Приемный ребенок - Дженни Блэкхерст

Флоренс передает мне чашку с кофе, от которого поднимается пар, и усаживается напротив.

– Теперь, как я предполагаю, пришла пора перейти к делу. О, подождите… У меня здесь где-то все записи.

Она открывает ящик стола и начинает в нем рыться, а я снова задумываюсь, как Флоренс оказалась на должности директора школы. Может, я несправедлива, ведь люди, занимающие руководящие должности, необязательно должны выглядеть суровыми и непреклонным, чтобы успешно работать. Да и школа еще не сгорела, поэтому она, вероятно, что-то делает правильно. Я достаю свой блокнот.

– А, вот она. Простите. – Флоренс кладет на письменный стол тонкую коричневую папку и открывает ее. В ней едва ли можно насчитать дюжину листочков. – Вот. Элли учится у нас уже несколько недель. Ее родители и маленький брат погибли во время пожара, уничтожившего дом, где жила семья. Они даже не проснулись – пожарная сигнализация не сработала, во всем доме не было ни одного исправного датчика дыма. Если б Элли не встала ночью в туалет, то тоже погибла бы. Пожарные услышали, как она кричит из окна на верхнем этаже. Ей удалось его открыть, к тому же она закрывалась занавеской от дыма.

– Уже возникли какие-то проблемы?

– Привыкание идет не так хорошо, как мы надеялись, но прошло еще совсем немного времени. К сожалению, сотрудница «Доброго помощника», которая с ней работала, так неожиданно уволилась. Мы надеемся, когда к делу подключитесь вы, интеграция будет проходить более гладко.

Я краснею.

– После смерти родителей ей была оказана психологическая помощь?

– Естественно.

– Работа с психологом продолжается?

Флоренс морщится – лицо искажает гримаса отвращения.

– Нет. Финансирование было выделено на полгода, с продолжением сеансов при необходимости. Психолог определил, что Элли справляется с ситуацией настолько хорошо, насколько можно было ожидать, и, как я понимаю, сеансы постепенно прекратились через восемь месяцев.

– А как идет учеба? Она соответствует уровню, ожидаемому от детей ее возраста?

– Об этом вам лучше расскажет мисс Гилберт. Я попросила ее уделить нам сегодня немного времени. Как раз сейчас у нее урок с классом Элли. Может, мы с вами туда прогуляемся?

Директриса ведет меня по коридорам, которые теперь кажутся мне, взрослой, гораздо меньше. Стулья, дверные проемы – в прошлом все казалось чудовищно большим. Теперь это здание выглядит как любая другая школа в любом другом городе, и я говорю себе, что со мной все будет в порядке. Я могу сюда приходить, вести себя как взрослый человек, я могу выполнять эту работу.

Приближаясь к классу, мы слышим крик.

Глава 24

Элли

Полиция приезжала в дом ее временных опекунов через неделю после неприятного инцидента, чтобы заверить Сару и Марка: Элли не будут предъявляться никакие обвинения в связи со случившимся в городе с Наоми Харпер.

– Не понимаю, зачем этот полицейский вообще приезжал сюда, чтобы это сказать, – прошипела Мэри, держа руку Элли в своей. Они тогда сидели на ступенях наверху лестницы. – Ты не сделала ничего плохого. Ведь так сказала женщина из машины – она все видела. Эта Наоми, чертова корова, заявила, что она из-за тебя свалилась на дорогу. Как будто ты могла заставить ее упасть, сказав, чтобы та убиралась прочь.

– Ты тоже все видела, – тихо ответила Элли. – Ты видела, что я ее не толкала. Ты же сама так сказала.

Мэри поморщилась.

– М-м, на самом деле я не видела, что случилось. – Она виновато посмотрела на Элли, потом обняла ее за плечи. – Я сказала это только для того, чтобы та ужасная тетка прекратила на тебя орать. На самом деле неудивительно, что Наоми такая дрянь, с такой-то мамашей.

– Так тогда откуда ты знаешь, что я ее не толкала?

– Ты шутишь? – Мэри отодвинулась от нее и посмотрела прямо в глаза. – Мне не нужно было видеть, что там происходило, потому что я и так знаю, что ты никогда бы так не сделала.

– Готова поспорить: ты такая единственная, – ответила Элли.

* * *

Мисс Гилберт садится за письменный стол и оглядывается в поисках любимого ежедневника.

– Я уверена, он лежал тут до перемены… – бормочет она себе под нос, а потом резко выдвигает ящик письменного стола.

Из рта учительницы вылетает крик, от которого кровь стынет в жилах. Дети мгновенно поднимают головы, как по сигналу тревоги, а несколько секунд спустя в классе начинается невообразимое. Элли вытягивает шею, чтобы посмотреть, что же случилось, а затем у нее на лице непроизвольно появляется злобная улыбка.

Из открытого ящика мисс Гилберт вытекает извивающаяся черная масса. Элли ликует, когда понимает, что на столе у учительницы сотни черных пауков, они пытаются сбежать из ящика, где были закрыты. Толстые черные туловища и тонкие веретенообразные лапки направляются к мисс Гилберт, тянутся к ней.

Теперь класс бьется в истерике, все орут. Мисс Гилберт замерла на месте, пока визжащие ученики забираются на стулья, словно пол кишит мышами. Девочки держатся друг за друга, а мальчики пробираются поближе к письменному столу, подбивая друг друга запустить руки в двигающуюся массу арахнид.

Один из пауков падает на пол, и вид одной твари, покинувшей письменный стол, срабатывает как переключатель: мисс Гилберт вскакивает на ноги и начинает действовать.

– Тихо! – орет она, огибая стол и не обращая внимания на пауков, которые все еще по нему бегают. – Ради всего святого, девочки, это не ядовитые змеи.

Она запинается на секунду, словно обдумывая, не могут ли они оказаться ядовитыми, затем указывает на дверь.

– Стройтесь, пойдем на обед пораньше.

Дети бегут к двери – все, за исключением Элли. Она медленно собирает вещи, прекрасно понимая, что большинство учеников класса и мисс Гилберт смотрят на нее. У нее нехорошее предчувствие – неприятные ощущения в низу живота. Каким-то образом она знает, что в случившемся обвинят ее.

– Не ты, Элли. Ты идешь со мной.

Глава 25

Имоджен

– Там не было даже ста пауков, – говорит Флоренс деловым тоном. – Но я уверена: детям показалось, что их гораздо больше. – Она трет рукой лицо и устало вздыхает. – Боюсь, мисс Гилберт вышла из себя. Она отказывается дальше учить Элли, и это нелепо и смехотворно, потому что нет никаких доказательств, указывающих на то, что это дело рук именно Элли. Но Ханна в