Стеклянные стены - Андрей Кузечкин

Спать пришлось в комнате на четыре койко-места. Хорошо хоть, никто не храпел и не пердел. Главное – никто не лез. Я спокойно закрылся одеялом с головой, как в детстве, и вылез в Интернет, благо сеть все-таки есть. Еще раз прочитал все, что уже нашел. Попытался отыскать что-то новое – с этим плохо.

С соседями по комнате говорить о чем-то бесполезно. Типичные сектанты с промытыми мозгами. На все мои вопросы либо хмурятся, либо загадочно улыбаются и что-то бубнят про эссенцию и восход. Надо искать таких, как Дима, недообработанных.

Небольшая зарядка на площадке. Персонал разбивается на небольшие группы, с каждой работает один наставник. Он показывает упражнения, мы повторяем. Угадайте, какой наставник достается нашей группе. Да-да, тот самый, лысый. Нарочно придумывал упражнения позаковыристее, думал, что я не справлюсь. Даже как-то неловко было его обламывать.

Потом – короткий утренний Резонанс.

После завтрака и блестящего выступления Никиты идем работать. Меня опять поставили грузчиком – видимо, это на все дни. Так и не узнаю, что в этих огромных коробках. Шальная мысль: а вдруг это действительно спектакль, и я тупо таскаю какой-нибудь мусор, который ради меня одного перекладывают из коробки в коробку?

Пытаюсь разговорить остальных насчет «Стеклорезов». За этим меня и застает лысый наставник и начинает на меня наседать:

– Что опять за разговорчики?

– Кто такие «Стеклорезы»? – спрашиваю я у него как ни в чем не бывало.

– Не твоего ума дело, пачкун! – Он толкает меня ладонью в грудь.

Приближаю свое лицо к его лицу и спокойно говорю, так тихо, чтобы слышал только он:

– Еще раз до меня дотронешься – твоя рука окажется у тебя же в жопе.

Он меняется в лице:

– Да ты!.. Ты у меня в карцер пойдешь!

– Да с удовольствием. Хоть твоей рожи видеть не буду. И вообще, я могу отсюда уйти, когда захочу.

– Да что ты говоришь!

– А щас увидишь…

Я обеими руками вцепляюсь в ворот комбинезона и рву ткань со смачным треском.

Грузчики смотрят на меня, рты разинув от священного ужаса.

– Вот! Я испортил униформу! Дисквалифицируйте меня!

Во дурак-то… что я делаю и зачем? Спокойно, Яник, спокойно. Тебе еще рано отсюда уходить. Но очень уж бесит лысая балда этого урода.

– Так, я все понял, – произносит наставник совсем другим, примиряющим тоном. – Ты устал с непривычки. Иди отдохни. Давай, шагом марш! – Он кивает в сторону выхода, уже не решаясь до меня дотронуться.

Что ж делать, иду. Мысленно готовлюсь к любому исходу событий. Хотя и догадываюсь, что меня не выгонят.

Наставник открывает для меня дверь в зону отдыха – небольшую комнату, где есть мягкие сиденья, бачок с водой и даже апельсины на тарелке. Надо же, какие удобства.

– Сиди здесь, – приказывает он и уходит.

Вскоре возвращается с иголкой и катушкой ниток:

– Сам зашьешь. А то ходи как оборванец, мне плевать.

Что и требовалось доказать. Я нарушил Правила, но выгонять меня никто не торопится.

– Все это не игра! – заявляю я наставнику.

Он глядит на меня, как сердобольная нянечка – на чересчур буйного пациента психушки. Лицемерный урод!