Теперь ты ее видишь - Хэйди Перкс

– Я знаю. И я всегда убеждала ее оставить со мной Алису. Вот что делает всё намного хуже.

– Она теперь, наверно, думает, что не зря всё время была таким чертовым параноиком.

– Од, она не параноик!

– О, именно параноик. Несчастная женщина, измученная тревогами. Я начинала нервничать просто от разговора с ней.

– Она никогда не была настолько плоха, – вздохнула я. – Ты просто не знала ее, не хотела знать.

Я чувствовала, как Од пристально смотрит на меня, но не могла заставить себя взглянуть на нее в ответ.

– Я никогда не была ненавистницей Гарриет, – сказала она. – Ты знаешь это. Мне просто интересно, почему вы с ней так сблизились. Она очень отличается от нас.

Мне не хотелось сейчас в это вдаваться – как Гарриет искренне желала того, что было бы хорошо для меня, и как я могла рассказать ей о чем угодно. Как она никогда меня не осуждала. Но прямо сейчас я нуждалась в Одри и была благодарна ей за то, что она здесь.

– Гарриет, вероятно, сама этого не знает, но она захочет увидеть тебя снова.

– Нет. – Я коротко рассмеялась и покачала головой. – Я последний человек, который ей нужен, и я не могу винить ее в этом.

– Шарлотта. – Одри наклонилась через столешницу. – Ты не должна отказываться от попытки. Скажи мне честно, кто еще, по-твоему, поможет ей пройти через это?

Я оперлась на руки подбородком:

– Брайан? Видишь, как сильно он пытается защитить ее.

– Подруга потребуется ей так же, как и муж.

– Я знаю! – воскликнула я. – Неужели ты не видишь – я понимаю, что я ее единственная подруга. И это делает всё намного хуже. Чувство вины, которое я испытываю, потому что Гарриет оставила Алису со мной… – Я всхлипнула, прижимая руку к сердцу. – Со мной! – повторила я, сжав руку в кулак и сильно ударив себя в грудь. – Она никогда ни с кем не хотела оставлять ее раньше, ты права, но я всегда уговаривала так поступить. И я знаю, что у Гарриет больше никого нет, Од, но что я могу поделать, если теперь я для нее в первую очередь человек, который сотворил с ней такое?

– Ох, Шарлотта. – Одри обошла вокруг островка и приблизилась ко мне, обнимая меня. – Прости меня, прости. Возможно, ты права, и Брайан – это всё, что ей нужно, – добавила она, выпрямляясь.

Я запустила руки в волосы.

– Я понимаю, ты не веришь в это, но я действительно не представляю, что могу сделать, когда она не хочет видеть меня в своем доме. Гарриет не такая слабая, как ты думаешь, – сказала я, в то время как Одри потянулась за кофейником, чтобы снова наполнить чашки. Я прикрыла свою рукой и покачала головой.

– Я никогда не говорила – «слабая». «Хрупкая» – возможно.

– Я почувствовала себя хуже после посещения их дома.

– Я не удивлена.

– Не только потому, что меня так встретили. Когда я ехала домой, то ощутила безысходность. – Мой голос дрогнул от воспоминаний. – С одной стороны, они оба цеплялись за надежду и отчаянно ждали от меня чего-то, что ее бы поддержало. Но, с другой стороны, чувствовалось, что надежды там не осталось. Я вышла оттуда с ощущением, что худшее уже произошло.

– Это какая-то бессмыслица.

– Я знаю, что это не так. – Я вспомнила мрачную гнетущую атмосферу гостиной и ощущение, что ее стены сжимаются вокруг меня. – О Боже, Од! – Я уронила голову на руки. – Как всё это закончится?

– Алису найдут, – сказала Одри, глядя на меня над ободком своей чашки.

– Но что, если нет? – прошептала я.

– Ее найдут. – Одри была непреклонна, и я заставила себя поверить ей.

– Как отреагировал Том? – спросила Одри после того, как мы немного помолчали.

– Он… отреагировал, как Том, – ответила я пренебрежительно. – Хотя нет, это несправедливо. Он был очень хорош, просто не всегда всё делал правильно.

– Он старался, как лучше, – произнесла Одри, и я поняла, что мне нужно сменить тему.

– Я хочу, чтобы ты ответила честно. Ты оставила бы снова своих детей со мной?

– О, ради всего святого, прекрати!

– Мне нужно, чтобы ты сказала правду, – настаивала я.

Она закатила глаза:

– Ты же знаешь, что да.

Я промолчала, сделав глоток кофе.

– Шарлотта! – проговорила Одри твердым голосом. – Есть такие подруги, которым ты доверяешь своих детей, и такие, которым не доверяешь. Ты определенно из тех, кому я доверяю. И ты это знаешь.

Мы говорили однажды об этом на барбекю у Одри. Мы с ней обе были навеселе, когда Од кивнула на Кристен, свою соседку, которая никогда не опаздывала меньше, чем на четверть часа, забирая детей из школы.

«Я оставляла своих близнецов у нее на днях, – сказала Одри. – Когда я пришла за ними, ее старший, Бобби, был на стеклянной крыше теплицы. Они положили матрас на траву, и он прыгал на него. К счастью, мои двое оказались не такими глупыми. Или я просто пришла не в то время, – она засмеялась. – Я больше никогда в спешке не оставлю их с ней. Даже если я сломаю ногу, то сперва дождусь тебя, прежде чем поехать в больницу».

Сейчас Одри улыбнулась мне и сказала:

– Я всё равно сначала дождусь тебя, а потом уже поеду в больницу. Если это то, о чем ты думаешь.

– Спасибо, – пробормотала я, хотя и подумала – может, она такая одна.

Гарриет

В воскресенье утром Брайан и Гарриет в молчании сидели сзади в машине Ангелы, пока она везла их в отель, где им предстояло сделать публичное обращение. У Гарриет сводило желудок, когда они проезжали мимо знакомых ориентиров, размытых в тумане. Она бы не смогла никому рассказать, как они добрались до отеля, если бы ее спросили. Всё это казалось нереальным.

На парковке Гарриет взглянула в заднее окно и увидела, что отель был одной из тех типовых коробок, построенных на удалении от побережья, которые, кажется, всегда предпочитали заполнять бизнесмены, нежели отдыхающие.

Дверь оказалась открыта, и Гарриет вышла из машины, дрожа, хотя было совсем не холодно. Брайан взял ее под руку, с другой стороны подхватила Ангела, и они повели ее по бетонным ступеням в приемную.

Не было ничего привлекательного в оранжевых кирпичах или репродукциях картин, висевших за стойкой регистрации, и поток кондиционированного воздуха дул через весь конференц-зал, по-больничному окрашенный в белый цвет, вызывая у нее желание накинуть что-нибудь потеплее.

Комната уже была наполнена людьми, болтающими между собой и не обращающими внимания на нее с Брайаном. Ангела кивнула на переднюю часть зала и сказала, что они будут сидеть за столом, возле которого были заранее размещены микрофоны и камеры.

Гарриет неподвижно застыла в дверях.

– Не думаю, что у меня получится, – прошептала она.