Маша из дикого леса - Дмитрий Александрович Видинеев

– А вообще, – продолжил Мертвец, словно разговаривая сам с собой, – зайцев нужно есть, а не в землю закапывать. Интересно, какие они на вкус? Ни разу не пробовал. Уверен, что вкусные. Чёрт возьми, сколько мяса теперь даром сгниёт. Глупо. Хотя, что ещё ожидать от неразумной девчонки? Верно, я говорю, Мурка? Конечно, верно, уж ты-то никогда от мяса не отказывалась…

– Я не хотела его убивать! – резко прервала его Маша. – Ни капельки не хотела!

– Уверена? – усмехнулся Мертвец. – Ты просто плохо ещё знаешь саму себя. Ту, кем стала.

– Я не понимаю. Всё было хорошо, а потом вдруг… Что произошло?

Мертвец не спеша снял с живота Мурку, уселся по-турецки, и наконец-то удостоил Машу взглядом.

– Что произошло? Видишь ли, малявка, у тебя теперь новые потребности. Жизненная сила. Ты должна её забирать у других существ. Иначе… Как бы лучше выразиться, – он поглядел на небо, словно надеясь среди облаков найти подходящие слова. – В общем, хреново тебе будет, вот. Завянешь, как цветок без воды или спятишь.

– Но я всего этого не хотела, не просила! – возмутилась Маша, указав пальцем на могилку.

– А кто сказал «да»? – парировал Мертвец.

– Но я же не знала.

– Знала, не знала… Смирись. В любом случае, дороги назад нет.

Маша нахмурила брови.

– Это нечестно.

Мертвец посмотрел на неё с недоумением.

– Не понимаю, мелкая, что тебя не устраивает? Зайца жалко? О себе думай. Его жизненная сила на два-три дня даст тебе возможность ощущать мир по-иному. Ты ведь уже знаешь, что это такое, узнала, проснувшись сегодня утром. И тебе это очень понравилось. А самое интересное ещё впереди. Подожди, потерпи немного и поймёшь, о чём я, – он всплеснул руками. – Зайца она пожалела, ну надо же, какая сердобольная! Придёт время, и у людей будешь силу забирать. И поверь, тебе это понравится.

«И я стану совсем как Грыжа», – сделала печальный вывод Маша. Такая перспектива вызвала у неё омерзение. Она не могла поверить, что Луна – добрая заботливая подруга – «наградила» её таким даром. Забирать жизненную силу? Губить зверушек и людей? Да какой же это дар? Это проклятие какое-то!

Мертвец заметил в её глазах разочарование.

– Не обязательно никого убивать, – в его голосе впервые появились участливые нотки. – Жизненную силу ведь не всю можно забирать.

– Правда? – оживилась Маша.

– Правда, малявка, правда. Тебе просто нужно будет научиться сдерживать себя.

Маша бросила взгляд на могилку. Сдерживать себя? С этим зайцем всё само собой получилось. Словно что-то злое и голодное внутри неё заставило убить зверушку. Неужели можно стать сильнее этого голодного и злого?

– Ты будешь учиться на своих ошибках, – сказал Мертвец. – Остаётся только надеяться, что ты не слишком глупа для этого, в чём я лично сомневаюсь.

– Я научусь! – твёрдо заверила Маша.

– Поживём – увидим. В смысле, ты поживёшь – увидишь, а мы с Муркой просто увидим.

Настроение у Маши улучшилось. Как выяснилось, всё не так ужасно, как казалось. Она дала себе зарок, что больше не убьёт ни одно живое существо – ну разве что на козявку нечаянно наступит, или комара прихлопнет. Будет изо всех сил бороться со своей злой половинкой.

– Я гляжу, ты успокоилась, – оценил её состояние Мертвец. – Вот и ладушки. Вопросы будешь задавать?

Маша задумалась.

– А куда ты пропадаешь и откуда появляешься? А почему ты мне помогаешь? И почему вы с Муркой мёртвые, но живые? И почему…

– Стоп, стоп! – Мертвецу поднял руки, словно сдаваясь. – Прорвало плотину, надо же! Это не правильные вопросы, и отвечать я на них не буду.

– Почему?

– По кочану, почемучка. Эти вопросы к твоему становлению дела не имеют.

– А какие имеют?

– Поймёшь, когда я на них отвечу, – он осознал, что только что именно это и сделал: ответил на вопрос. И разозлился: – Ну всё, не донимай меня, козявка!

Уголки губ Маши поползли вверх – она получила странное удовольствие от того, что удалось вывести из себя Мертвеца. Злорадство. Новое чувство. Теперь уже без грусти во взгляде она посмотрела на могилку, затем погладила Мурку и направилась в сторону деревни.

– А «до свидания» тебя говорить не учили? – проворчал Мертвец.

Маша решила не отвечать, и не оглядываться – маленькая месть за его вредность. Приближаясь к деревне, она вспомнила слова Мертвеца: «Самое интересное ещё впереди. Подожди, потерпи немного, и поймёшь, о чём я…» А о чём он? О новом даре Луны? Маша теперь с опаской глядела на перемены в себе – вдруг случится что-то неожиданное, то, что случайно приведёт к беде? Не нужно расслабляться!

– Я буду осторожной, – пообещала она вслух, и добавила мысленно: «Я никогда не стану, как Грыжа! Никогда!»

* * *

Щебетали птицы, стрекотали насекомые, шелестела листва. Маша старалась не допускать, чтобы в голове возникали образы – в ближайшее время ей не хотелось никаких сюрпризов, да и мёртвая тушка зайца то и дело всплывала в памяти. Нет, пока лучше не пользоваться даром Луны.

Вернувшись в жилище, она поела сухарей и всерьёз задумалась: чем будет питаться, когда припасы закончатся? Их ведь совсем мало осталось. Вспомнились ехидные слова Мертвеца о том, что зайцев нужно есть, а не закапывать в землю. Маша брезгливо поморщилась – от одной этой мысли мерзко становилось. Она представила, как впивается зубами в мёртвую тушку, как тёплая кровь течёт по губам и подбородку. Фу! Пускай Мертвец, если хочет, ловит зайцев и поедает их, а она не будет! Ни за что!

Однако в голову осторожно прокрался предательский вопросик: «А какое на вкус это мясо?» Может, когда была совсем крохой, она и ела мясо – в чём сильно сомневалась, – но теперь об этом не помнила совершенно. Вкуснее ли оно картошки, хлеба, макарон?

Маша тряхнула головой, стараясь избавиться от этого любопытства. Мясо – это мёртвое животное, а она дала себе зарок не убивать зверушек.

Остаток дня и весь вечер Маша провела в лесу. Когда сгустились сумерки, услышала уханье совы и не выдержала, воспользовалась даром Луны. Как и прежде, картинка в сознании возникла чёткая: большая красивая птица с большими чарующими глазами. И никакой красной пелены, никакого помутнения рассудка. Мертвец обещал, что жизненной силы зайца хватит на два-три дня? Что ж, это немалый срок. Маша решила в течение этого времени быть просто осторожной, а потом глядеть в оба не расслабляясь ни на минуту. Справится ли с самой собой? Она была уверена, что да. И