— Вообще-то ты должна быть в школе.

— Именно, — кивнул гигант. — На уроке.

— Большой Па будет в ярости.

Хлоя пожала плечами. Один мужчина принес ее велосипед, другой, распахнув перед ней дверцу машины, сказал:

— Залезай.