Под палящим солнцем - Джейн Харпер

– Кэмерон у тебя его не просил?

– Ему и не надо было просить. Он мог просто его забрать. Но нет. Он не просил, и не забрал.

– Ясно. – Маккенна нахмурился. Казалось, он хотел сказать еще что-то, но в последний момент передумал. Вместо этого он повернулся к Нэйтану.

– А что насчет тебя? У тебя с оружием все по-прежнему?

– Да, – Нэйтан встретил его взгляд. – То же, что и в прошлый раз.

– Ну ладно, – сказал Маккенна. – Как Ильза?

Нэйтан почувствовал легкий укол, когда прозвучало ее имя.

– Не очень.

– А ваша мама?

– Тоже не очень.

– Ну да. Конечно. Передайте им, что я позвоню. А вы, парни… – Маккенна замялся, – Как у вас самих идут дела? Часто бывают проблемы в это время года. Давление со всех сторон. Вы сами в порядке?

Нэйтан знал, что он спрашивает. Не подумывает ли кто-нибудь еще из вас уйти в никуда?

– Думаю, мы в порядке, – ответил Нэйтан, так как остальные молчали. – Ну то есть насколько это сейчас вообще возможно.

– И вы знаете, что всегда можете позвонить мне или Стиву в клинику, просто поболтать или зачем угодно.

Они принужденно кивнули.

– Хорошо. – Маккенна поманил Нэйтана: – Пойдем со мной. У меня для вас есть кое-что в машине.

Нэйтан пошел вместе с Гленом вниз по склону к полицейской машине. Мужчина открыл бардачок. Выгреб горстку карточек.

– В случаях вроде этого я обязан вам их выдать.

Нэйтан взял карточки. На них были номера телефонов и адреса сайтов психологической помощи, помогающих предотвращать суицид, и благотворительных организаций.

Маккенна смотрел на него и чувствовал себя, очевидно, неловко.

– Что-нибудь еще? – спросил Нэйтан.

– Слушай, приятель. Я вовсе не хотел тебя задеть. По поводу сообщения про машину. И я знаю, что ты всегда объезжаешь город стороной…

– Угу. Да не то чтобы у меня и выбор был.

– Ну, это не совсем правда. Выбор у тебя есть. Ты мог бы все эти годы туда наведываться и нарываться на неприятности, но не стал, и я ценю это.

– Рад, что кто-то.

– И я знаю, ты говоришь, что уже привык, но сейчас, в свете всего этого, если почувствуешь, что все это чересчур и захочешь… – Маккенна умолк.

– Поступить так же, как Кэм?

– Ну да, сделать что-то в этом роде. Слушай, если тебе покажется, что дела плохи, ты же знаешь, что можешь приехать в город в любое время.

Нэйтан кивнул. Глен был хорошим парнем. То, что случилось, – не его вина, да и вообще ничья – кроме Нэйтана, – и Маккенна всегда судил настолько беспристрастно, насколько только мог. Это ой как непросто, когда ты – единственный коп. Он всегда и везде пользовался возможностью замолвить за Нэйтана словечко, старался навести мосты, и он не виноват, что это не работало.

– Спасибо, друг, – сказал Нэйтан. – Хотя мне и у себя неплохо.

– Я слышал, что твоя рация была выключена, когда начались поиски Кэмерона.

– И что?

– То, что мы уже об этом говорили.

Нэйтан не ответил.

– И это уже не первый раз.

– Не знал, что есть закон, который запрещает их выключать.

– Здесь это практически закон, и не надо умничать, – сказал Маккенна. – В любом случае ты должен не раздумывая ею воспользоваться, если понадобиться помощь.

– Угу. Хорошо.

Похоже, сказать было больше нечего, так что Нэйтан подождал, пока Маккенна сел в полицейскую машину и поехал. Он смотрел ему вслед, пока машина не превратилась в точку, а потом поднялся обратно на холм к остальным.

– Что это такое? – Ксандер смотрел на карточки у Нэйтана в руке, и он передал их. Баб закатил глаза.

Гарри смотрел на восток, с обычным своим выражением, застывшем маской на лице.

– Я хочу поехать домой по грунтовке. Остановиться по пути у могилы.

– Да там не на что смотреть, – сказал Баб.

– И все равно, – Гарри сунул карточку телефона доверия в карман – Нэйтан заметил.

Они все смотрели на машину Кэмерона.

– Кто хочет отвезти ее домой? – спросил Баб, все молчали.

– Мы на ней вернемся, – сказал Нэйтан и глянул на Ксандера, тот кивнул.

– Хорошо, – Гарри повернулся, чтобы спускаться к своей машине. – Держись ближе ко мне. На случай, если у Кэма все же были проблемы с двигателем.

– Так и сделаю. – Ясно было, что в эти проблемы не верил никто.

Когда Баб ушел вслед за Гарри, Нэйтан оторвал полицейскую ленту от двери машины Кэмерона и сел за руль. Водительское сидение было изношено, он подвигал его взад-вперед, пока не нашел удобное для себя расстояние до педалей. Ощущалось не вполне комфортно – вмятины и заломы сидения соответствовали более худому телу его брата. Нэйтан поправил зеркало заднего вида и увидел в нем свои собственные глаза. Они сильно напоминали глаза Кэма, достаточно, чтобы Нэйтану захотелось отвернулся.

– Гарри знал, где повернуть, – тихо прозвучал рядом голос Ксандера.

– Что?

– Он знал. – Ксандер кивнул на машину Гарри. – Когда мы ехали сюда. Он знал, в какую расщелину нырнуть, чтобы попасть к машине дяди Кэма.

– Потому что Баб сказал. Я сам слышал.

– Нет. Баб сказал уже после того, как Гарри начал поворачивать.

– Нет, – Нэйтан попытался представить, как это было. – Баб сказал раньше, разве нет?

Он тогда думал о своем и не обратил внимания.

– Гарри так и так знал, где машина. Ему рассказали.

– Я знаю, но мы с тобой тоже вчера знали и все равно проехали мимо, а мы ведь даже уже были там до этого с Бабом, и все равно свернули не в ту расщелину. Откуда Гарри знал, куда поворачивать?

– Оттуда, что он знает эту местность как свои пять пальцев. Никто не ориентируется здесь лучше него. Он мог и догадаться.

У подножия холма машина Гарри с ревом ожила. Нэйтан потряс головой и повернул ключ Кэмерона. Машина завелась безупречно, как и вчера. Медленно, не убирая ноги с тормоза, он поехал туда же, куда и Гарри с Бабом – в сторону могилы. Гарри держался ближе к забору, повторяя их вчерашний путь. По движению голов Нэйтан видел, что Гарри и Баб разговаривают.

– Он бы так и так понял, – повторил Нэйтан.

– Ну да, – проговорил наконец Ксандер, откинувшись назад. – Да, наверно. Извини. Просто это были очень странные два дня.

– Я знаю.

Машина Гарри начала ускоряться, и Нэйтан придавил педаль газа, чтобы от них не отстать. Головы впереди больше не двигались. Вероятно, Баб и Гарри сказали друг другу все, что хотели. Нэйтан заметил, что машина снова от них отрывается, и почувствовал легкое покалывание. Какое-то странное зудящее ощущение, едва заметное, от которого еще можно отмахнуться, но все равно раздражающее. Он велел себе прекратить. Это же дядя Гарри. Нэйтан знал этого человека в буквальном смысле всю свою жизнь. Если кто-то и умел читать ландшафт – то дядя Гарри, и абсолютно в порядке вещей, если он догадался.