Свидетель - Тесс Герритсен

Виктор выглянул и, увидев поднимающиеся вверх по стене побеги глицинии, с сомнением покачал головой.

– Думаешь, выдержит?

– Уверена, – ответила Кэти, перенося ногу через подоконник. – Однажды я застала Джека с какой-то блондинкой, так она спустилась по этой самой решетке. А девица, можешь мне поверить, была, что называется, в теле. – Она посмотрела вниз и поморщилась от накатившей вдруг волны тошноты. Страх высоты проснулся и напоминал о себе. – Господи, сколько же можно…

Внизу прогремел возмущенный голос Джека:

– Никуда я вас не пущу! Вы мне ордер не показали! Нет, подняться не позволю!..

– Быстрее! – шепнул Виктор.

Кэти нащупала ногой решетку. Проверила – держит. Встала на обе ноги. И соскользнула вниз. Ветки царапнули лицо. Еще секунда, и она, разжав пальцы, упала на влажную от росы траву. Мгновением позже рядом приземлился Виктор.

Не говоря ни слова, они вскочили и метнулись к живой изгороди из кустов азалии. Жалобный голос Джека доносился уже из окна второго этажа:

– Я знаю свои права! Это незаконное вторжение! Я сейчас же позвоню своему адвокату!

«Только бы он нас не увидел!» С этой мыслью Кэти влетела в кусты и распласталась на земле. Виктор упал слева и крепко прижал ее к себе. Она чувствовала его неровное, горячее дыхание. Некоторое время – им показалось, что прошла вечность, – они лежали на сырой траве, дрожа от холода, скрытые кустами и утренним туманом.

– Ну, убедились? – снова заговорил Джек. – Видите, в доме никого нет. Только я один. Что еще? Хотите проверить гараж?

Окно закрыли.

Виктор легонько толкнул Кэти в бок.

– Уходим, – прошептал он. – Сначала к концу изгороди. Потом бегом.

Кэти двинулась первой – на четвереньках, не поднимая головы, прижимаясь к азалии. Джинсы моментально промокли, колючки в кровь изодрали ладони, но она не чувствовала ни боли, ни холода – только страх. Виктор полз следом. В какой-то момент он ткнулся плечом ей в бедро, и Кэти вдруг пришло в голову, что для постороннего они, должно быть, представляют собой странную пару.

У последнего куста она остановилась и смахнула упавшие на лицо пряди.

– Ну что? К соседнему дому?

– Давай!

Они сорвались с места и помчались, как перепуганные насмерть кролики, через разделявшую два дома лужайку шириной примерно в двадцать ярдов. Добежав до ближайшего угла, они не остановились, а понеслись дальше – мимо припаркованных автомобилей, не обращая внимания на первых прохожих, – и, только миновав пять кварталов, нырнули в какое-то кафе и сразу же прильнули к окну. Признаков погони заметно не было. Улица выглядела обыденно: подходили и уходили автобусы, люди спешили на работу, кутаясь в шарфы и прячась от ветра за поднятыми воротниками пальто.

За спиной у них, в глубине помещения, шипел жарящийся на гриле бекон. От стойки потянуло ароматом свежесваренного кофе. Мучительно соблазнительные запахи напомнили Кэти, что на двоих у них не больше сорока долларов. Как глупо! Ну почему она не попросила – или не украла в крайнем случае – у Джека хотя бы пару сотен?

– Что теперь? – спросила она, втайне надеясь, что Виктор предложит позавтракать.

Он прошелся взглядом по улице.

– Пойдем дальше.

– Куда?

– К Хикки.

– Ладно, – вздохнула Кэти. Еще одна долгая прогулка на пустой желудок.

Мимо кафе проплыла машина. Стикер на бампере радостно оповещал: «Сегодня твой последний день».

Господи, подумала Кэти, только этого не хватало. Виктор уже вышел, и она последовала за ним.

Начальник оперативного отдела Ларри Дефо сидел за столом в своем кабинете. Сидел в кресле-тренажере, накачивая в данный момент мышцы плечевого пояса.

Наблюдая за стараниями шефа, Сэм Половски думал, что тренажер, хитроумная система из проводов и шкивов, весьма смахивает на некое экзотическое орудие пыток.

– Тебе следует понять, – прохрипел Дефо, – что в данном случае – уфф! – мы решаем другие вопросы. Вопросы, о сути которых ты ничего не знаешь.

– Что за вопросы? – спросил Половски.

Дефо отпустил ручки и поднял голову. Лицо его поблескивало от выступившего пота.

– Не могу сказать. Не имею права. Ты ведь это понимаешь, да?

Глядя на черные рукоятки, Половски пытался решить, не стоит ли и ему приобрести такой же тренажер и будет ли от этого польза. Может быть, подкачав бицепсы, он заслужит у коллег большего уважения?

– Я все-таки не понимаю, какой в этом смысл – поджарить Виктора Холланда на электрическом стуле.

– Смысл в том, что распоряжаешься здесь не ты.

– Я пообещал Холланду, что вытащу его из этой заварушки.

– Он сам часть заварушки! Сначала утверждает, что располагает уликами, потом исчезает с этими уликами.

– Вина частично лежит на мне, – признался Половски. – На встречу с ним я опоздал.

– Но почему не попытался связаться позже?

– Не знаю. – Половски со вздохом покачал головой. – Может, его и в живых уже нет.

– Может, нам просто надо найти его. – Дефо снова потянулся к рукояткам тренажера. – Может, тебе надо поработать с файлом Ланзано. Или пойти домой и отдохнуть. Ты ужасно выглядишь.

– Да. Конечно. – Половски повернулся и шагнул к двери. За спиной у него шеф уже сопел от натуги.

Вернувшись в кабинет, он сел за стол, на котором выстроилась небольшая батарея лекарств: капсулы от простуды, аспирин и сироп от кашля. На всякий случай Половски принял двойную порцию каждого. Потом открыл кейс и достал папку с материалами по делу «Виратека».

Эти материалы он собирал сам – записки, сообщения, номера телефонов, вырезки из газет. Перебрав их и не найдя никакой зацепки, Половски не в первый уже раз задумался о связи между Холландом и Кэтрин Уивер. В первый раз ее имя попалось ему на глаза в больничном журнале регистрации. Позже выяснилось, что Кэтрин Уивер – надо же! – имеет отношение к убитой в Гарбервиле женщине, Саре Бойлан. Слишком много совпадений, слишком много неожиданностей. Может быть, он что-то просмотрел, чего-то не заметил, упустил очевидное? Может быть, ответы стоит поискать у Кэтрин Уивер?

Сэм подтянул телефон, снял трубку и набрал номер управления полиции Гарбервиле. Там должны знать, как найти свидетеля, а она, возможно, знает, как найти Виктора Холланда. Шансов, конечно, немного, но Сэм Половски, ветеран тотализатора, любил ставить на аутсайдеров.

Звонивший в дверь больше всего напоминал пень в дешевом коричневом костюме. Джек открыл дверь и покачал головой:

– Извините, но я сегодня ничего не покупаю.

– А я ничего и не продаю, мистер Цуккерман, – ответил человек в коричневом костюме. – Я агент ФБР.