Жена убийцы - Виктор Метос

Ярдли сидела у себя в кабинете, составляя запрос по другому делу, когда пришло сообщение от Болдуина. «Отправил на анализ все белье Обри Олсен. На черных трусиках обнаружены ее слюна и кровь Райана Олсена. Результаты предварительные, вероятность ошибки двадцать процентов, но я думаю, что Эдди был прав».

Откинувшись на спинку кресла, Джессика задумалась над тем, как ответить на это. Главный вопрос заключался в следующем: почему преступник просто не забрал трусики с собой? Большинству сексуальных маньяков, независимо от того, имел ли в действительности место половой акт, требуется какой-нибудь сувенир, чтобы потом заново переживать свои ощущения, и трусики, кажется, идеально подходили для этой цели. Что заставило Ярдли задуматься, действительно ли речь идет о сексуальном маньяке.

«Я тебе перезвоню», — отправила она Болдуину.

Выйдя из здания суда, пересекла улицу и зашла в маленькое кафе, где заказала омлет и хлеб с отрубями, чтобы компенсировать так и не съеденный завтрак.

Достав телефон, она набрала номер, по которому уже давно не звонила.

— Доктор Сарт слушает, — ответил мужской голос.

— Дэниел, это Джессика Ярдли из федеральной прокуратуры.

— Джессика, как у вас дела? Рад вас слышать!

— И я вас также. Надеюсь, я не помешала?

— Вовсе нет. У меня сейчас как раз перерыв между лекциями. Как у вас дела?

Хотя у Сарта был особый интерес к сексуальным отклонениям, в особенности связанным с насилием, он ни разу не спрашивал Ярдли о Кэле и браке с ним, за что она была очень признательна.

— У меня всё в порядке. Воспитываю пятнадцатилетнюю дочь, так что сами можете догадаться.

— Я сам вырастил троих. Уверяю вас, как только дети уезжают от родителей и понимают, как трудно жить самостоятельно, они начинают нас больше ценить.

— Ну, посмотрим. Тэра гораздо способнее меня. Возможно, она без особых усилий добьется успеха и снисходительно взглянет на то, как мне все время приходилось так усердно вкалывать. Впрочем, я звоню вам… полагаю, вам известно, что я занимаюсь этим делом вместе с агентом Болдуином?

— Да, известно.

— Кейсон убежден в том, что Эдди Кэлу известно, кто подражатель. Я проверила журнал посещений за все четырнадцать лет. Его посещали только психологи и журналисты, а письма он получал по большей части от неуравновешенных особ, ищущих в нем родственную душу.

— Что абсолютно характерно для серийных убийц такого типа, в особенности привлекательных внешне, вроде Кэла или Теда Банди^[11].

— Не сомневаюсь в этом. Но мне нужны какие-либо мысли насчет того, почему Кэл заявил, что поможет только в том случае, если к следствию подключусь я. Мне нужно понять, чего он от меня хочет и действительно ли ему известна личность подражателя.

— Что подсказывает вам интуиция?

Официантка принесла заказ. Опустив телефон, Ярдли поблагодарила ее.

— Интуиция говорит, что Кэл хочет сделать мне больно и на самом деле ему ничего не известно.

— Джессика, вы точно хотите говорить на эту тему?

— Знаю, вам любопытно. Вы специально ни о чем меня не расспрашивали, и я вам за это крайне признательна. Но мне кажется, я дошла до той точки, когда мне больше не обойтись без помощи. У меня такое чувство… даже не знаю. Эдди ставит меня в тупик. Думаю, это самое подходящее слово. Я не знаю, что ему нужно, и опасаюсь, что он хочет лишь сделать больно мне и моей дочери.

— Определенно такая мотивация возможна. Как явствует из его прошлого, Кэл проявлял сексуально-садистские наклонности еще в подростковом возрасте. Однако я затрудняюсь сказать, относится ли это к вам.

— То есть?

— Демонстрировал ли Кэл в браке стремление к психологическому подавлению? Физическую или сексуальную жестокость?

— Нет.

— Ни разу?

— Ни разу. Я даже не помню, чтобы он хоть раз повысил на меня голос. Вот почему его арест явился для меня таким потрясением.

— Ну, если хотите знать мое мнение, я считаю, что Кэл стремится получить какую-то выгоду, поскольку его казнь не за горами. Вероятно, ему ничего не известно об этих преступлениях, но он рассчитывает заключить с вами сделку до того, как вы это поймете.