Кошмар на Полынной улице - Дарья Буданцева

– Я могу сказать, что не верю в твой план?

– Да.

– Твой план – говно. Я не смогу прийти на помощь, если в момент провокации что-то пойдет не так.

– Главное, спаси Ангелину. С остальным разберемся позже, – Кора постаралась сохранить серьезное выражение лица, хотя губы у нее дрожали от напряжения.

Ярмарка веселья обладала специфичным вкусом. Она облачила рыжего призрака в огромные шаровары в горошек и прилепила клоунский нос. Но Гвидо пока не замечал перемен, высказывая свое недовольство.

– Чего ты хихикаешь? – возмутился он.

– А я и не замечала, как отлично мы дополняем друг друга. – С этими словами Кора натянула собственный монохромный колпак на голову напарника, щелкнула его по длинному носу и указала дорогу до главного шатра.

– Это уже слишком, – напоследок шипел Гвидо, растворяясь в тумане. – Надругательство какое-то…

Теперь следовало привлечь внимание обитателей ярмарки – от самого маленького циркача до главного похитителя детей. Это было слегка проблематично, так как Кора решила действовать в лоб, отталкиваясь от двух своих теорий. Первая – никто раньше подобного тому, что придумала смотрительница, не делал, а вторая – та, что вынудила ее пойти за покупками в «Детский мир». Требовалась вещь со вполне конкретным набором характеристик.

В наплечной сумке лежал большой сверток, и Кора все еще не верила, что правда собирается так поступить. Она вытащила этот сверток наружу, громко откашлялась, затем резко отвесила своей ноше жесткую оплеуху. Раздался реалистичный детский плач. Закутанный в ткань «реборн» даже начал шевелить пластиковыми ручками и ножками.

– Бесполезный ребенок! Как ты меня бесишь!

От Кориного крика зелень начала увядать.

– Я устала от тебя. Ты лишь мешаешься под ногами! Кусок мусора! Ненавижу!

Весь этот фальшивый мир вдруг потянулся к Коре, сгустился вокруг нее. Он внимал оскорблениям с нарастающей яростью. Даже ветер становился холоднее, прогоняя туман. Показались зловещие куклы с разбитыми лицами. Они щелкали челюстями, не отрывая от свертка глаз.

– Что уставились? – выпалила Кора. – Как хочу, так своего ребенка и воспитываю! Это мое дело!

Тени сгущались. Со всех сторон к смотрительнице ползли жуткие твари в звериных шкурах, в пестрых нарядах с блестками, и в их движениях угадывалось отчаянное желание растерзать незваную гостью. Но что-то их останавливало.

– Проваливайте, пока и вам не всыпала! А ты заткнись, мерзкая тварь! – очередной удар по кукле совпал с воцарившейся на поляне перед аттракционами тишиной. Из толпы существ, живущих на ярмарке, вышел Дружок-Ушастик.

В реальности он был еще страшнее. Из порванной черной пасти на землю сыпались стеклянные шарики и конфеты. Даже издалека Кора опознала «Гусиные лапки», а еще «Карабаса-Барабаса». Мягкое тело антропоморфного кролика странно двигалось, скрипело, суставы его гнулись в разные стороны, а от розовой в проплешинах шкуры исходили ледяные эманации ненависти. Хозяин Ярмарки Веселья остановился в метре от Коры; он был почти в два раза больше, чем тогда, на экране, и тело продолжало раздуваться.

Монстр указал загнутым когтем на рыдающего пупса.

Вот оно. Работает! Кора загнала поглубже нарастающую в душе дрожь.

Она оказалась права. Все-таки Дружок-Ушастик не стал игнорировать отвратительную сцену, явившись лично и притащив всю свою свиту.

– Хочешь этого паршивца? Попробуй отними!

Второй этап безумного плана. Кора бросилась бежать. Она планировала нырнуть через деревянный туннель обратно в общежитие, где можно было бы спокойно обороняться хоть от сотни противников, но дорога резко ушла в тупик. Реальность искажалась, подстраивалась под желания кролика.

Тогда Кора резко вильнула в сторону каруселей, перепрыгнула через ограждение и оказалась под чертовым колесом.

Кролик не отставал ни на шаг. Вдобавок со всех сторон лезли его подручные, требуя отдать ребенка.

– Еще чего! – запыхавшись, прохрипела смотрительница. Надо было следить за тем, чтобы игрушечный пупс не вывалился из пеленки. – Сначала я его как следует проучу!..

Они играли в догонялки так долго, что у Коры начали ныть ноги. Единственная причина, по которой ее еще не поймали, заключалась в слабости большинства преследователей. Даже демонический пес отступил, получив по морде резной тыквой. Но бесконечно это продолжаться не могло, оставался лишь один выход…

Ее загнали в тупик. Впереди была бездонная пропасть, будто часть земли решили отрезать кривыми ножницами. Туман срывался вниз хлопьями. Кора чувствовала, что даже силы света не способны будут восстановить ее после падения с такой высоты. Голова кружилась, дыхание рвало глотку. Чудовища подступали.

Их предводитель пришел первым, и, в отличие от живой девушки, он не выглядел ни уставшим, ни ослабевшим. Наоборот, эта короткая пробежка напитала его, раскрыла истинную форму.

Ничуть не похожее на человека существо с рыхлым туловищем и длинными, в пару метров, цепкими конечностями горой возвышалось над Корой. Это было жутко. Кора вновь отстраненно подумала, что может умереть – и никто из родных об этом даже не узнает. Она просто исчезнет, растворится в этом пластиковом кошмаре.

«Нашел девочку, она у меня!» – завибрировал гвоздь на шее голосом Гвидо.

Оставалось проверить, держит ли Дружок-Ушастик обещания. Кора отступала к самому краю, отдаляясь от когтей неповоротливого монстра. Он тянулся к игрушечному ребенку, не обращая внимания на вопли подручных, обнаруживших пропажу Ангелины.

– Хочешь защитить ребенка? Докажи! – приказала Кора, взмахнув пульсирующей от усталости рукой.

Кулек взлетел в воздух и так же красиво устремился вниз с края обрыва. Кролик заревел в отчаянии. Земля под его ногами треснула. Мощное тело собралось, напружинилось и ухнуло за ревущей куклой прямо в бездну, а за ним последовали остальные обитатели ярмарки. Кора едва успевала уворачиваться.

Возле вагончика с надписью «Комнота штраха» Кора обнаружила Гвидо, в одной руке держащего очередной кусок омерзительной сладкой червеваты, а в другой – отчаянно сопротивляющуюся девочку. Ангелина вопила сиреной, пытаясь выдрать полтергейсту волосы.

– Все в порядке. Мы отведем тебя к родителям, – хрипло пообещала смотрительница.

Но девчонка не унималась, даже когда все они оказались в безопасных стенах общаги номер 37. Столпившиеся вокруг призрачные постояльцы недоуменно переглядывались, пока Кора лежала на полу, переводя дух.

– Он не виноват. Ты злая, ты сделала ему больно, – простонала Ангелина после длительных уговоров. – Он просто забыл!

– Кто?

– Зайчик! Остальные мне рассказали, что ты их обижала, а так нельзя… Маленьких нельзя обижать!

– Нельзя, – согласилась Кора, почувствовав в словах спасенной девочки долю истины. – Что еще они тебе говорили?

– Он просто забыл, как надо правильно играть. Но остальные его все равно любят. Он спасает брошенных и ненужных.

– Брошенных? Вот как…

– Кора, да у соплюхи просто не все в