Проводник - Алексей Евгеньевич Михайлов

Мы молча поднялись на второй этаж. И только в прихожей, разуваясь, она, грустно улыбнувшись, спросила, указывая на нож:

— Все-таки маньячишь?

— Да нет, — улыбнулся я, обрадовавшись, что она еще не совсем раскисла, — просто э-э-э, в общем, ну, э-э-э-э, короче, на всякий случай взял, мало ли кто ко мне в дом ломится.

— Это да, — кивнула она и прошлепала на кухню.

По линолеуму за ней тянулся мокрый след.

— Послушай, может тебе сухую одежду дать?

— А у тебя есть?

— Ну, не знаю. Могу тельник предложить. Можно еще что-нибудь у тетки посмотреть. Я ничего еще не выбрасывал.

— Все-таки ты извращенец, — убежденно заявила она, — Ладно, давай посмотрим бабушкин гардероб.

— Я провел ее в спальню, где в шкафу по-прежнему покоились теткины вещи.

— Будешь пялиться? — как бы между прочим поинтересовалась она.

— Извини, — ответил я и ушел в зал.

Я поставил чайник. Надеюсь, я не влюблюсь в нее.

— Слушай, крикнул я, а ты кушать хочешь?

— А что есть? — раздался из спальни ее звонкий голос.

— Есть рыбный суп. Еще пельмени остались.

— Давай!

Я еще какое-то время стоял и соображал, что же именно она будет. Но потом решил подогреть суп и сварить пельмени. Пока я этим занимался, Кэт выбрала себе кое-какую одежду, сходила в душ и появилась заметно повеселевшей. На себя она натянула теплые шерстяные носки, голубые джинсы и синюю толстовку без капюшона с надписью «Библионочь».

— Остальное можно выкинуть, — заявила она, усаживаясь за стол, — там, правда пальтишко есть классное. Я его себе заберу, если ты не против…

— Конечно, забирай. Куда оно мне?

— Вообще-то у тебя бабуля продвинутая была.

— Она мне тетка.

— Ну, пусть, тетка, — согласилась Кэт, принимаясь за суп.

Я смотрел, как она с невероятным аппетитом поглощает суп. Затем пельмени. Закончив с едой, она вскочила и со словами «Я помою», принялась намывать посуду. Я в это время разливал по чашкам чай и думал, что у нас с ней все могло бы получиться.

— Слушай, а у тебя есть чего покрепче? — спросила она.

— А тебе сколько лет?

— Вообще-то, девятнадцать! Когда пускал меня в дом, не спрашивал, извращенец!

— Я тебе когда-нибудь вмажу! — заявил я ей. — Виски будешь?

— Виски? Круто, буду! Никогда не пробовала! И включи этого, как там его? Тома своего!

— А ты мне тогда расскажешь, что там у тебя случилось, — потребовал я.

— А ты мне тогда двойной со льдом! — согласилась она.

— Договорились!

Я пошел, поставил Вейтса. Разлил по стаканам виски. В бутылке оставалось еще немного. Я подумал и вылил всё. Достал из морозилки лед и закинул по несколько кубиков в каждый стакан. Я вообще-то не большой специалист в этом. В кино видел, как виски пьют. А сам я его впервые попробовал фактически три дня назад. У тетки. Бурбон. Мне понравилось. Когда вот так нальешь в стакан, а потом льда добавишь, то пить становится не так противно. Можно даже не закусывать. И пьянеешь как-то плавнее.

В общем, засели мы с Кэт на диван с этими стаканами. Поначалу она держалась. А потом разревелась. Ну, оно и понятно. Дело такое. Отчим бухает, пристает. Она уже всех подружек достала со своими проблемами. Неудобно постоянно проситься переночевать. Да и денег нет, чтобы до них добраться на другой конец города. Нужно такси брать. На улице спать тоже не вариант. Дождь. Увидела, что у меня телевизор работает, вот и решали попытать счастья.

«Похоже, что она также одинока, как и я», — подумал я.

— Я ведь после школы хотела в Москву поступить. Думала, свалю отсюда и никогда больше не вернусь! А не прошла по баллам. Конкурс очень высокий был. Хорошо, что хотя бы здесь поступила на бюджет. Но местным общагу не дают. Во время учебы я вместе с одногруппницами квартиру снимаю, но летом они разъезжаются, а одна я финансово не вытягиваю. А сейчас вообще без работы!

Чем дольше мы сидели, тем больше она откровенничала. Я, не зная, что тут можно сказать и как ее поддержать, молчал, изредка с прискорбным видом кивал головой, и потихоньку пьянел. Она тоже. Ну и как-то само-собой мы завалились вместе спать.

Пожалуйста, позвони мне, детка

— Доброе утро!

— Привет, — улыбнулась она.

Если улыбнулась, значит все хорошо. И хорошо, что проснулась практически сразу же со мной. Избавила меня от необходимости аккуратно и незаметно вылезать из-под ее руки.

— Ты как? — на всякий случай спросил я.

— Нормально, — ответила она, зевая, потягиваясь и поднимаясь с подушки одновременно.

— Завтракать будешь?

— Мы что, спали на старом бабушкином белье?! — внезапно воскликнула она. — Ну ты все-таки извращенец!

— Еще раз так меня назовешь, получишь! — предупредил я и слегка ущипнул ее за бок.

Она взвизгнула и продолжила менторским тоном:

— Хорошо-хорошо! Ты же ведь не воспользовался бедственным положением невинной молодой девушки. И состоянием ее алкогольного опьянения? Я буду звать тебя не извращенцем, а джентльменом!

— Эта молодая девушка была не так уж невинна!

— Ах так!!! — воскликнула она и принялась колотить меня подушкой.

— Ну, так что мы теперь с тобой будем делать? — спросил я, допивая свой чай.

— Ты о чем?

— Ну, какие у нас с тобой отношения?

— А, об этом! — сказала она с легким разочарованием. — Тут все просто. Ты, как истинный джентльмен, должен на мне жениться!

— Идея интересная, — сказал я, поддерживая слегка саркастическую интонацию Кэт и соответствующий тон беседы, — но требует дальнейшего обсуждения!

— И что же тебя в этом вопросе интересует? — серьезно спросила она.

— Ну, — начал тянуть я время, не до конца понимая, насколько серьезно она говорит и куда конкретно клонит, — надо выяснить, насколько мы подходим друг для друга в жизни до конца дней наших!

— Неплохо, — удовлетворенно кивнула она, — молодец! В таком случае из сложившейся ситуации только два выхода: либо заняться этим исследованием, либо прервать контакты.

— Есть еще один неплохой вариант, — заявил я, сощурив глаза и давая тем самым понять, что я все еще в игре.

— Какой же?

— Мы можем остаться любовниками!

— А я тебя недооценивала! — восхищенно сказал она. — Но в таком случае ты должен