Похищение Энни Торн - С. Дж. Тюдор

– Дай угадаю: это был паровой каток, – произнесла Бет.

Я попытался приподнять бровь и ощутил резкую боль. С утра у меня болело практически все. Единственным утешением было то, что боль в ноге на этом фоне казалась не такой уж и сильной.

– Очень смешно, – сказал я, подсаживаясь к ней за столик в школьной столовой. – Прости, что не расхохотался. Не хочу себе что-нибудь порвать.

В ее взгляде появилась тень сочувствия. Хотя, возможно, она просто чем-то подавилась.

– Что случилось?

– С лестницы упал.

– Правда?

– Ступеньки очень крутые.

– Ясно.

– Легко споткнуться.

– Ага.

– По твоему тону можно предположить, что ты мне не веришь.

Она пожала плечами:

– Просто подумала, что ты мог насолить кому-то еще.

– Ты очень низкого мнения обо мне.

– Нет. Я очень высокого мнения о твоей способности быть невыносимым.

Я хохотнул, и это, разумеется, отдалось болью.

– Что ж, – сказала Бет, – по крайней мере, тебе хватает сил над этим смеяться.

– Едва хватает.

Выражение ее лица смягчилось.

– Серьезно, ты в порядке? Если ты хочешь о чем-то поговорить…

Прежде чем я успел ответить, до меня донеслась смесь из запахов смрадного дыхания и паршивого геля после бритья. Кашлянув, я отодвинул от себя сэндвич. По правде говоря, я и так был не слишком голоден.

– Здорово, Джоуи.

Никогда бы не подумал, что мог бы возненавидеть его еще сильнее, чем уже ненавидел, однако добавление «уи» в конце моего имени сделало это возможным.

Пододвинув стул, Саймон сел. Сегодня на нем были футболка с «Волшебным приключением» и темно-бордовые вельветовые брюки.

– Ух ты, однако же, мужик, что случилось? Тому парню, надеюсь, досталось не меньше?

– У него все костяшки в синяках, – съязвила Бет.

Саймон изобразил смех. Похоже, ему не нравились остроумные женщины. Рядом с ними он, должно быть, чувствовал себя идиотом. Если так, то ощущения в этом случае его не подводили.

– С лестницы свалился, – сказал я.

– Правда? – Он покачал головой. – Я подумал, что это могло быть как-то связано со Стивеном Хёрстом.

Я впился в него взглядом.

– Что?

– Я видел, как вы вчера беседовали в пабе.

– Ты был там?

– Просто зашел попить пивка.

И пошпионить за мной, пронеслось в моей голове. Знаю, я параноик. Возможно. Но почему нельзя было просто поздороваться?

– Не хотел вам мешать, – добавил Саймон.

Типичная дежурная отговорка, как по мне.

– А при чем здесь вообще Стивен Хёрст? – спросил я невинно.

Если уж мы решили поиграть в «милых обманщиц», то, готов поспорить, победа останется за мной.

Саймон улыбнулся, и я почувствовал, что его улыбка выводит меня из себя.

– Ну, строго по секрету… Стивен Хёрст может производить впечатление уважаемого члена сельсовета, однако ходят слухи, что он не прочь прибегнуть к менее профессиональным методам в отношении людей, которые вызывают у него недовольство.

– В смысле?

– В том смысле, – сказала Бет, – что у Джереми Хёрста был конфликт с нашим предыдущим физруком. И в вечер перед тем, как физрук уволился, у него случился конфликт с чьими-то кулаками по дороге домой.

Бет посмотрела на меня, и я понял – она знает. Знала с того самого момента, когда я, морщась от боли, подсел к ней за стол.

– Ну, не нужно обращать внимание на слухи, – произнес я спокойно.

– Разумно, – сказал Саймон и, с шумом развернув свой куриный сэндвич, начал жадно его поглощать.

Я готов был поспорить, что он даже спит с шумом.

– Впрочем, это мне кое о чем напомнило, – пробормотал он. – Помнишь Кэрол Уэбстер?

– Прошу прощения?

– Стокфордская академическая школа. Она была там завучем.

Я попытался сохранить спокойное лицо, хотя мое сердце забилось чаще, подобно тому как бегун ускоряет свой темп при виде финишной линии. Вот только я, в отличие от бегуна, не ощущал ровным счетом никакой радости от направления, которое принимал этот разговор.

– Боюсь, что не помню.

Вообще-то это было неправдой. Я прекрасно помнил Кэрол Уэбстер. Она была чрезвычайно полной женщиной с копной темных волос и выражением постоянного недовольства на лице, причем я никогда не мог понять, чем конкретно она недовольна – собой, школой или миром в целом.

– Ну, мы с ней общаемся в «Фейсбуке».

Кто бы сомневался, подумал я. «Фейсбук» – это место, где люди, у которых нет друзей в реальной жизни, могут общаться с людьми, с которыми в реальности никогда не стали бы общаться.

– Как мило.

– И она тебя помнит. Точнее, помнит то, как ты уволился.

– Да?

– Это произошло примерно в то же время, когда из школьного сейфа пропали все деньги.

Я спокойно на него посмотрел.

– Думаю, тебя дезинформировали. Как я слышал, деньги удалось вернуть.

Он в притворной задумчивости погладил себя по подбородку.

– О да. Полагаю, именно поэтому никто и не привлекал полицию. Дело вроде замяли.

Бет посмотрела на Саймона.

– Это была попытка с изяществом бегемота намекнуть, что мистер Торн в чем-то замешан?

Саймон вскинул руки в издевательски-примирительном жесте:

– О нет. Ни в коем случае. Просто говорю о том, в какой связи она его вспомнила. О временных совпадениях. Кстати, говоря о времени, – добавил он, взглянув на часы, – мне нужно пообщаться с ребенком, оставленным после уроков. Увидимся позже.

– Да, – сказал я, – увидимся.

– Но только если мы сначала сделаем прививки от тебя, – пробормотала Бет, мило улыбаясь.

Я смотрел Саймону вслед и думал о том, как хорошо было бы, если бы у него под ногами взорвался вулкан или если бы ему на голову упал потолок. Впрочем, случись с ним внезапное самовозгорание, меня бы это тоже устроило.